Вера Зверева – Карл Великий: реалии и мифы (страница 32)

Einhardi Vita Karoli Magni / Ed. G. Waitz // Scriptores rerum germanicarum in usum scholarum. Hannover; Leipzig, 1911.

History of the archbishops of Hamburg-Bremen / Transi., with an introd. and notes by F. J. Tschan. N. Y., 1959.

Quellen des 9. und 11. Jahrhunderts zur Geschichte der hamburgischen Kirche und des Reiches. Darmstadt, 1990. (Издание В. Трилльмиха с параллельным немецким текстом).

Латиноязычные источники по истории Древней Руси. Германия: IX — первая половина XII в. / Сост. М. Б. Свердлова. М. -Л., 1989.

Хрестоматия по истории южных и западных славян. T. I. Минск, 1987.

Литература

Amussen J. De fontibus Adami Bremensis. Kiliae, 1834.

Bjornbo A. Adam af Bremens Nordensopfattelse // Aarboger for Nordisk Oldkyndighed og Historié. 1909. S. 120–244.

Kohlmann Ph. Adam von Bremen. Ein Beitrag zur mittelalterlischen Textkritik und Kosmographie. Leipzig, 1908.

Lônborg S. Adam af Bremen och hans skildring af Nordeuropas lànder och folk. Uppsala, 1897.

Schmeidler B. Hamburg-Bremen und Nordosteuropa vom 9. bis 11. Jahrhunderts. Leipzig, 1918.

Schmeidler B. Kleine Forschungen in literarischen Quellen des 11. Jahrhunderts // Historische Vierteljahrsschrift, 20. Dresden, 1921.

Svennung J. Belt und baltisch Ostseeische Namen-Studien mit besonderer Rücksicht auf Adam von Bremen. Uppsala Wiesbaden-Harrasovitz, 1953.

Svennung J. Scandinavia und Scandia. Lateinisch-nordische Namensstudien. Lund, 1963.

Trommer A. Komposition und Tendenz in der hamburgischen Kirchenge-schichte Adam von Bremens // Classica et mediaevalia, 18. 1957. S. 207–257.

Weibull L. Geoetnografiska inskott och tankelinjer hos Adam av Bremen // Scandia, 1931. Bd. IV. S. 210–223.

Из ранней истории шведского народа и государства: первые описания и законы. М., 1999.

Ковалевский С. Д. Образование классового общества и государства в Швеции. М., 1977.

Ляскоронский В. Этнография по Адаму Бременскому. Киев, 1883.

Мельникова Е. А. Русско-скандинавские взаимосвязи в процессе христианизации // Древнейшие государства на территории восточной Европы 1987. М., 1989. С. 260–268.

Назаренко А. В. Реальность и ученая традиция в представлениях Адама Бременского (XI в.) о Северной и Восточной Европе // XI Всесоюзная конференция по изучению скандинавских стран и Финляндии. М., 1989. Ч. 1. С. 114–115

Свердлов М. Б. Известия о русско-скандинавских связях в хронике Адама Бременского // Скандинавский сборник. Таллин, 1967. Вып. 12. С. 271–277.

Стеблин-Каменский М. И. Древнескандинавская литература. М., 1979.

Т. Н. Джаксон

Карл Великий, Магнус Добрый и Сверрир Магнус: К вопросу о происхождении и семантике скандинавского имени Магнус

Согласно весьма авторитетному указателю норвежских и исландских крестильных имен Е. Линда (Lind, 1910, 5, 754–756), первым носителем имени Магнус в Норвегии был конунг Магнус Добрый, сын Олава Святого. В его честь был назван исландец Магнус Торстейнссон, первый носитель этого имени в Исландии[43]. С тех пор в Исландии и Норвегии это имя стало очень частотным (ср.: Janzén, 140).

Центральное статистическое бюро Норвегии сообщает, что на сегодняшний день в этой стране с населением в 4.3 млн. жителей, 10577 человек носят имя Магнус в качестве первого, а 8784 человека — в качестве второго имени[44].

