Простояли ровно сутки —
зря я их сгубила, бедных! —
и завяли незабудки,
и осыпался бессмертник.
Угловатых, непутёвых,
вас жалею. Но не вы ли
виноваты, что садовых
мне милее полевые?
Солнечных и лунных зайчиков,
кто воспел их,
солнца жёлтых одуванчиков,
луны белых?
Выцветают – дай бог памяти! —
ласки, шутки.
Почему так быстро вянете,
незабудки?
Синий водоём.
Тёплая вода.
Как мы тут живём?
Раз и навсегда.
Липы. Тополя.
Птичье айлавью.
Только ты и я,
как тогда, в раю.
первоцветами пасха-весна
разверзает земли ложесна
и поляна озеленена
и вселенная населена
прорастут ли гробов семена
поцелуям даю имена
изучаю излучины сна
с лучезарными разлучена
Как река сверкает!
Как стрекочет луг!
Папа надувает
спасательный круг.
Утро в детстве раннем.
Вот так и живу —
папиным дыханьем
держась на плаву.
Не отвлекайся, вспомни,
как это началось
там, где сплетаются корни
сосен, слов и волос,
снов и воспоминаний,
радостей и неудач?
Давнее лето. Дальний
берег. Уплывающий мяч.
смешливы плакучие ивы
улыбчивы рыбки в пруду
смородина яблоки сливы
в кроваво-зелёном саду
до косточек солнцем прогреты
и с каждым летом ясней
что там у истоков Леты
и ягодней и грибней
исцарапанных ног
хрупкие тростинки
из ромашек венок
бусы из кувшинки
лес река нагота
с бронзовым отливом
это я
а не та
в зеркале глумливом
