Vera – Во тьме (страница 55)

Внезапно незнакомый голос заговорил для собравшихся правителей:

– «Красавица в спящем лесу». Музыка Чайковского, хореографическая постановка Григоровича. Выступает балетная труппа Мариинского театра. Либретто: Во дворце короля Флорестана торжество по случаю крестин малютки-принцессы. Все придворные собрались поздравить короля и королеву. Нянюшки принесли колыбельку принцессы, а распорядитель возвещает о прибытии фей. Последней является фея Сирени – главная крестная наследницы. Каждая из гостий приготовила подарок, но внезапно на праздник является забытая, ужасная, неприглашенная фея Карабос. Распорядитель бросается ей в ноги, умоляя простить, но Карабос рвет на нем волосы, не желая миловать беднягу. Злая фея объявляет свою кару принцессе – вечный сон, в который погрузится малышка, уколов себе пальчик. Все в ужасе, но выступает фея Сирени, не успевшая преподнести свой дар. Она склоняется над колыбелью и обещает, что появится прекрасный принц и поцелуем разбудит принцессу ото сна, и она будет жить радостно и счастливо.

Переводчик в каждом застывшем ухе подсказал сюжет, который вдруг развернулся перед гостями. Величественный король вел под руку прекрасную супругу, а за ними появились и озвученные няньки с колыбелькой. Все были торжественны и горды, вздергивая носы под не менее громкую «музыку» и уселись на места, став отражением тех, кто в данный момент изумлялся первой в галактике балетной постановкой. Внезапно звуки стали нежными и легкими, а вслед за этим в пещеру Даркраста впорхнули грациозные «феи».

Общий вдох восхищения не смог удержать ни один зритель, наблюдая за невероятным триумфом красоты, волшебства и музыки. Хоть Альда и успела насладиться этим чудом днем ранее, но и сейчас она, не отрывая взгляда, наблюдала за быстрым мельканием стройных ножек и чарующими движениями рук восхитительных «фей», кем бы они ни были. Едва дыша, все гости в едином порыве наблюдали за чествованием малышки, когда внезапно музыка сменила тон и в центр буквально ворвалась та самая Карабос, разрушив прекрасный праздник. Черная фея была дерзка и сурова, грозя клюкой и танцуя свою причудливую партию. Даже без оглашенного ранее сюжета, по движениям и переливу музыки зрители понимали, о чем идет речь, сопереживая королевской чете. Матушка малышки тревожно заламывала руки, моля Карабос о пощаде, а король, сохраняя достоинство, отводил супругу в сторону. Феи защищали крестницу, выстраиваясь в ряд между малышкой и черной гостьей, но той все нипочем – она совершила задуманное, укатив на своей примитивной повозке. Воздушная проекция самой грации и изящества в нежно-лиловом наряде танцевала перед зрителями, успокаивая и вселяя надежду одним движением рук. Все краски и лица померкли, а музыка сделала громкий аккорд, завершив сцену праздника.

Голос из голограммы поведал еще часть сюжета, и волшебство танца вновь продолжилось, искрясь и завораживая звуками незнакомой мелодии. Короли затихли, а королевы забыли о нарядах и украшениях, пока призрачные девушки кружили перед ними, легко взмывая и оседая на тонких ножках, изящно покачиваясь и стремительно порхая, повинуясь мощной энергии музыки, обволакивавшей все вокруг. Эти звуки пульсировали, отдаваясь в каждой живой клеточке, и захватывали дыхание, заставляя сопереживать призрачным гостям из неизведанного мира.

Едва голограмма испарилась, как платформы стали медленно спускаться вниз, образуя круг на мраморной площадке. Гости, все еще находящиеся под впечатлением от представления, молчали, томно вздыхая. Когда пауза достаточно затянулась, владыка уверенно поднялся на ноги и мягко произнес:

– Что ж, предлагаю оставить наших дам обсудить балет, а всем остальным готов продемонстрировать богатства моего алкогольного хранилища.

Короли тут же повскакивали и, будто смахнув морок, последовали за хозяином дворца, оставляя свои прекрасные половины вздыхать далее.

– Как вам Даркраст, тетушка? – с лукавой улыбкой произнесла Альда, чувствуя, что поразила гостей в самое сердце.

– Что ж, ты была права – этот мир умеет удивлять, – медленно согласилась Кахини, задумчиво кивая, и тут же продолжила. – Во Вселенной высшим проявлением разума считается осмысленная речь. От животных нас отличает именно это, но сегодня я испытала нечто иное: не озвучив ни единого слова, меня увлекла рассказанная история. Эти движения и, конечно же, звуки поражают изысканной красотой и тонким трепетом души. И сотни слов не хватит, чтобы описать моё почтение Даркрасту. Вы оказали нам истинно королевский прием.

– Откуда у вас такое чудо? – прощебетала королева Сдагморта. – Признайтесь, где вы его приобрели?