Если мы обратимся к именослову норвежских средневековых правителей, то обнаружим, что в династии Харальда Прекрасноволосого с IX по начало XI в. преобладали имена Харольд и Олав и что действительно первым Магнусом был родившийся в 1024 г. сын Олава Харальдссона (здесь и далее см. генеалогическую таблицу).

Перечислим ряд норвежских конунгов, носивших имя Магнус.

Магнус I — Магнус Добрый (1024–1047), сын Олава Святого, норвежский (1035–1047) и датский (1042–1047) конунг.

Магнус II — Магнус Харальдссон (1048–1069), сын Харальда Сурового Правителя, с 1066 г. конунг северной части Норвегии, которую он делил со своим братом Олавом Тихим.

Магнус III — Магнус Босоногий (1073–1103), сын Олава Тихого, с 1093 г. конунг северной части Норвегии, с 1094 г. — единоличный правитель

Магнус IV — Магнус Слепой (1115–1139), сын Сигурда Крестоносца, в 1130–1135 гг. правил Норвегией вместе со своим дядей Харальдом Гилли.

Магнус V — Магнус Эрлингссон (1156–1184), сын Эрлинга Кривого и дочери Сигурда Крестоносца Кристин, норвежский конунг с 1161 г. Первым из норвежских правителей был коронован на царство архиепископом Эйстейном в Бергене в 1163 г.

Магнус VI — Магнус Исправитель Законов (1238–1280), сын Хакона Хаконарсона, правнук основателя новой династии конунга-самозванца Сверрира, получил имя конунга в 1258 г., был коронован в 1261 г., правил вместе с отцом до его смерти в 1263 г.

Магнус VII — Магнус Эрикссон (1316–1374), сын шведского герцога Эрика Магнуссона и дочери Хакона Магнуссона Ингебьёрг. Король Норвегии (1319–1355) и Швеции (1319–1371)[45].

О том, как Магнус Олавссон получил свое имя, рассказывает исландский историк Снорри Стурлусон в «Саге об Олаве Харальдссоне»:

«Одна женщина звалась Альвхильд, ее называли рабыней конунга. Она была знатного рода и очень хороша собой. Она повсюду ездила с Олавом конунгом. В ту весну Альвхильд ждала ребенка, и друзья конунга знали, что отец этого ребенка — конунг. Однажды ночью Альвхильд почувствовала себя плохо, поблизости народу было мало: несколько женщин, священник, Сигват скальд и еще несколько человек. Альвхильд было очень плохо, и казалось, что ей уже не долго осталось жить. Она родила мальчика, и долго нельзя было понять, живой ли он. Когда он, наконец, подал признаки жизни, хотя и слабые, священник попросил Сигвата скальда войти и сказать конунгу. Тот отвечает:

— Я ни за что не посмею разбудить конунга, ведь он никому не позволяет прерывать его сон до тех пор, пока сам не проснется.

Священник отвечает:

— Необходимо крестить ребенка, ибо, мне сдается, что он проживет недолго.

Сигват сказал:

— Я скорее решусь на то, чтобы ты крестил ребенка, чем пойду будить конунга. Я готов взять на себя ответственность дать ему имя.

Они так и сделали, крестили ребенка и дали ему имя Магнус. А утром, когда конунг уже проснулся и оделся, ему рассказали о том, что произошло. Он велел позвать к себе Сигвата.

Конунг сказал:

— Как ты смел позволить крестить моего ребенка без моего ведома?

Сигват отвечает:

— Потому что считаю, что лучше двух человек отдать богу, чем одного дьяволу.

Конунг сказал:

— А почему это могло случиться?

Сигват отвечает:

— Ребенок был при смерти, и если бы он умер некрещеный, то попал бы к дьяволу, а теперь он божий человек. Кроме того, я знал, что если ты разгневаешься на меня, то я поплачусь за это самое большее жизнью. Но я полагаю, что тогда я попал бы к богу.

