Вера Джантаева – Школа агентов. Новая команда (страница 22)

У Дины перехватило дыхание. Лина сжала кулаки под столом так, что ногти впились в ладони. Это было хуже, чем просто плен. Это была изоляция.

Но Лайла, будто не видя их ледяного ужаса, продолжила тем же ровным, методичным тоном:

– Итак, первое занятие будет посвящено самообороне. Не той показушной, что преподают в обычных школах. Вы должны знать, как оградить себя от реальных опасностей. Как использовать окружающие предметы, слабые места противника, его инстинкты. Искусство выживания – это искусство быть непредсказуемым и безжалостным, когда на кону стоит твоя жизнь.

В течение следующего часа Лайла рассказывала и показывала отточенные, жестокие, но эффективные приёмы: как вырваться из захвата, используя боль, как ослепить противника подручными средствами, куда бить, чтобы вывести из строя максимально быстро. Девушки слушали, впитывая каждое слово, понимая двойную горечь этого урока: эта информация, пусть и от врага, может однажды спасти им жизнь, но сейчас она делает их врага сильнее.

Следующие уроки, однако, прошли строго по школьной программе – математика, литература. Лайла вела их безупречно, демонстрируя глубокие знания, но это лишь подчёркивало её двойственность. Когда прозвенел условный звонок, она коротко кивнула и вышла, не прощаясь. В класс тут же вошёл…

– Джек! – радостно, по старой привычке, воскликнула Лина, но тотчас же сникла. Взгляд его серых глаз был пустым и отстранённым, как у незнакомца.

– Пора на обед. Встали. Построились, – его голос звучал холодно, без интонаций.

Он молча дождался, пока они соберут вещи, и вышел, не оборачиваясь. Девушки понимали – это часть игры. «Что бы ни случилось, продолжайте доверять мне», – говорил он. Сейчас его холодность была их щитом.

В столовой длинный дубовый стол был уже накрыт, и старшая группа уже сидела на своих местах. Воздух был густым от невыговоренных слов и подавленной ярости.

Они с недоверием и удивлением смотрели на спокойных девушек, которые сели на свои места. Но это спокойствие было показным. У девушек встал ком в горле, когда они окинули взглядом сидящих за столом. У Марго была перевязана левая рука. У Стефа была разбита губа и крепко перебинтована правая ладонь. Глаз Андрэ превратился в один сплошной синяк, губа распухла, а на запястье левой руки белела повязка. Их взгляд скользнул к Шейну. Лицо его было покрыто кровоподтеками и ссадинами, одежда помята, а в глазах, когда он на мгновение поднял их, была пустота – выжженная, бездонная пустота человека, потерявшего всё.

Девушкам стало физически плохо от осознания: они видят людей, убеждённых, что Рей мертва, а они преданы. Эта мысль, острая как лезвие, пронзила сознание, и ужас заставил девушек вздрогнуть. В этот момент в столовую, лёгкой, уверенной походкой вошла Лайла и невозмутимо заняла место во главе стола – место Рей.

– Я вижу, все в сборе, – мило улыбнулась она, обводя стол торжествующим, властным взглядом. Улыбка стала ещё шире, слаще, когда она остановила его на Шейне. – Я же обещала, что ты увидишь их всех целыми и невредимыми, Шейн. И я рада, что ты, наконец, проявил благоразумие и прекратил бессмысленное сопротивление. Это было бы глупо со стороны человека твоего уровня.

Она придвинула тарелку и стала неспешно есть с аппетитом, демонстрируя полный контроль. Но никто, кроме Джека, не последовал её примеру. Даже он лишь делал вид, что ест. Все остальные сидели, уставившись в тарелки, словно еда была отравлена. Похоже, Лайлу это мало волновало. Поев, она изящно вытерла губы салфеткой и встала.

– Нам пора, Шейн. Предстоит много работы по передаче дел.

– Дай мне пять минут, – голос Шейна был непривычно тихим, глухим, лишённым привычной энергии. – Я хочу… быть уверен, что с ними действительно все в порядке.

Лайла слегка наклонила голову, рассматривая его, как интересный экспонат.

– Хорошо. Пять минут. Джек, – она бросила взгляд в сторону Джека, – проследи, чтобы не было никаких… сентиментальных глупостей.

Она вышла из комнаты, а Джек встал у двери, низко опустив голову, играя роль безучастного часового, но его поза была напряжённой, готовой к действию.

В комнате повисло тягостное молчание, которое первым нарушил Шейн.

– Девочки… с вами всё в порядке? – он быстро, почти жадно, окинул их взглядом, ища признаки насилия.

– Все нормально, – Лина попыталась улыбнуться, но видя измученное лицо мужчины, улыбка вышла очень робкой и слабой. В следующую секунду она стала серьезней. – Когда они напали? Как так получилось?

– Ночью, почти сразу после вашего отъезда, – тихо сказала Марго, не глядя ни на кого. Ее голос дрогнул.

– Они окружили школу. Их было больше, чем нас, и они были вооружены, – проговорил Стефан, стиснув кулаки. Перебинтованная ладонь побелела от напряжения. – Мы пытались… организовать оборону на втором этаже.

– Объективно, у нас не было шансов, – мрачно, без эмоций, констатировал Андрэ, глядя в стол. – Они знали план здания. Как будто кто-то провёл их.

Взгляд Марго на секунду метнулся к Джеку у двери и полный ненависти, вернулся обратно.

Шейн закрыл глаза на мгновение, словно стирая болезненную картину.

– Лина… Рей… действительно?.. – он не смог заставить себя закончить вопрос, но смысл его висел в воздухе, тяжёлый и невыносимый.

Лина тихо выдохнула, почувствовав, как комок подступает к горлу. Она медленно, с невыразимой болью, опустила голову. Как же ей хотелось крикнуть правду. Но она не могла. Слишком много было поставлено на карту. Слишком многие жизни висели на волоске.

– Она… защищала нас до конца, – еле слышно прошептала Дина, и в её голосе прозвучала такая искренняя, неподдельная скорбь, что все невольно вздрогнули.

В комнате воцарилось гробовое молчание. Все низко опустили головы. Марго быстро, почти яростно, смахнула сбежавшую слезу.

– Мы должны бороться… мы не можем просто так… – начал было Стефан, сжимая и разжимая здоровую руку.

Но Шейн резко, с неожиданной силой ударил кулаком по столу. Звон посуды заставил всех вздрогнуть

– НЕТ! – его голос прогремел, на миг вернув себе былую мощь, но тут же снова стал тихим и надтреснутым. – Лучшее, что вы можете сделать – это признать власть Лайлы. Подчиниться. