Вергилия Коулл – Deus Ex… Книга 2 (страница 2)
– Ну, где же ты? Выходи! Вы уже пришли, да? Вы уже явились? Сколько вас? Надеюсь, достаточно много, чтобы я устал сносить вам головы. Думаешь, я не догадался про Надэру? Думаешь, я не ждал вас? Ловко ты пыталась меня провести, тварь! Притворилась женщиной, которую я люблю. Семья. Ребенок. – Он снова расхохотался диким, безумным смехом. – Вот только ты ошиблась, я в такое не поверю. Кайлин ненавидит меня. Она бы никогда не легла со мной по доброй воле, не спала бы в моей постели. Она умерла. Это все иллюзия. Никакой семьи нет. И ребенка нет. Я один. Мне все это только снится. Я один. Я всех убил. Никого рядом…
Кайлин перестала дышать, глядя широко распахнутыми глазами в темное пространство перед собой. То, что она только что услышала… от этого ее морозом продрало по коже. Особенно, последние слова «я один», которые дей произнес уже совсем другим, полным отчаяния и безнадежности тоном. Словно тонкая острая игла вонзилась ей в сердце от этого «я один».
Призвав на помощь все силы, она медленно и осторожно выбралась из укрытия, которое спасло ей жизнь. Продолжая зажимать одной ладонью рот, чтобы случайно не заскулить от страха, двинулась вдоль стены, плотно прижимаясь лопатками к холодному камню. Силуэт Рогара смутно угадывался в темноте. Он стоял посреди комнаты, то и дело встряхивал головой, остро заточенный меч беспорядочно рассекал воздух. Он действительно один, совсем один наедине с теми ужасами, которые видны лишь ему одному…
– Рогар… – позвала она едва слышно, глотая слезы.
– А! Вот ты где, тварь! – он тут же бросился на звук голоса, острие высекло искры из стены там, где Кайлин только что стояла. – Я тебя вижу. Постоянно вижу, как вы скалитесь на меня из своих углов. Вы думаете, что сумели стать невидимыми, но это не так. Я просто притворялся, что вас не замечаю. Хотел понаблюдать, как далеко вы сможете зайти. Но теперь просто наблюдать мне надоело.
Кайлин снова удалось увернуться от очередной атаки, меч просвистел так близко от ее спины, что она ощутила волну воздуха по взмокшей от липкого пота коже.
– Рогар, пожалуйста! – взмолилась она, почти не замечая, как режет босые ноги об осколки и острые щепки разбитой утвари. – Это я, Кайлин! Очнись! Тебе снится кошмар!
– Да, умоляй меня, тварь! – зарычал он, оборачиваясь вокруг себя, следуя за звуком ее голоса. – Умоляй меня ее голосом! Целуй меня ее губами! Это слишком хорошо, чтобы быть правдой!
Кайлин с трудом подавила желание заткнуть руками уши и выбежать, чтобы не слышать, как он кричит, не умирать от страха. Глаз дея сиял в темноте, поэтому у нее было преимущество: она знала, куда в данный момент он смотрит, а сама могла оставаться невидимой для него, если молчала и не двигалась. Но сколько ей так стоять? И что, если на шум придет кто-то еще? Он не простит ей выставленной напоказ очередной слабости, никто не должен видеть, как дей сошел с ума и бредит.
Кайлин сглотнула и часто-часто задышала, приказывая себе не дрожать и не паниковать.
– Это правда я, Рогар, – позвала она снова. – Разве кто-то мог бы создать столь совершенную иллюзию?
– Да, – оскалился он, – это все было в моей голове. Совершенная иллюзия. Я сам ее придумал. Я сплю, тварь. Ты меня усыпила, чтобы в это время завладеть Эрой.
Она отпрыгнула в очередной раз, больно наткнувшись пяткой на что-то острое. Брыкнула ногой, отбрасывая это из-под себя. Кипяток в крови бурлил, тело напружинилось. Это не сложнее, чем победить моллара. Однажды, ребенком, она уже боролась так.
– Но когда нам снится сон, он приходит внезапно, – возразила она, буквально на пределе силы воли заставляя себя поднять ногу и шагнуть навстречу смертоносному разящему острию. Дей – умелый воин, он быстр и ловок и не подпустит никого к себе в бою даже с покалеченной ногой и лишившись рассудка. Но ей нужно добраться до него во что бы то ни стало. – Разве я появилась рядом внезапно? Разве просто пришла и легла в твою постель?
Он чуть склонил голову набок, задумавшись, и Кайлин воспользовалась этим, чтобы сделать еще рывок. И вскрикнула, когда низ живота ожгло чем-то горячим.
– Морочишь мне голову, тварь? – взревел он сильнее прежнего, размахивая мечом, уже слегка обагрившимся ее кровью. – Вам нужна Эра… всем нужна Эра… вы лезете и лезете из своих разломов, твари, собираетесь по углам, хотите наброситься скопом, чтобы одолеть меня. Попробуйте. Рискните. Мне-то терять нечего. Я всех предал. Всех убил. У меня никого не осталось.
Внезапно она поняла, что больше не разбирает слов, потому что дей говорит теперь на другом языке. На языке Подэры, мелодику которого Кайлин помнила по представлениям во Дворце Счастья и по вкусу любимого имени на губах. Меч Рогара медленно опустился вниз, ткнувшись кончиком в пол, сам дей склонил голову, всем телом чуть покачиваясь из стороны в сторону и бормоча что-то, и тогда она подбежала, обхватила его со всей силы руками, попыталась заглянуть в лицо. Темно. Он смежил веки, глаз больше не светился.
– У тебя есть я, слышишь? – она встала на цыпочки и поцеловала твердо сжатые губы раз, другой. Никакого ответа. – Рогар, пожалуйста. Услышь меня! Ты не спишь! Мы правда счастливы, мы нашли друг друга!
Все так же склонив голову на грудь, он вяло улыбнулся, Кайлин почувствовала, как двинулись мышцы на его лице под ее ладонями.
– Рачонок мертва. Она бы никогда мне такого не сказала.
– Рогар, прости меня, – она зарыдала, громко, от облегчения, что приступ ярости вроде бы пошел на спад, от отчаяния, что, возможно, дей так ее и не узнает, от еще не рассеявшегося страха смерти. Прижималась мокрым лицом к его груди, впивалась скрюченными пальцами в его поникшие плечи, а он стоял, покачиваясь, возвышаясь над ней, как тот самый Парринский колосс, каменный и равнодушный. – Вернись ко мне. Пожалуйста. Слышишь? Это же я! Я, настоящая! Я люблю тебя!
– Подэра не место для любви…
– Но ты никогда туда не вернешься! Ты здесь, со мной. Ты нужен мне. Моему сыну. Нашему сыну, слышишь? И еще одному малышу, который может уже быть здесь, – Кайлин услышала, как зазвенел по полу тяжелый меч, когда она схватила большую ладонь дея, приложила к своему животу. Между их пальцами заструилась ее кровь, но сейчас не было времени об этом думать.
Другой рукой она потянулась и обвила его шею, склонила к себе его голову, снова нашла губами его губы. Яростные, отчаянные движения ее языка – совсем как взмахи его меча, и Рогар наконец дрогнул, будто очнулся, крепко притиснул ее к себе, подался вперед, буквально вбив ее в ближайшую стену своим весом. Он лишил ее воздуха, грубо, безжалостно терзая ее рот своим, и на миг Кайлин почудилось, что она снова в мрачной холодной Северной башне Дворца Счастья, распластанная по его кровати…
Она заставила себя отбросить эти мысли, сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас.
Ему не составило труда оторвать ее маленькое тело от пола, развести ей бедра в стороны. Огромный возбужденный мужской член вломился в нее, и Кайлин застонала от боли, кусая губы, откидывая голову, инстинктивно пытаясь отодвинуться, приподняться вверх, пока сильные мужские руки двигали ее обратно, натягивая на это орудие пытки. Она закричала наконец, а он застонал, жадно целуя ее распахнутый рот, бешено двигаясь внутри нее, пока кровь из пореза на ее животе текла вниз, делая их тела липкими и скользкими в том месте, где они сталкивались друг с другом.
– Ты сон…
– Нет!
– Ты мне снишься…
– Нет! Я люблю тебя!
– Такого не бывает.
Он двигался всем телом, поддерживая ее одной рукой, а другой ладонью упираясь в стену, шумно дышал, вколачивая ее в камень, и Кайлин вдруг ощутила, что ее внутренние мышцы поддались, туго обхватили его член, волнообразно запульсировали под градом бешеных ударов. Разве он не всегда так действовал на нее в постели? В ноздри бил запах ее крови и его божественного пота, источающего умопомрачительный аромат. Сама теряя рассудок, она укусила Рогара за губу, извиваясь в его объятиях, скользя по его бедрам ногами, чтобы обхватить крепче.
Он словно почувствовал в ней перемену и сам задвигался иначе, снизу вверх, теперь уже не вбивая в стену, а приподнимая вдоль нее. Член входил на всю длину влажным гладким поршнем и легко выскальзывал обратно, огромный и тяжелый.
– Да, вот так, – прошептала Кайлин, подхватывая бедрами этот ритм, – люби меня, Рогар. Забудь обо всем.
Она бездумно гладила ладонями его лоб и закрытые глаза, зарывалась пальцами в волосы. Их губы искали и находили друг друга уже в совершенно другом поцелуе. Нужда и потребность. Жажда и страсть. Он надавил ей на плечи, одновременно прижимаясь бедрами снизу, и Кайлин с громким всхлипыванием откинула голову, содрогаясь в этих сладких тисках и чувствуя, как внутрь нее прорывается его семя, очень глубоко, очень горячо, очень сильно. Рогар вжался лицом в ее грудь, мокрую и вздымающуюся.
– Еще, – попросила она и сжала мышцы, не желая выпускать ни капельки из себя, – дай мне еще. Так много, как только сможешь.
Он зарычал, вклиниваясь в нее сильнее, хотя оба понимали, что лишь пытаются поймать слабые отголоски того разрывающего на куски взрыва, который только что накрыл их. Внутри у Кайлин все горело, ее плоть была истерзана им, а сердце екнуло, когда она услышала тихий шепот: