Вернор Виндж – Сквозь время (страница 106)

Впереди в воздух взлетело что-то ослепительно-яркое, а потом быстро опустилось на землю. Вил поднял голову и бросился бежать, заставив себя выкинуть из головы все посторонние мысли. Свет вспыхнул снова, и по лужайке заметались тени. Кто-то принес сверко-мяч! С трех сторон волейбольной площадки уже собралась большая толпа. Бриерсон подобрался поближе, чтобы посмотреть на игру.

Неожиданно Вил сообразил, что глупо улыбается. Сверко-мячи были новинкой, они появились всего за несколько месяцев до того… до того, как его запузырили. Новинка оказалась незнакомой для Мирников и даже для республиканцев. Мяч на ощупь и размерами ничем не отличался от обычного волейбольного – только его поверхность ярко светилась. Команды играли в полной темноте, лишь при свете, идущем от мяча, и Вил знал, что первые несколько партий будут ужасно забавными. Если следить за мячом, то больше ничего не видно. Мяч превращается в центр вселенной, эта сфера то разрастается, то сжимается снова, а все остальное вращается вокруг нее. Через несколько мгновений вы уже не понимаете, где находятся ваши партнеры по команде, и не чувствуете земли под ногами. Игроки из Нью-Мексико и Мирники большую часть времени провели, падая на землю и поднимаясь опять. С дальней стороны площадки раздался веселый смех: сразу трое зрителей неожиданно оказались на траве. Этот мяч был лучше, чем те, что Вилу доводилось видеть. Каждый раз, когда он падал за пределами игрового поля, раздавался мелодичный звук, а свет его становился золотисто-желтым. Очень впечатляющий трюк.

Однако трудности возникали не у всех. Вне всякого сомнения, Тюнк Блюменталь прекрасно умел играть в сверко-мяч. На самом деле главная задача Тюнка заключалась в том, чтобы играть, не выделяясь среди своих партнеров. Двухметровый выстех, не менее массивный, чем Вил, двигался очень быстро и обладал прекрасной координацией. Тем не менее, когда он отходил на второй план и давал возможность другим играть, ни у кого не складывалось ощущения, что он держится свысока. Тюнк – единственный из продвинутых путешественников – тесно общался с низтехами.

Через некоторое время все игроки поняли, как нужно играть в сверко-мяч: они меньше смотрели на него, а принялись следить друг за другом. И что гораздо важнее, они наблюдали за тенями; тени превратились в длинные извивающиеся пальцы, указывающие, где только что побывал мяч и куда он направляется.

Партия следовала за партией – мяч был только один, а поиграть хотелось многим. Вил довольно быстро отказался от желания попасть на спортивную площадку. Он бродил в толпе, наблюдая за мечущимися тенями и световыми бликами, которые на мгновение выхватывали то одно лицо, то другое. Забавно – взрослые вели себя словно дети!

Одно лицо привлекло внимание Вила: Ким Тиуланг стоял немного в стороне от толпы, метрах в пяти от Бриерсона. Несмотря на то что Тиуланг являлся главой Мирников, он не нуждался в свите «адъютантов», как Стив Фрейли. Невысокого роста, Тиуланг прятался в тени, и лишь время от времени ослепительные вспышки выхватывали из темноты его застывшую улыбку и ничего не выражающий взгляд.

Вила поразила хрупкость Мирника. Таких, как он, не существовало в то время, когда жил Вил, – если не считать некоторых безумцев или страдающих нарушением обмена веществ. Тело Кима Тиуланга было старым; оно находилось в финальной стадии старения, которая до середины двадцать первого века ограничивала продолжительность жизни примерно до ста лет.

Теперь его можно было воспринимать по-разному. Ким прожил менее восьмидесяти. Если сравнивать его с «молодежью» из двадцать второго века, он самый настоящий юнец. К примеру, Елена прожила в реальном времени около трех веков, не говоря уже о том, что Делле Лу около девяти тысяч лет. И тем не менее в каком-то смысле Тиуланг был старше Королевой и Лу.

Бриерсон посмотрел отчет «Грин-Инка» об этом человеке. Ким Тиуланг родился в 1967 году – за два года до того, как люди начали освоение космоса, за тридцать лет до того, как началась Война и эпидемии, и по крайней мере за пятьдесят лет до того, как родилась Делла Лу. В определенном смысле Ким Тиуланг действительно был самым старым человеком на Земле.

Он родился в Кампучии в разгар одной из войн двадцатого века. Ограниченные в пространстве и времени, они тем не менее были столь же ужасны, как и события, последовавшие за кризисом 1997 года. Детство Тиуланга пропиталось смертью – в отличие от эпидемий двадцать первого века, когда убийцы не имели лица, смерть в Кампучии являлась результатом голода, пуль и разрушений. «Грин-Инк» утверждал, что вся семья Тиуланга исчезла во время этих событий… и маленький Ким оказался в США. Он был очень способным человеком – к 1997 году уже получил докторскую степень по физике и начал работать на организацию, которая свергла правительства того времени и превратилась в Мирную Власть.

