Вероника Белоусова – Прекрасная сторона зла (страница 14)

Вианор подходит к трупу вампирши. Ее он осматривает менее внимательно, чем Хэнка.

— Какие встреча, — усмехается он. — Это Эва Фландерс. Должно было случиться что-то поистине серьезное, чтобы она смогла расстаться со своей сестрой и уехать из Рима. Они же всегда неразлучны. Собственно, поэтому и были изгнаны обе. Активистки хреновы. Но теперь есть повод потрясти Монику, а то и отправить на годок-другой в заключение. Она должна знать, чем занималась Эва и в какую историю вляпалась.

Двое других убитых Вианору не знакомы. Он тщательно их фотографирует, осматривает пальцы и клыки. Обещает сообщить о них все, как только установит их личности. Мы прощаемся, и я иду к машине, возле которой меня ждет Арсен. До рассвета нам нужно успеть добраться до дома.

— Мне надо кое-что сказать тебе по поводу отношений с Диной, — неожиданно говорит Арсен, когда я сажусь за руль. — Я знал, что ты вряд ли одобришь мою связь с человеком, поэтому старался скрывать. Но честное слово, тебе не о чем беспокоиться.

— Ты оставил на ней метку любовника?

— Да, но ты же знаешь, что я не верю в эту чушь, — недовольно морщится Арсен.

— Только потому, что не смог наградить ею Валерию.

— Именно. А я любил ее по-настоящему и люблю до сих пор, — горячится Арсен, и я задерживаю взгляд на его траурном кольце с черепом. — Значит, эта забавная традиция и вера в то, что тело показывает нам неосознанное, не больше чем дребедень, которую придумали скучающие романтики.

— Арсен, Дина — человек. Ты должен либо расстаться с ней, либо найти того, кто ее обратит. Но так, как сейчас, нельзя.

— Мы начали встречаться за год до того, как ты узнал о существовании сестер Фелькнер. Я могу контролировать себя, — голос Арсена звучит убедительно, но я знаю, какое это обманчивое чувство, что у тебя все под контролем.

— Ты знал, что она русская?

— Однажды она мне что-то говорила об этом.

— А что происходит из древнего рода ведьм Савро, и связавшись с тобой, потеряла свою магию?

— Нет, — Арсен искренне удивляется. — Так Дина — ведьма? Неожиданная новость. Но откуда ты это знаешь?

— Вы за эти четыре года хотя бы однажды разговаривали друг с другом?

— Мне не о чем с ней говорить, — пожимает плечами Арсен. — Она скучная.

— Тогда, может быть, имеет смысл оставить ее в покое и дать ей возможность найти себе в пару человека? — предлагаю я.

— Я знал, что ты будешь лезть со своими советами, — Арсен не скрывает недовольства. — Если у тебя не ладится личная жизнь, не стоит пытаться наладить мою. Со своей женщиной я разберусь сам.

— Люди хрупкие. Ты можешь убить ее, даже занимаясь сексом. И если у тебя к ней чувства, вряд ли ты сможешь после этого спокойно жить.

— Нет никаких чувств, — заверяет меня Арсен. — Только влечение.

Понимаю, что сейчас переубедить его не получится и решаю перенести этот разговор на другой раз. Главное, чтобы не было слишком поздно.

Мы перебираемся в отель. Он находится за пределами города. Внешне здание выглядит обшарпанным и немного старомодным, но внутри — изысканная обстановка. Мраморные полы, красные дорожки, вышколенный персонал. Определённо, это место — для особых гостей. Рита, под предлогом провести немного времени с племянницей и помочь ей устроится на новом месте, увязывается с нами. Не горю желанием видеть ее рядом, но понимаю, что Дине после всех перипетий нужна поддержка. Теперь, когда я знаю, что она встречается с моим сыном, мое отношение к ней меняется. Мне становится ее жаль.

Принимаю душ и переодеваюсь. Рана от стрелы еще не затянулась, и слегка кровоточит. Щеку по-прежнему рассекает уродливая полоска багрово-синего цвета. Выглядит устрашающе и поблекнет не скоро, но мне все равно. В дверь номера раздается стук, и прежде, чем я успеваю ответить, входит Дэшэн.

— Я вам нужен, господин? — осведомляется он.

— Что за вопрос, — улыбаюсь я. — Ты мне всегда нужен. Но сейчас можешь отправляться спать. Кстати, мы едем в Россию, и ты летишь с нами. Посему принеси мне свои документы, чтобы я мог заказать билеты на самолет.

— Это замечательно, господин, — в глазах Дэшэна появляется блеск, и он молитвенно складывает руки. — Я рад, что мы отправляемся путешествовать! Госпожа Рита едет с нами?

— Нет, с чего ты взял?

— Ну, она сейчас в номере с Диной, и я предположил, что она займет место Лины. Господин простит меня, если я не прав? — взволнованно спрашивает он, заметив мое удивление.

— Рита вместо Лины? Такой кошмар мне даже в голову не приходил. Иди сюда, хочу тебе кое-что показать, — говорю я и вытаскиваю из сумки книгу, которую нашел в доме Конрада. Протягиваю ее Дэшэну, тот бережно берет ее в руки. Садится в кресло и начинает просматривать. На его лице отражается благоговейный трепет.

— Это очень старая книга, — поднимая голову, говорит он. — Но этот язык мне не знаком.

— Эх, а я надеялся на твою особенную память. Здесь речь идет о медицине, а у тебя с ней странные отношения.

