Вернер Гроссманн – На передней линии обороны. Начальник внешней разведки ГДР вспоминает (страница 21)
Начало 1983 года. Посольство ГДР в Париже до сих пор не в полном составе. Несколько сотрудников еще наслаждаются отпусками в конце года. Мало что происходит. Пригласительные карты на новогодний прием уже давно разосланы, подготовка завершена. И тут в посольство на улице Марбо, 24 приходят два посетителя. Молодая супружеская пара хочет получить совет. Она говорит по-немецки, он по-английски. Дежурный сотрудник консульства при Посольстве ГДР не совсем верит в то, что слышит. Такие просьбы не часто раздаются здесь, в центре Парижа. Дорис и Георг Памфри хотят не просто как туристы отправиться в ГДР, они хотят стать гражданами страны. После того, как становится ясно, что это у них всерьез, записываются их персональные данные.
Несколькими неделями позже Дорис получает приглашение от ведомства паспортизации Берлина — столицы ГДР У Георга, тогда еще американского гражданина, нет соответствующих документов на поездку. По французскому разрешению он не может и не имеет права выезжать за границу. Дорис в одиночку зондирует почву. В Берлине напротив нее сидят двое служащих из ведомства паспортизации, так думает она. На самом деле она говорит с сотрудниками разведки из отдела XI (США). Они быстро завязывают разговор с молодой женщиной. Она рассказывает о себе и муже и приводит мотивы, почему они хотели бы жить в ГДР.
Дорис родилась в 1949 году в Германии, вы росла в доме евангелического священника и после школы изучала политологию и социологию в университете. Во время студенческих волнений она больше времени проводила на улице, нежели в учебных аудиториях. На одной из демонстраций против войны во Вьетнаме в 1969 году она познакомилась с Георгом.
Георг родился в 1946 году в штате Вашингтон. Его отец — сельскохозяйственный рабочий, мать — учительница. Он посещает среднюю школу, затем изучает драматургию и занимается спортом. В 1968 году он приезжает солдатом в Германию, здесь же и завершает военную службу. Он публично выступает против войны во Вьетнаме, против расизма и пытается организовать солдат, которые настроены, как он. В 1970 году его выгоняют из армии как «нежелательный элемент» и высылают назад в США. Дорис следует за ним. В том же году они женятся. Они знакомятся с членами партии «Черные пантеры», выступающими за права черного населения, и работают вместе с ними. Георга несколько раз арестовывают, выносят обвинения, ему угрожает полиция.
Преследуемые по политическим и расистским мотивам, они уезжают во Францию. Французская Республика признает Георга политическим эмигрантом, позднее он становится ее гражданином. Дорис и ее муж и дальше занимаются борьбой против расизма в США, против войны во Вьетнаме и при этом устанавливают контакты с африканским и латиноамериканским движениями за освобождение. В начале 80‐х годов они выступают против ядерных вооружений. Внешнеполитические усилия ГДР в борьбе за разоружение и разрядку напряженности соответствуют их убеждениям. В этой социалистической стране они хотят жить.
Когда мы анализируем нашу беседу на Норманненштрассе, для нас быстро становится ясно: об их посылке в США не может быть и речи. Отдел II (партии и организации ФРГ) берет дело на себя. Дорис и Георг прекрасно подходят для разведработы в Западной Германии. Они активны и общительны, многих знают, и их политические взгляды почти совпадают с нашими. Мы убеждаем их переехать не в ГДР, а поселиться в Западной Германии и работать там на нас.
Один из их собеседников в первой беседе для установления контакта, Рольф Кесслер, курирует их до конца. Он великолепно подходит им по своим чертам характера. С ним Дорис и Георг планируют свою работу. Они быстро договариваются. О разработке легенды не может быть и речи, так как Дорис и Георг довольно известны в международном движении за мир и антирасизм. Кроме того, они и в дальнейшем преследуют свои политические цели. Финансовые или материальные аспекты, судя по беседам, не играют никакой роли.
Поначалу они помогают нам лучше оценить западноевропейское движение за мир. В конце им удается стать сотрудниками депутатов фракции «зеленых» в бундестаге. Они работают с подъемом. В партии «зеленых» они видят прогрессивную силу и необходимый корректирующий фактор политики правительства Западной Германии. Поэтому и их, и наше стремление к тому, чтобы дать руководству ГДР четкую картину о «зеленых», совпадают. Некоторые «верхи» ГДР на эту новую политическую силу реагируют, как и благополучные партии Западной Германии. Седовласые политики ГДР принимают эту пеструю команду все еще за хаотичную, политически невычислимую толпу, которая подстрекает к оппозиции так называемых борцов за гражданские права в ГДР. Дорис и Георг хотят помочь в нормализации отношения ГДР к «зеленым», чтобы совместно реализовать имеющиеся общие политические интересы.
На прицеле военные заводы
Ханс и Бригитта Шрепфер живут во франкской Баварии. Из биографии Ханса и его семейной истории формируется мотив единых с нами действий. Ханс, родившийся в 1922 году, — сын сапожника-частника. Его отец был членом Коммунистической партии. В 1930 году пожар разорил его дело. Это был поджог. Как только нацисты пришли к власти, гестапо схватило его. Вначале он попал в пункт предварительного распределения в Вюрцбурге, затем в концлагерь Дахау. В итоге верховный суд Баварии приговаривает его за подготовку к государственной измене к 3 годам тюрьмы. Так как отец и после освобождения не прекращает дружбу с одной еврейской семьей то в 1937 году снова получает 6 месяцев тюремного заключения. Ханса в 1940 призывают на службу в вермахт, обучают на парашютиста и отправляют в дивизию «Бранденбург» адмирала Канариса. Вплоть до тяжелого ранения в 1943 году он принимает участие в многочисленных общевойсковых операциях в Советском Союзе и в конце войны в Африке. Выпущенный из английского, а позже из американского плена, он попадает до 1948 года в военную контрразведку Си-ай-си.
Через друга отца Ханс знакомится с сотрудником нашей службы и тут же заявляет о своей готовности к сотрудничеству. Вместе со своей женой Бригиттой он вербует математиков Петера К. и Хайдрун К. Они получают псевдонимы «Зигфрид» и «Кримхильд». Хайдрун работает в фирме МББ[3] по выпуску вооружений, Петер на предприятии в Оттобруне. Теперь этим делом занимается отдел IV. Там я с ними и знакомлюсь. Ханс в качестве резидента ведет обоих ученых. Его жена Бригитта, вместе с которой он продолжает отцовское дело и которая рожает ему близнецов, решает вопросы оперативной связи и технические задачи, и прежде всего обеспечивает безопасность передачи информации.
Более 20 лет оба передают секретные документы о проектах вооружения ФРГ и НАТО, которые добывают «Зигфрид» и «Кримхильд». Сам Ханс, благодаря знакомству с влиятельными политиками ХДС, добывает оперативно важную информацию о политической практике баварской правительственной партии.
Почти точно через 59 лет после ареста отца арестовывают Ханса, сажают в ту же тюрьму тот же суд выносит ему тот же приговор: государственная измена. Верховный суд Баварии осуждает в январе 1993 года Петера К. к 9 годам, Хайдрун К. к 7 годам, Ханса Шрепфера к 5 годам лишения свободы. Бригитта получает 21 месяц условно. Ханс вскоре умирает от рака.
«Бритта» — секретарь, «Клаус» изучает политологию, когда мы их уговорили стать штатными сотрудниками отдела IV. После того, как Клаус успешно завершает учебу, он не находит работу и регистрируется как безработный. Наш перспективный агент поначалу не имеет никаких перспектив в профессии. Несмотря на это, оба готовы, если позволит работа, дальше грудиться на разведку. В соответствии с задачами отдела IV объектом-целью является министерство обороны ФРГ. Все получается наоборот. Не у «Клауса», а у «Бритты» появляется шанс. Не проинформировав нас, она в 1981 году подает заявление о принятии ее в ведомство федерального канцлера, и ее берут секретарем на постоянную работу.
Наконец, так мы надеемся, мы будем снова получать информацию из центра государственной власти. Я передаю дело в отдел I. Не так успешны старания «Клауса». Временно он работает на депутата европарламента от СДПГ Катарину Фокке, после этого — во фракции СДПГ в городском совете Кельна.
Работа «Бритты» — тоже не под счастливой звездой. Уже в 1984 году Эрих Хонеккер изо всех сил хочет поехать с государственным визитом в Бонн. «Бритта» пока в секции экономической политики и может мало выяснить существенного по позиции ФРГ. Ну, и ладно, государственный визит все равно не состоится. Сближение ГДР и ФРГ, особенно осуществляемое Хонеккером и Гюнтером Митгагом, не вызывает доверия у Советского Союза. Хонеккер вынужден остаться в Берлине.
В 1987 году уже началась эра Горбачева. Путь в Бонн для председателя Госсовета свободен. Велико искушение, чтобы активизировать «Бритту». От нас ожидают обширную информацию. Но мы считаем непозволительным втягивание ее в добычу информации. Срабатывает «синдром Гийома».
Разумеется, и без нее мы располагаем достаточной внутренней информацией противной стороны как в 1984, так и в 1987 году, чтобы способствовать подготовке содержательной части государственного визита. Очень больно, что и в 1987 году мы отказываемся от находящегося прямо в центре источника. Я спрашиваю себя, должны ли мы предложить «Бритте» уйти из ведомства федерального канцлера. Но какой же разведчик откажется от такой возможности, если даже он не может ее использовать?