– Если хотите увидеть это чудо вновь – прилетайте со следующим приглашением, дорогая, – мягко предложила владычица, улыбнувшись гостье.

– О, Боги! – воскликнула императрица Доморина. – Это было так восхитительно! Ничего подобного я прежде не видала!

– Так изысканно, – вторила ей царица Рейно. – Вам удалось полностью захватить меня этим представлением.

– А вот я была вынуждена терпеть комментарии дона Эрнесто, – вдруг недовольно произнесла тетка. – Так что я, пожалуй, останусь еще на денек и спокойно посмотрю это чудо второй раз.

– Мама, вы что, только что пригласили сами себя? – с недоверчивой улыбкой спросила её дочь, правительница Сдагморта.

– Не обязательно комментировать все мои действия, – поджав губы, отозвалась Кахини. – Думаю, Альда не откажет мне в гостеприимстве. Тем более, её бывший родственник основательно подпортил мне вечер.

– Мне казалось, вы мило общались за ужином, – нахмурилась хозяйка дома.

– Дорогая, призвать к порядку любого нахала – это и есть проявить манеры и воспитание, – надменно вскинув бровь, ответила тетка. – И что там, насчет приглашения погостить у вас? Я не переживу еще одной тряски так скоро!

– Безусловно, вы наша гостья и мы всегда рады приютить родню, – лаконично произнесла принцесса, втайне не особо желавшая этого.

– Могу ли и я воспользоваться таким же приглашением на правах родной сестры? – вдруг произнесла Сэрна, заставив владычицу моргнуть дважды подряд.

– Конечно, – кивнула Альда, не сумев добавить еще хоть слово.

В этот момент пещера наполнилась аналогичными просьбами, ибо многие королевы с волнением вспоминали спуск на планету, не желая столь скорого повторения этой процедуры. Кое-кто из дам был в положении, и хозяйка дома не могла дать согласие одним, исключив других, но все пришли к выводу, что предстоит еще убедить в дополнительном дне визита мужей.

– Боюсь, мой супруг откажет, – печально вздохнула одна из гостий. – Мы сделали крюк по дороге к сестре. Она недавно родила и пока не может наносить визиты, но я постараюсь уговорить мужа заглянуть к вам на обратной дороге. Мне бы тоже хотелось еще раз насладиться «Красавицей в спящем лесу».

– Какой же мир сотворил эту сказку? – задумчиво поинтересовалась королева Гутлима, томно вздохнув. – Но я чуть было не упала в обморок при виде этого принца. Боги, а как же тайна? Там же все так… наглядно!

– Тебя больше смутил перед или зад принца? – иронично уточнила тетушка.

Все присутствующие дамы деликатно захихикали, скрывая улыбки.

– Матушка, что же вы? – воскликнула королева Сдагморта. – Мы все видели этого… принца.

– Когда же ты успела стать такой моралисткой? – поморщилась Кахини. – Не мерзнешь там, на вершине своих строгих правил?

– Дамы, – мягко произнесла Альда, прервав эту семейную пикировку. – Хочу сообщить тем, кто решил задержаться на Даркрасте, что завтра нас ждет другой балет. Более трагический, но не менее прекрасный. И предупреждаю – там будет еще один принц.

– Боги, – воскликнула тетка, непонятно, с восторгом или возмущением. – Ради этого стоило лететь в такую даль.

«Все-таки с восторгом» – подумала принцесса, мягко взирая на взволнованных новостью гостий.

– А вы заметили, что у главной феи платье похоже на мое? – не удержалась от комментария королева Моназуры, переполняемая искрами счастья, но тут же печальнее добавила. – Правда, я никогда так не смогу.

– Никто не сможет, – печально отозвалась императрица Унакса, делая глоток тонкого вина, любезно принесенного служанками.

Обсудив еще сотню нюансов представления и собственных житейских новостей, дамы разошлись по выделенным покоям. Хозяйка дворца полагала, что сможет поговорить лично с Сэрной, но сестра одна из первых удалилась на отдых. Разузнав, что правители все еще дегустируют «Тогарское Адское», владычица велела страже зорко следить за выпивающими гостями во избежание конфликтов. Слуги из числа мужчин убирали зеленый зал, а девушки спешили по коридорам дворца с просьбами от прибывших помощников монарших особ. Аманита отчиталась, что все идет по плану, и Альда спокойно прошла во владыческие палаты.

Устало усевшись за туалетный столик, госпожа позволила помощнице снять с себя тяжелую корону и прочие регалии. Мягкий писк из угла просторной спальни подсказал, что малыши уже спят, не дождавшись её. Женщина взяла за правило целовать щенков перед сном, как это делал Сверр. Аманита проворно расплела прическу, удаляя из прядей заколки. Расстегнув роскошный наряд, служанка подала тонкий пеньюар, прибывший три дня назад в числе заказанных Альдой комплектов белья. Проходя мимо корзины с гуархами, принцесса покачала головой при виде беленькой малышки, спавшей брюшком вверх в окружении черных спинок братьев.