Конунг спросил:

— Почему ты захотел, чтобы мальчика назвали Магнусом? У нас в роду не было такого имени (Ekki erpat vârt œttnavn).

Сигват отвечает:

— Я его так назвал в честь Карла Магнуса конунга, а о нем я знаю, что он был лучшим человеком на всем белом свете. (Ек hét harm eptir Karla-Magnusi konungi. Рапп visa ek mann beztan i heimi.)

Тогда конунг сказал:

— Ты очень удачливый человек, Сигват. Но неудивительно, что удача сопутствует уму. Странно, что иногда удача сопутствует и глупцам, и глупость оборачивается удачным исходом.

Конунг был очень весел.

Мальчик рос и, когда пришло время, он стал очень достойным мужем» (Круг Земной, 272–273; IF, XXVII, 209–211).

В литературе не раз высказывалось мнение, что происхождение имени Магнус в Скандинавии именно таково, каким его описал Снорри Стурлусон, т. е. от прозвища франкского императора Карла Великого — (Carolus) Magnus (см.: Yonge, 166; Naumann, 154–155; Hellquist, 619; Cleasby, Gudbrandr Vigfusson, 408; Aschehoug og Gyldendals leksikon).

Исследователи, придерживающиеся иного взгляда, впрочем, тоже не отрицают, что возникло имя из латинского прозвища magnus, "великий". Считается, что самый ранний известный носитель этого имени — епископ и мученик, святой Магнус, который был убит при преследователе христиан римском императоре Деции (249–251) и день гибели которого, 19 августа, отмечается датской церковью. Много других мучеников и святых носит то же имя, например, баварский апостол Св. Магнус, умерший ок. 750 г. (день этого святого — 6 сентября) (см.: Knudsen, Kristensen, 1:2, 886–887).

В Скандинавии, напротив, имя Магнус — светское (Janzén, 140). Имеются свидетельства того, что имя Magnus (зафиксированное также в форме Maccus) использовалось в X в. викингскими конунгами в Ирландии (Лимерик), на острове Ман и на Гебридских островах (см.: Bugge, 179; Bjami Aôalbjamarson in: IF, XXVII, 210). Однако лишь после Магнуса Доброго это имя стало широко употребимым в норвежской королевской династии, а также пришло в Исландию, Данию, Швецию и Германию (Koht, 1940, 32).

Доказательств того, был или не был Магнус назван в 1024 г. в честь Карла Великого (742–814), у нас нет и — до обнаружения новых источников — быть не может. Единственный автор, об этом сообщающий, — Снорри Стурлусон, 1220–1230 гг. История Снорри, впрочем, красива сама по себе. Она — в духе прядей об исландцах — характеризует взаимоотношения норвежского конунга (Олава) и находчивого исландца (скальда Сигвата); демонстрирует место и роль скальдов при дворе норвежских конунгов. Кроме того, она, со всей очевидностью, отражает отношение к Карлу Великому в среде образованных норвежцев и исландцев рубежа XII–ХIII вв. Она лишний раз подтверждает тот факт, что с конца XII в. — когда был осуществлен перевод хроники Псевдо-Турпина, когда писал свою хронику норвежский монах Теодорик, называвший Карла «победоноснейшим и средь выдающихся мужей превосходнейшим» (Theodricus, 59) — до конца XIII в., когда окончательно сформировалась в Исландии «Сага о Карле Великом»[46] и стали записываться исландские анналы[47], — популярность Карла Великого в ученых кругах, к каковым принадлежал и Снорри, была весьма высока. Что же касается имени Магнус, то я склонна считать, что известное викингам и воспринимаемое ими как имя христианское, оно было дано Олавом Харальдссоном, будущим Олавом Святым, крестителем Норвегии и всего Северного мира, своему единственному сыну именно с осознанием христианской сущности этого имени, с желанием внести новую, христианскую, струю в череду дохристианских имен рода Харальда Прекрасноволосого (ср. в приведенном выше тексте Снорри: Ekki er pat vârt œttnavn — "У нас в роду не было такого имени").