Вера Калмыкова – Литература для нервных (страница 14)

От Г. В. Ф. Гегеля пошло выражение о «мысленном взоре», перед которым возникает конкретная реальность вместо абстрактной сущности. Также и литературный критик Виссарион Григорьевич Белинский, находившийся в значительной степени под влиянием немецкой философской традиции, считал художественный образ непосредственным содержанием истины, а творчество – «мышлением образами».

Художественный образ – создание многоплановое, он редко поддается однозначному истолкованию. Каждому читателю образ короля Лира скажет о чем-то своем: или о трагедии поколений, или о нарушенной связи времен, или о вероломстве, предательстве, непродуктивности идеологического отношения к жизни.

История литературы порождает новые образные системы, возникающие благодаря появлению новых методов в искусстве. Так, существуют образы классицизма, сентиментализма, романтизма, реализма, символизма и др.

В самом общем виде образ обладает следующими свойствами:

– он возбуждает непосредственную реакцию, «чувство» читателя (активизирует и «запускает» эстетическое восприятие);

– он конкретен, «пластичен», осязаем, «красочен» как некоторый «предмет» действительности, а не абстрактно-рассудочен;

– он посредник между 1) внешними явлениями, 2) чувствами и 3) сознанием человека.

Можно говорить о различиях в художественном образе поэзии и прозы. Образ в прозе соотносится с явлением мира. Преображение действительности как абсолютное торжество авторской трактовки невозможно – почти всегда соотношение обеих реальностей будет примерно равным. Индивидуально-авторское ви́дение должно если не совпадать с читательским, то по крайней мере приближаться к нему.

В поэтических образах связка с действительностью, безусловно, остается, но она не так ярко выражена. Здесь преображается сразу много точек зрения, моделей, реальностей. Чтобы понять это, обратимся к концепции художественного образа, разработанной на рубеже XIX – ХХ вв. Брюсовым. С его точки зрения, метафизическая (сверхфизическая) сущность поэзии реализуется именно в художественном образе, который выступает как синтезирующее средство познания (в отличие от научного – анализирующего). Образ есть «синтез синтезов»: связывая в единое целое различные представления о различных явлениях, он может быть рассмотрен как особое синтетическое суждение о мире (статья «Синтетика поэзии», 1924). «Образность» слова важнее его способности «выражать понятие». Слово «стертое», обращенное в оболочку понятия, должно быть приведено поэтом к исходному состоянию: «Поэт должен вернуть слову его первоначальное значение. Отсюда – стремление поэтов искать новых сочетаний, слов, новых образов, новых метафор (вообще “тропов”)». Однако и понятие не отбрасывается вовсе.

Образ для Брюсова уже в пору самых ранних размышлений – «определенное», точное словесное соответствие эстетической реальности. Образы должны строго соответствовать и «музыке стиха». Брюсов говорил о необходимости соотносить образы произведения друг с другом, вообще об уравновешенности всех компонентов произведения друг с другом. Отсутствие единства неизбежно приводит к разрушению гармонической целостности. Поскольку образ – одновременно и результат синтеза, и сам синтез, то любая попытка лишить его позиции в фокусе всего произведения со всеми лучами связей, всевозможных и любых, есть попытка, враждебная сущности поэзии. В «Синтетике поэзии» Брюсов возвращался к идее синтеза как характеристике и отдельного образа, и системы образов в произведении: «Спор о данном произведении, поэзия ли это или не поэзия, может быть решен на основании объективных признаков, а не субъективных суждений или импрессионистической критики. Где нет синтетического мышления, где нет конечного синтеза двух или нескольких образов, это – не поэзия».

Художественные образы можно классифицировать по тем объектам, которые подвергаются эстетическому преображению и в результате возникают в художественном произведении. Отдельные разновидности в большинстве случаев сосуществуют в одном эстетическом объекте, формируя целостное художественное впечатление.

– Словесный (языковой) образ: «Чуждый чарам черный челн» (Константин Дмитриевич Бальмонт); ось, оса в стихотворениях Мандельштама и др. Здесь основное внимание уделяется именно лексическим единицам, за счет звукописи нередко актуализируется внутренняя форма слов.

– Образ-персонификация, обозначение или знак, иногда даже отождествление, основанное преимущественно на метафоризации. Так, «кинжал» в русской поэзии традиционно обозначает «поэта», «чайка» у Чехова – знак Нины Заречной (здесь образ переходит в символ, однако собственно образная природа в таких случаях не утрачивается). Образной природой начинает обладать отдельная типизированная человеческая личность.

