Вера Лондоковская – Железнодорожница 2 (страница 10)

Интересно, а как бы я поступила на месте этой мамы? Наверно, все же пустила бы, спрятав на всякий случай все драгоценности и реликвии. И дала им срок – неделя на поиски работы с жильем.

Однако, проблемы у каждого свои и на своем месте.

Мы добрались до хвоста очереди, и дед аж присвистнул.

– Да, – согласилась я, – надо было первыми выходить из вагона и бегом бежать занимать очередь. Сколько сейчас стоять, неизвестно.

– Я хотела предложить на метро, – сказала тетя Рита, – гораздо быстрее получилось бы. Но вы уставшие с дороги, да еще чемоданы, сумки.

Вдруг откуда ни возьмись, перед нами возник Дима.

– Давайте чемоданы, и бегом, – быстро сказал он, – бегом! Я второй в очереди, скоро такси подъедет!

– Так тебе же в другую сторону, – крикнула я уже на ходу, – и мы все не поместимся.

– Да я вас посажу, а сам на метро доберусь, у меня всего один небольшой чемодан, – ответил он на бегу.

Когда мы, запыхавшись, подбежали, такси уже стояло в ожидании пассажиров. Я боялась, что займут другие – те, кто стоял за Димой. Но нет, все было по-честному.

– Молодой человек, ваша машина уже подошла! – обеспокоенно махали руками люди в очереди.

– Ой, спасибо, Дима, – наперебой благодарили мы.

– Ерунда, – отмахнулся он и закрыл за нами дверцу машины.

– Какой дядя Дима хороший, обожаю его! – восторженно воскликнула Ритка, устроившись посередине между мной и дедом на заднем сиденье. Тетя Рита села впереди рядом с водителем.

Девчонка совершенно не задавалась вопросом, почему Дима вдруг оказался в том же городе, что и мы. Зато настроена к нему крайне положительно, и это не может не радовать.

– Вам на какую улицу? – спросил таксист, выруливая со стоянки.

– Нам в Вешняки, улица Молдагуловой, – ответила тетя Рита.

А мы любовались через стекло видами московских улиц и широких проспектов.

– Ритка, смотри, это тот самый театр, про который я тебе говорил! – показывал дед. – А это – та самая площадь!

– Ой, а давайте прямо сегодня поедем на Красную площадь! – воодушевилась я.

– Мама, но ты же обещала – в первую очередь на Птичий рынок!

– А мы успеем? Рынок же не работает круглосуточно. И сначала надо спросить разрешения у тети Риты. Согласна ли она, что у нее поселится хомяк, пусть и временно?

– Да согласна, согласна! – тряхнула рыжей копной родственница. – Я люблю животных.

«Вот и славно», – подумала я.

Вскоре мы уже стояли перед домом тети Риты. Высокий панельный дом. Сколько же тут этажей?

– Какой большой дом! – воскликнула Ритка. – Как же здорово!

– Ага, – скептически отозвался дед. – А если лифт сломается, а ты на десятом этаже – а ну-ка пешком!

– Да ладно, у нас лифт никогда не ломается, – сказала тетя Рита, – дом-то новый.

Пришлось добираться на шестой этаж двумя заходами. Сначала тетя Рита с дедом, потом мы с Риткой. Просто все сразу не поместились: кроме нас, лифт ждали еще несколько жильцов.

– Как тут много людей! – пробормотала Ритка, выходя из лифта.

– А как ты думала? – жизнерадостно отозвалась тетя Рита, ждавшая нас на площадке. – В Москве проживает восемь миллионов жителей. Это в шестнадцать раз больше, чем у вас в городе. Тут и школы с четырехзначными номерами. Вот ты в какую школу ходишь?

– В седьмую.

– А наши соседские ребятишки ходят в тысяча пятьсот двенадцатую! Кстати, хорошая такая школа, совсем новая.

В квартире оказалось очень уютно. Окна, по всей видимости, выходили на южную сторону. И сейчас, в послеобеденное время, несмотря на задернутые шторы, настойчиво пробивался яркий солнечный свет.

– Квартира почти как у нас, – Ритка уже пробежалась по всем комнатам. – Только мебель немножко другая. «Стенка» не такая, как у нас. И обои на стенах. Ой, так красиво с обоями! Почему у нас такого нет?

Обои у нас в городе я ни разу в продаже не видела.

Я тоже обратила внимание, что планировка походила на нашу. Только если у нас из зала были выходы в две комнаты, то здесь в одну. А по площади, думаю, почти то же самое.

– Мы всего год назад сюда переехали, – рассказывала тетя Рита, – у меня была однокомнатная. А тут Алла разошлась со своим мужем, и мы решили съехаться в одну большую квартиру. Обменяли две квартиры на одну. Ой, что ж мы все болтаем? Вы как с дороги? Сначала помыться пойдете, а потом за стол сядем? Или наоборот?