— Увы, я бесполезен, — вздыхает Дэшэн. — Господину нужен Джозеф Бронштейн. Он антиквар и знает о раритетах абсолютно все. У него огромная библиотека самых редких книг. Сходите к нему, покажите свою находку. Если он сам не сможет помочь, в чем я сомневаюсь, он даст совет, к кому можно обратиться. И не волнуйтесь, это хороший человек.

— Откуда ты его знаешь? — любопытствую я.

— Однажды я помог ему, — опуская глаза, говорит Дэшэн.

Китаец уходит. Плотно зашториваю окна, сажусь в кресло, радуясь тишине и одиночеству. Вспоминаю о Кальенте и о прошлой встрече с Ливией. Что если они как-то связаны? Когда-то он любил Лив, и мы боролись с ним за ее сердце. Сейчас, когда она стала свободна, не отважился ли он повторить попытку? Представляю подобное, и лицо начинает колоть от прилившей к нему крови. Пытаюсь успокоить себя тем, что моя бывшая не настолько глупа, чтобы связаться с отверженным. У меня звонит телефон и на дисплее высвечивается имя Вианора.

— Якуб прошел регистрацию, но в самолет так и не сел, — сообщает он. — Я запросил данные с видеокамер, возможно, они как-то прольют свет на эту ситуацию. Хотя особой надежды нет. Сомневаюсь, что парень еще жив. Подниму своих людей на поиски, но это будет неофициально, а значит, не так хорошо, как хотелось бы. Проследи, чтобы Арсен, узнав эту новость, не слетел с катушек. В прошлый раз нам это едва не стоило жизней. Ты меня слышишь?

— Да, я слышу и по пути пытаюсь осмыслить то, что ты сказал, — медленно отвечаю Вианору.

— Я перерою весь город, но найду либо самого Якуба, либо то, что от него осталось, — обещает Ви. Мы прощаемся.

Одеваюсь и покидаю отель. Мой путь лежит в аэропорт.

Приезжаю туда в девять утра, и до полудня мои попытки узнать что-либо о Якубе не дают никаких результатов. Никто не узнает симпатичного молодого человека на фото. Ни одна живая душа не видела его ни в зале ожидания, ни у стойки регистрации. Здесь что, всем стерли память? Негодую, из-за этого становлюсь раздражительным, и ко мне липнут мелкие недоразумения. Привлекаю внимание охраны, на меня случайно проливают кофе и в довершение всего в мое древнее тело врезается уборщик.

— Вы такой невнимательный, потому что у вас плохой день? — неожиданно спрашивает парень, когда я уже собираюсь обругать его. — Ваша невеста улетела, оставив вас тут одного?

— Ты видел позавчера вечером это мужчину? — безо всякой надежды на ответ, спрашиваю я, протягивая ему фото Якуба.

— Да, видел. Он совершил преступление или потерялся? — любопытствует уборщик, рассматривая меня. На вид ему чуть больше двадцати, он худощав, мал ростом и медлителен.

— Потерялся, — отвечаю я, внимательно наблюдая за пареньком. — У тебя есть информация для меня?

— Он сидел вон там, во втором ряду, — указывая на третье сиденье справа, говорит мой собеседник. — Читал книгу и часто смотрел на часы. Потом к нему подошел толстяк, сказал что-то, он взял свое пальто и ушел.

— И все?

— Да.

— Он не принуждал его, не угрожал?

— Нет, ничего такого не было.

— Можешь описать толстяка?

— Среднего роста, огромный живот, темные волосы, борода. Прихрамывал.

— У него на лбу не было такого знака? — я показываю ему рисунок клейма, которые наносятся на лбы отверженных.

— Он был в шляпе, — говорит уборщик. — Поэтому не знаю.

Под внушением я прошу парня нарисовать толстяка. Получается неплохо. Благодарю его и иду на парковку. Здесь удача вспоминает, что у нее плохое настроение и отворачивается от меня. Никто из опрошенных не видел в тот вечер ни Якуба, ни толстяка. Звоню Ви и рассказываю ему в подробностях узнанное. Отправляю по почте рисунок подозреваемого.

— Сегодня ночью готовим облаву, — делится он. — Под проверку попадут все отверженные, кого успеем схватить. Уверен, мы найдем информацию о том, с кем был связан Броуди.

— Ви, мне нужно лететь в Россию. Это личное, и я не могу сказать «нет».

— Когда самолет?

— Завтра вечером.

— Значит, еще успеем поработать, — бодро говорит Вианор, и мы прощаемся.

Найти Джозефа Бронштейна мне не составляет особого труда. Помимо того, что он владеет самой огромной библиотекой редких книг, мужчина еще содержит небольшую лавочку, в которой балуется продажей и покупкой антиквариата. Она, оказывается, спрятана в небольшом тупике, и мне приходится поплутать, чтобы найти туда вход.

Пока я жму на кнопку звонка, над моей головой качается, слегка поскрипывая, пожелтевшая от времени и дождей вывеска. На ней изображен ворон, несущий в клюве зеленую веточку. Какое интересное сочетание символики жизни и смерти. Раздается противный писк, а за ним — легкий щелчок. Толкаю тяжелую металлическую дверь, переступаю порог и оказываюсь на лестнице, ступеньки которой ведут вниз. Неспешно спускаюсь и вхожу в помещение, заставленное высокими шкафами. Слышу чье-то свистящее дыхание и потрескивание лампочки. Посредине стоит обшарпанный стол, за которым, склонившись над бумагами, сидит седовласый мужчина. Услышав мои шаги, он поднимает голову, и я вижу лицо старика, которому не меньше девяноста лет.