Сведения, относящиеся к последующему периоду, представляли собой газетные статьи, которые отражали все, что происходило в мире и в жизни Тиуланга. Никто не знал, имел ли он отношение к эпидемиям. (Впрочем, не было неопровержимых доказательств того, что именно Мирники виноваты в их распространении по Земле.) К 2010 году этот человек стал Азиатским Директором и держал треть Земли в строгом порядке. Его репутация была лучше, чем у других Директоров, он не имел ничего общего с Кристианом Жерро – «евроафриканским мясником». Если не считать восстания в Монголии, Тиулангу удалось избежать кровопролития в больших масштабах. Ким Тиуланг оставался у власти до самого ее падения в 2048 году – для него с тех пор прошло меньше четырех месяцев. Поэтому, хотя Ким Тиуланг и родился всего на несколько десятилетий раньше, чем кто-либо из живущих ныне людей, его прошлое выделяло диктатора среди остальных жителей колонии. Юность Азиатского Директора проходила в мире, где люди регулярно уничтожали других людей. Он был единственным, кто правил и убивал для того, чтобы остаться у власти. Рядом с ним Стив Фрейли напоминал скорее старосту выпускного класса в школе.

После сильного удара сверко-мяч взлетел над толпой, осветив Тиуланга, – и Вил увидел, что Мирник смотрит на него. Чуть улыбнувшись, Ким подошел к Бриерсону. Вблизи Вил заметил, что лицо бывшего диктатора покрыто морщинами и оспинками. Только ли старость в этом виновата?

– Ваша фамилия Бриерсон и вы работаете на Королеву?

Голос Тиуланга едва перекрывал смех и крики. Блики света продолжали причудливый танец. Вил ощетинился, но потом решил, что пока его еще не обвиняли в предательстве интересов низтехов.

– Я расследую убийство Марты Королевой.

– Гм. За последние несколько недель я прочитал кое-что интересное, мистер Бриерсон. – Тиуланг сложил руки на груди и усмехнулся. – Читать о том, что произошло за следующие сто пятьдесят лет, – это все равно что узнать будущее. Знаете, эти годы прошли совсем не плохо, на лучшее трудно было рассчитывать. Я всегда считал, что без Мирной Власти человечество себя уничтожит… Может, так оно и произошло, но вы более столетия обходились без нас – наверное, во многом благодаря открытию бессмертия. Эта штука действительно работает? Вы выглядите лет на двадцать…

Бриерсон кивнул:

– Однако мне пятьдесят.

Тиуланг постучал каблуком по земле. В его голосе послышалась печаль.

– Да. Похоже, теперь и я смогу этим воспользоваться. Перспектива помогает смягчить взгляд на вещи. А еще я прочитал, как ваши историки описывают Мирную Власть. Из нас сделали самых настоящих монстров! Да, черт возьми, было всякое… – Он снова посмотрел на Вила, и его голос стал более резким. – Но я действительно убежден: человеческая раса попала в трудное положение и Мирная Власть может дать ей лучших лидеров. Это я тоже имел в виду, когда говорил о демократии, теперь я понимаю, как она на самом деле работает.

Вы очень важны для нас, Бриерсон. Мы знаем, что Королева прислушивается к вам… Не перебивайте меня, пожалуйста! Мы можем сами поговорить с ней в любой момент, но нам известно, что она уважает ваше мнение. Если вы поверите в то, что я вам сейчас говорю, значит у нас есть шанс, что и она нам поверит.

– Ладно, – сказал Вил. – Но в чем смысл вашего послания? Вы возражаете против политики Елены, хотите ввести правление большинства… А что будет, если ваши люди не добьются победы? Республиканцы из Нью-Мексико имеют гораздо больше общего с неприсоединившимися и выстехами, чем вы. Если мы вернемся к системе государственного правления, скорее всего, именно Фрейли и его люди окажутся у власти. Вы готовы принять такой исход?

«Или возьмете власть силой, как в конце двадцатого века?»

Тиуланг посмотрел по сторонам, словно хотел убедиться в том, что их никто не подслушивает.

– Думаю, мы победим, Бриерсон. Мирная Власть успешно решала и не такие проблемы. Но если даже и нет, наш опыт все равно пригодится. Я разговаривал со Стивеном Фрейли. Вам он, наверное, кажется слишком жестким… Мне – нет. Он немного глуповат и смотрит на людей свысока, однако, если нам не мешать, мы с ним всегда сможем договориться.

– Не мешать?

– Это еще один вопрос, который я хотел с вами обсудить. – Тиуланг бросил осторожный взгляд куда-то за плечо Вила. – Есть силы, о существовании которых Королева должна знать. Не все хотят мирного разрешения проблем. Если выстехи поддержат одну сторону, мы… – Мирник внезапно замолчал, а вспышка света высветила его лицо с застывшей гримасой ненависти… или страха. – Сейчас я больше не могу говорить. Не могу.