– Да мы в поезде завтракали, – ответила я, – так что помыться хочется больше.

Когда я вышла из ванной, дед с тетей Ритой уже перенесли в центр зала большой полированный стол и поставили стулья с деревянными спинками и матерчатыми сиденьями. Оставалось лишь постелить скатерть, расставить посуду. Я тоже подключилась к веселым хлопотам, и совсем скоро мы сели обедать.

– У нас тут рынок неподалеку, – сказала тетя Рита, – я всегда там покупаю и зелень, и фрукты, и ягоду. Кстати, самый дешевый рынок в Москве. Как пойдете гулять, зайдите туда обязательно. Вам понравится.

– Ой, а там есть семечки в стаканчиках? – пискнула Ритка.

– Есть, всего три копейки за стакан. Я тоже их часто беру. В газетный кулек тебе их пересыплют, домой придешь, и на весь вечер занятие – щелкать. Я, кстати, сегодня на весь день с работы отпросилась. Могу с вами съездить на Птичий рынок. А уж потом – сами по всем достопримечательностям будете ездить.

– Так ты работаешь? – спросил дед.

– Конечно, дома сидеть скучно. Устроилась в библиотеку недалеко от дома, в детский отдел.

– Ой, вы в библиотеке работаете? – обрадовалась Ритка. – А у вас есть «Урфин Джюс и его деревянные солдаты»?

Ну, я так и знала!

– Рита, мы в Москву приехали не книжки читать, – напомнила я.

– Ну вечерами же можно.

– Не знаю. Мне кажется, мы такие уставшие будем приходить! Мы же целыми днями будем по Москве гулять!

– Я все же принесу ей «Урфина Джюса», – мягко сказала тетя Рита. – Будет время, почитает. А еще я достала через знакомую билеты в театр юного зрителя. Так что пойдете втроем на спектакль.

– А я не работаю, – рассказывал дед, – да мне и дома дел хватает. Ритку из школы встретить надо, приготовить поесть надо, погулять с ней надо. Альбина работает, Вадим тоже все время на работе пропадает. А теперь и вовсе – в моря собрался. А там рейсы длительные. В общем, скучать не приходится.

– Да я бы тоже не работала, будь у меня внуки, – согласилась тетя Рита, – но пока их нет, лучше работать. Я вот зарплату трачу на все необходимое, а пенсию отношу на книжку в Сберкассу. Там уже прилично так накопилось.

И опять я почувствовала укол от чувства несправедливости. Опять вспомнила рассказы Пал Саныча из прошлой жизни, как в девяностые у таких вот стариков, как дед и тетя Рита, на книжках все сгорело.

– Ой, а я ничего не откладываю, – признался дед, – тем более на сберкнижку. Как вспомню реформу шестьдесят первого года и нашего соседа покойного… Да ты тоже его знала, сосед наш по частному дому на Каховского. Яков Семенович.

– Помню! – воскликнула тетя Рита. – Наш папа с ним еще дружил. Интеллигентный такой мужчина был, преподавал в институте.

– Он самый, – кивнул дед, – так вот, он же умер аккурат в шестьдесят первом, как раз когда реформа прошла. Ну, дети его приехали, похоронили. А когда вещи разбирать начали, нашли целый чемодан с деньгами. Копил, видать, себе на похороны. Только выбросить все пришлось. Потому что вышли новые деньги, и никому старые бумажки уже не нужны были. И нигде их не принимали. С тех пор я не коплю, не имею такой привычки.

– Так надо было раньше обменять, о реформе за год объявили, – возразила тетя Рита.

– А ты знаешь, сколько лет было Якову Семеновичу? Он же маразмом страдал сколько лет.

– Тогда понятно. А я-то в своем уме, и не в чемодан складываю. В сберкассе надежно.

– Знаете, там тоже не очень-то надежно, – я не удержалась и тоже вступила в разговор, – вот у нас на работе аналитик говорит…

– Кто? – удивленно приподняла брови тетя Рита. – Аналитик?

Ой, а в те времена, должно быть, не было такой профессии!

– Бухгалтер, – выкрутилась я, – наш бухгалтер, конечно же. Только она любит все анализировать, по полочкам раскладывать. Вот и прозвали ее аналитиком. Так вот, она говорит, что максимум через десять лет вклады на книжках тоже обесценятся. Да-да, и она советует сильно много туда не складывать, а лучше все тратить.

– Да тратить-то особо некуда, – удивленно развела руками тетя Рита, – машину так просто не купишь, да и прав у меня нет. А что еще?