Вера Лондоковская – Железнодорожница 2 (страница 11)

– Ну, на поездки можно, на путешествия.

– Нам и так путевки дают от профсоюза, – опять развела руками родственница.

– Ну, я тогда не знаю, – растерялась я, – может, золото, бриллианты. Они-то никогда не обесценятся.

– Можно в жилищный кооператив вступить, – подсказал дед, – или в гаражный. На мой взгляд, это гораздо лучше, чем любоваться на циферки в сберкнижке.

Правильно дед мыслит, молодец!

Ритка тем временем принялась канючить, далеко ли отсюда до Птичьего рынка.

– На метро – быстро доберемся. А вообще у нас тут и рядом полно всяких магазинов. И книжный есть, и мебельный, только зоомагазина почему-то нет, – продолжала расхваливать свой микрорайон тетя Рита, – есть кинотеатр «Энтузиаст», там все премьеры показывают. Я сама редко в центр выбираюсь, все и здесь есть.

– А в какие магазины лучше всего съездить, чтобы был большой выбор одежды? – поинтересовалась я.

– В ГУМ, конечно, – сказала тетя Рита, – там есть практически все. И запах обалденный по всему магазину. Из-за того, что на первом этаже продают молотый кофе. А еще есть магазины с импортом: «Лейпциг», «Ванда».

Мы отправились на станцию метро «Ждановская», в надежде успеть до закрытия Птичьего рынка. Несколько раз пересаживались, и очень быстро научились, как пользоваться метрополитеном.

– Вы купите в киоске схему метро, тогда вообще просто будет ориентироваться, – посоветовала тетя Рита.

Так мы и сделали. Правда, возле киоска «Союзпечати» пришлось постоять в очереди. Люди покупали газеты и начинали тут же их читать. А что, интернета тогда не было. Как еще узнавать новости? А еще в этих киосках было полно полезных мелочей, от сигарет до зубных порошков. Я спрятала схему себе в сумочку – теперь точно не заблудимся, где бы мы не оказались.

В вагонах занять сидячее место было редкостью. Но Ритка быстро научилась вставать на самое удобное место – в закутке между входом и ограждением сидений. В подземном царстве царил непередаваемый запах свежести и прохлады. После жарких наземных улиц самое то.

Наконец, мы вышли на станции метро Таганская, проехали несколько остановок на троллейбусе. И оказались на Птичьем рынке. Народу там было – не протолкнуться. Шумно, весело, даже тесно. Повсюду деревянные домики и ряды.

– Мама, смотри, какой щенок огромный! – воскликнула Ритка, показывая куда-то сзади меня.

Я оглянулась. Какой-то мужчина держал на руках действительно огромного щенка, размером чуть ли не с него самого.

– Московская сторожевая, – с гордостью отвечал он на чьи-то расспросы.

– Да тут кого только не продают, – заметила тетя Рита, – и собак, и кошек, и птиц, и рыбок.

И да, пока мы искали хомяков, много кого из животных увидели. Щенки, голуби, попугаи, рыбки – в глазах рябило от разнообразия видов.

– Ой, вот же они, хомячки! – вдруг взвизгнула Ритка и подбежала к прилавку, на котором стояла большая клетка с маленькими хомячатами. – Только они не такие, как Гоша.

– Это ангорская порода, – объяснил продавец, немолодой мужчина в кепке. Зверьки и правда были длинношерстные. – Но если хотите сирийцев, то пройдите чуть дальше.

– Нет-нет, мне уже ангорские нравятся, – заявила с восторгом Ритка, – они такие пушистенькие!

– А цвета у них какие изумительные! – всплеснула руками тетя Рита.

Да, эти, – в отличие от золотистого Гоши, – были серенькие и пестрые, палевые.

– Какого хочешь? – спросила я у Ритки. – Серенькие на белочек похожи. А палевых меньше. Я думаю, лучше девочку брать, чтобы характер был покладистый.

– Тут не угадаешь, – заметил продавец. – Характеры у всех разные. Главное, их по одному держать. Если двоих в одну клетку посадите – драться насмерть будут. Вам клетка, кстати, нужна?

– Нет, – подумав, ответила я, – нам ехать домой через всю страну. Пока в банке трехлитровой подержим, а уж дома сообразим клетку.

В итоге Ритка выбрала палевую хомячку.

– Как ты ее назовешь? – спросила тетя Рита.

– Она у меня будет Хомочка, – счастливо улыбнулась девчонка.

Глава 6

Домой мы вернулись поздно вечером, уставшие, но счастливые, полные впечатлений от поездки по Москве. Я с Риткой устроилась в комнате, куда вела дверь из зала. Там же на полу поставили банку с Хомочкой. Дед расположился в отдельной комнате, вход в которую был из прихожей. А тетя Рита осталась ночевать в зале на диване.

– Мама, а мы когда папе будем звонить? – прошептала Ритка перед тем, как уснуть.

– Найдем переговорный пункт, и позвоним, – ответила я. – Может, завтра.

– А отсюда нельзя позвонить? У тети Риты же есть телефон.

– Не надо, – твердо заявила я, – не хочу, чтобы тете Рите потом лишние счета приходили за межгород. Кроме того, у нас с папой разница во времени большая. Если сейчас позвоним, то разбудим его.

