Вероника Белоусова – Прекрасная сторона зла (страница 17)

— Как тонко ты себе льстишь, — усмехается Америго. — Вианор ведь рассказал тебе, что Хэнк Броуди был одним из лучших. Тебе по-прежнему не хватает уверенности в себе, Зотикус? Черт, не виделись десять веков, а ничего не поменялось. Даже печально как-то. Я рассчитывал увидеть тебя другим. Особенно после того, как ты провел столько времени в заточении.

— Где Якуб Монро? — перехожу в наступление я.

— Кто это? — делано удивляется Америго, и его глаза смеются. Мое волнение перерастает в раздражение. Хочется врезать ему как следует, но меня ждет Арсен, и я не могу позволить себе такую роскошь, как драка.

— Роль идиота всегда хорошо тебе удавалась, — не сдерживаюсь я. Америго улыбается, демонстрируя белые зубы. Клыки спрятаны.

— О, подобный комплимент от зануды Зотикуса бесценен. Я буду вспоминать о нем морозными вечерами, глядя на твой скальп, что будет красоваться на моем комоде.

— Ох, уж эта твоя привычка хвастаться шкурой неубитого медведя, — улыбаюсь я — Сколько раз она уже подводила тебя? Говорят, мудрость приходит с годами, но, видимо, ты дал ей неправильный адрес, раз она до тебя не может добраться.

— Я тоже скучал по тебе, брат, — Америго вплотную приближается ко мне, продолжая улыбаться. От него исходит угроза, и я напрягаюсь, готовый в любой момент защищаться. — Теперь, когда я вернулся в твою жизнь, обещаю, мы знатно повеселимся. Рекомендую составить завещание, уверен: оно пригодится. Ты заплатишь за каждый день моего отчаянья, за каждую пытку, свидетелем которой ты был. Я заставлю тебя сожалеть о своем предательстве, клянусь.

— Жду — не дождусь, — шутливо отвечаю ему, пусть не думает, что его угрозы меня испугали. Хотя понимаю, что настроен он решительно и будет действовать беспощадно. Одному Богу известно, что может взбрести в голову этому сумасшедшему. Импульсивный, он не умеет думать о последствиях.

— Ты будешь впечатлён, — обещает Америго и подмигивает мне. Прежде чем я успеваю ответить ему, он исчезает. Не проходит и тридцати секунд, как в бар вваливаются ищейки — люди Вианора. Вышколенные, с жадным взглядами, рыщущими по пьяной публике. Пожалуй, мне тоже следует убраться отсюда, пока я не попал в поле их зрения и меня не утащили на дознание.

Оказываюсь на улице. Ветер нещадно треплет волосы, обжигает шею, я кутаюсь в пальто. Жду пару минут, и мои жертвы следом за мной выходят на свежий воздух. Лишенные собственной воли, они выглядят довольно забавно. Но сейчас это не вызывает у меня улыбки. Останавливаю такси и подхожу к ним.

— Залезайте, — командую я, и они покорно садятся на заднее сиденье. Называю водителю адрес, и машина трогается с места.

Едем молча. За окном мелькают дома и огни витрин. Мне приходит сообщение от Дины, что они уже на месте. Прошу таксиста ехать быстрее, а сам смотрю в зеркало заднего вида. Убедившись, что слежки нет, вздыхаю с облегчением, хотя и знаю, что оно будет недолгим.

Машина останавливается напротив дома, обнесённого высоким забором. Внушаю водителю забыть об этой поездке и выхожу из такси.

Нажимаю кнопку звонка, ворота медленно открываются, и мы входим на территорию загородного дома. Я иду впереди, мужчины, словно роботы, — следом. Они двигаются молча, чуть поодаль друг от друга. Мне навстречу выбегает Дина. Она выглядит очень уставшей и встревоженной. В руках масляная лампа. На плечи небрежно накинуто пальто.

— Почему так долго? — с упреком спрашивает она, бросая короткий взгляд на доноров.

— Вы сами прибыли сюда пять минут назад, — напоминаю я.

— Неважно. Речь идет об Арсене, и ты мог бы поспешить, — сердится девушка.

— Как он? — спрашиваю я, стараясь не показывать ей своего волнения.

— Началась лихорадка. Он едва не убил Дэшэна… Пришлось его привязать, — хмуря лоб, рассказывает Дина.

Ускоряю шаг, и моей собеседнице приходится перейти на бег. Мы влетаем в дом, и она подводит меня к открытому люку. В подвал ведут крутые каменные ступени. Легко сбегаю вниз. Дина спускается медленно, придерживаясь рукой за стену.

Арсен лежит на каком-то подобии каменного жертвенника. Он извивается, словно прокаженный, изо рта идет кровавая пена. Крепкие ремни сдерживают его тело, но это продлится недолго. Бросаю взгляд на Дэшэна. Правая часть его лица стала фиолетовой.

— Я привел людей. Приступай немедленно.

Дэшэн мелко кивает головой и начинает суетиться. Мы сооружаем из подручных средств небольшой лежак, и я укладываю на него первую жертву — недовольного парня.