– Образ-фрагмент, когда отдельная часть или частное явление приобретает характеризующий, обобщающий характер. Основной прием здесь – метонимия, т. е. представление целостного объекта по его части или составляющей. Так, у Сигизмунда Доминиковича Кржижановского «Солнце врывалось параллелями лучей в фрамуги окон всех четырех этажей магазина Тица» («Встреча»). Лучи – отдельный атрибут солнца, но целостный объект явлен здесь именно через этот атрибут.

– Образ автора. Классические примеры – «Евгений Онегин» или «Мертвые души», где Николай Васильевич Гоголь так же, как Пушкин в своем романе, выводит авторскую личность для сопоставления с главным героем.

– Образ героя (персонажа). Разумеется, это не только наши представления о том, как герой выглядит, но и наше восприятие его мыслей, чувств, поступков. Образ героя побуждает нас увидеть (представить) героя целостно. Он складывается из различных составляющих, которые выявляются при анализе произведения. Это портрет, характер (проявляется в отношении к миру, во взаимоотношениях с другими героями, персонажами), интерьер и пейзаж, в которых герой действует, речевая и авторская характеристика и др. Большое значение имеют художественные детали, сопровождающие того или иного героя. Образ героя – более объемное понятие, чем художественный характер, поскольку включает и поступки, и взаимоотношения с другими героями, и отношение к миру и т. д.

Важно, чтобы мы понимали, почему тот или иной герой поступает так или иначе, т. е. какова в каждом случае внутренняя мотивировка его действий – ведь она может отличаться от обыденной, житейской.

– Образ (в собственном смысле «картина») мира, его состояния. «Когда волнуется желтеющая нива, // И свежий лес шумит при звуке ветерка, // И прячется в саду малиновая слива // Под тенью сладостной зеленого листка… <…> Тогда смиряется души моей тревога, // Тогда расходятся морщины на челе, // И счастье я могу постигнуть на земле, // И в небесах я вижу Бога…» (Лермонтов).

– Образ природы – конкретные картины природы, которые изображаются автором и вместе складываются в целостное представление о природе, связанной или, реже, не связанной с образом лирического героя или героя эпического произведения. Чаще всего через образ природы раскрывается психология или состояние человека или даже оценивается мир людей. У Лермонтова в «Герое нашего времени» в частях «Бэла», «Тамань», «Княжна Мери» описания природы даются для того, чтобы показать обстановку, в которой происходит действие, – экзотическую для петербуржцев или москвичей, «детей севера». Казалось бы, прием реалистический; однако за счет того, что южные и кавказские ландшафты увидены не местным уроженцем, они романтизируются. Еще для того, чтобы стало яснее психологическое состояние героя или чтобы обозначить суетность человеческого мира. Третья цель – обозначить движение сюжета (в «Бэле» – между двумя частями рассказа Максим Максимыча).

В русской литературе сформировались устойчивые образы природы, имеющие характер символов. Например, «береза-женщина», «рябина-Россия» и др.

– Образ времени в художественном произведении – под «временем» в школьной практике понимается прежде всего историческая эпоха. «Евгения Онегина» еще Белинский назвал «энциклопедией русской жизни». Пушкин настолько скрупулезно запечатлел приметы эпохи, в которую жил, – начиная с того, как происходит утро в деловом Петербурге и заканчивая тем, как провинциальные помещики после бала устраиваются на ночлег, – что мы можем представить себе обстоятельства обыденной жизни и благодаря им сформировать свой образ пушкинского времени. Благодаря работе комментаторов, и прежде всего Лотмана, этот образ становится вовсе не далеким от истины.

– Образ вещи близок к художественной предметной детали, но опять-таки более значителен. В «Мертвых душах» Гоголя подробно описывается предметный мир, который окружает каждого из помещиков. И вот когда перед нами разрозненные предметы – это детали, а когда мы читаем, что каждый стул у Собакевича как бы заявлял: «И я тоже Собакевич!» – это образ, основанный на метонимии.

– Внесценический образ – то же, что и внесценический персонаж. Можно даже говорить: «Образы внесценических персонажей».

– Собирательный образ возникает тогда, когда один герой представляет многих подобных ему. В известном смысле Максим Максимыч – собирательный образ русского офицера-служаки, верного присяге и исполняющего свой долг перед государством. Понятие собирательного образа очень близко к понятию типа.