Честно говоря, не было никакого желания опять услышать тот молодой голос с этим «а-лё». Да и с Вадимом разговаривать не хотелось совершенно. Хотя, конечно, придется это сделать. Черт, а я же Диме до сих пор не позвонила. Ладно, позвоню завтра. И я провалилась в сон.

Среди ночи я проснулась с гулко колотящимся сердцем. Громко тикал будильник на тумбочке. Приглядевшись к фосфорным зеленым стрелкам, я разобрала, что сейчас около двух часов ночи.

Что за чушь приснилась? Будто захожу я в нашу квартиру на Енисейской и слышу из зала голоса Вадима и той девки. «Сейчас все заберем и уйдем… Не забудь в мешок сложить весь хрусталь, куда ж без него?». А дома вроде никого больше нет, чтобы остановить мерзавцев.

Я выскакиваю на площадку и думаю, что теперь делать. Вызывать милицию? Но там скажут – семейные дрязги, сами разбирайтесь, и никто пока ничего не украл. Вот как будет факт кражи, так обращайтесь…

А тут вроде как Вадим с мешком выходит на площадку. У него новая прическа, видать, та баба по-своему постригла. И выглядит как-то совсем по-другому. Я хватаю его за грудки и требую отдать мешок… и просыпаюсь.

Я перевела дух. И чего так испугалась-то? Что они там могли такого украсть? Правильно Ритка заметила – у нас же даже обоев нет, и мебель вся старая. Хрусталь унесут, вот беда-то! Его полно в магазинах, спокойно купим новый. Не дефицит. В общем, я успокоилась и очень быстро уснула.

Ранним утром я проснулась от настойчивого стука в дверь.

– Вставайте, нам же сегодня в Мавзолей ехать! – голос деда за дверью.

– Господи, в отпуске и то не поспишь вволю, – пробормотала я, просыпаясь.

Хомочка в банке уже вовсю царапала передними лапками по банке, встав на задние.

– Хомочка, проснулась! – радостно завизжала Ритка спросонья. – Сейчас будем завтракать.

– Вы что спите? – возмущенно выговаривал дед, когда я вышла в зал в халате. – Знаешь, какие очереди в Мавзолей? Чем раньше туда приедем, тем лучше!

На часах было восемь утра, и тетя Рита спокойно наводила красоту перед трюмо: причесывалась, наносила неброский макияж. Ей можно не торопиться, библиотеки ведь в такую рань не открываются, и идти не так уж далеко от дома. Хотя, по их понятиям, «недалеко» – это могло быть и несколько остановок на автобусе или троллейбусе. Вон, вчера только обсуждали, что Алла по полтора часа на работу добирается. В Москве расстояния другие, чем у нас.

– Ура, я сегодня увижу дедушку Ленина! – ликовала Ритка, взбираясь на стул. На столе уже стояли приборы для завтрака.

– Да, только первым делом – завтрак, – сказал непреклонно дед, – там очереди от Александровского сада по шесть рядов бывают. Мы двадцать раз устанем и проголодаемся.

– Зато я всем буду рассказывать, что побывала в Мавзолее на Красной площади. Все подружки будут завидовать.

Тут Ритка была определенно права. Из нашего города редко кто ездил в культурные столицы. Я даже лично знала людей, которые за всю жизнь ни разу не побывали в Москве – слишком затратно и далеко. У кого были дачи – отпуска проводили традиционно с тяпкой в руках в незамысловатой позе. У кого не было – ходили к морю, благо пляжи почти везде чистые. Кто-то уезжал в деревни к родителям. На Запад ездили лишь самые обеспеченные и продвинутые.

Наскоро позавтракав, мы пошли на метро, доехали до станции «Театральная» и совсем скоро были уже на Красной площади.

– Ой, – Ритка с восторгом смотрела на Спасскую башню, – это же та самая, которую по телевизору показывают!

Понимаю ее ощущения. Их можно сравнить только с концертом, когда звезду, которую ты до этого видел лишь на экране, вдруг видишь воочию.

Несмотря на будний день и раннее время, от Александровского сада уже вилась огромная очередь к Мавзолею. Понятно, сейчас время отпусков, и сюда идут многочисленные туристы со всего Союза и из других стран. Мы увидели в этой очереди и узбечек с множеством косичек, и женщин в национальных платьях из необычных тканей, и даже нескольких индусок с пятнышками на лбу.

– Давайте я встану в очередь, а вы с Риткой прогуляетесь по Красной площади, чтобы время не терять, – предложила я.

– Хорошо, – согласно кивнул дед, – я ее свожу к Могиле неизвестного солдата, а потом в Успенский собор и к собору Василия Блаженного.

– Не торопитесь, – сказал кто-то из очереди, – пока еще даже не открыли.

– А когда откроют, очередь быстрее пойдет? – спросила я.

– Да кто ж знает? Мы все тут впервые.

Ждать пришлось долго. Но все когда-нибудь кончается, и наконец мы с трепетом вошли в тот самый торжественный зал, где находилось тело великого Ильича. На входе стояли вышколенные солдаты с оружием. Внутри тоже следили за порядком. А один так и вовсе – взял нашу Ритку за руку и подвел поближе к ограждению, чтобы девочка получше смогла разглядеть вождя революции.