— Вы в безопасности. Не испытываете ни страха, ни боли. Все происходящее кажется вам сном, не более, — внушаю я, и тот соглашается. Заворачиваю ему рукав рубашки, Дэшэн вводит в вену иглу. По тонкой трубочке его кровь медленно перетекает в вену Арсена.

— Ты обещал мне, что сохранишь им жизни, — напоминает Рита, подходя к донору и проверяя его пульс. — Не подведи меня.

Помню про это дурацкое обещание. Пока все идет по плану, и у меня нет причин не сдержать слово. Второй донор нерешительно топчется на пороге. Он наблюдает за тем, что происходит. То и дело трет руками глаза, словно не желая верить в действительность. Его охватывает беспокойство, он начинает метаться по подвалу.

— Я понял кто вы! — неожиданно кричит он, сгибаясь пополам. — О Боже! Я пропал! Пропал!

— Что все это значит? — удивляется Рита. — Разве он не под внушением?

— Под внушением, — подтверждаю я. — Правда, такое ощущение, что не полностью.

— Вы тот самый детектив-извращенец, которого наняла моя жена! — кричит мужчина, и его глаза наливаются кровью. — Но вы не заставите меня подписать эти бумаги!

— Успокойтесь, здесь вам никто не желает зла, — беру его за плечи и пытаюсь усадить на выступ, имитирующий лавочку, но тот активно сопротивляется.

— Это стерва узнала, что я сплю с ее племянницей, и хочет забрать у меня все! — мужчина смотрит на меня глазами загнанного зверя. В них стоят слезы. — Я не переживу, если потеряю ее. Она — мое последнее счастье. Но без денег я не буду ей нужен…

Господи. Подавляю вздох. Какие же у людей смешные проблемы!

— Пульс замедляется, — информирует меня Рита о состоянии первого донора. — Нужна твоя кровь.

Оставляю несчастного влюбленного сокрушаться о своей печальной судьбе и подхожу к столу. Прокусываю запястье и сцеживаю несколько капель парню прямо в рот. Он резко открывает глаза и сам тянется к моей руке. Дэшэн вытаскивает иглу, прикладывает к красной точке кусочек ваты и залепляет все это скотчем.

— Вы провели весь сегодняшний вечер дома, вам было плохо, потому что вы перебрали в баре, — говорю я и помогаю донору подняться. — Дина, проводи человека на улицу и посади его в такси.

— Сейчас кровь сделает полный круг, и ее снова нужно будет слить, — говорит Дэшэн, глядя на Арсена, по телу которого пробегают судороги. — Так яд должен полностью вымыться из организма.

Он вскрывает ему вены на шее. Кровь медленно стекает с каменного жертвенника на пол. Арсен затихает. Дрожь перестает сотрясать его тело, и теперь мой мальчик лежит спокойно, словно погруженный в глубокий сон. Белокурые волосы спутались и торчат подобно соломе. Он выглядит точно так же, как в тот день, когда я пришел к нему в тюрьму и обратил его. Потерянный и беззащитный. Замученный пытками и допросами. Тогда, как и сейчас, в нем едва теплилась жизнь.

— У вас ничего не получится! — отчаянный вопль прерывает цепочку моих воспоминаний. Сказав это, второй донор вскакивает на ноги и стремглав бежит к лестнице, что ведет наверх. Ему пытается преградить путь Рита. Он хватает ее за плечи и яростью отшвыривает в сторону. Та, вскрикнув, падает на пол. Отмечаю про себя, что для человека за сорок у него прекрасная скорость и реакция. Правда, ему это не помогает. Мои движения намного быстрее и точнее. Сбиваю его с ног, скручиваю руки за спиной и заставляю подняться. Он издает сдавленный рык. Пока он сыплет проклятиями в адрес своей благоверной и нас, ее прихвостней, укладываю его на стол.

— Рита, ты в порядке? — спрашиваю я, видя, что она не поднимается на ноги.

— Да, — отвечает ведьма. Проводит рукой по голове, и на ее пальцах остается кровь. От внезапного чувства голода мой желудок сводит. — А может, и нет.

Дэшэн подходит к донору и склоняется над ним, чтобы вставить в вену иглу. Мужчина вырывается из моих тисков, он невероятно силен, я бы сказал, не по-человечески. Ловким движением он выхватывает из кармана китайца ножницы и бьет ими его в живот. Тот охает и, прижав руку к ране, медленно оседает на пол. Воспользовавшись моим замешательством, донор бросается к выходу. Рита ставит ему подножку, и он с грохотом падает. Но в ту же секунду вскакивает на ноги и набрасывается на девушку. Он наваливается на нее все тяжестью и начинает душить. Хватаю его за плечи, пытаюсь оттащить в сторону. Он все сильней сжимает горло ведьмы, и она начинает хрипеть.

— Придется нарушить данное слово, — без малейшего сожаления говорю я и сворачиваю ему шею. Слышится хруст костей, тело противно обмякает и падает на Риту. Оттаскиваю труп в сторону и пытаюсь привести девушку в чувство. Она прижимает руку к шее и заходится в кашле.

— Спасибо… — вдыхая со свистом, бормочет она, не сводя глаз с убитого.

Убедившись, что с ней все в порядке, спешу к Дэшэну.

— Господин, — бормочет он, вытаскивая из раны ножницы, — это не опасно, просто очень больно.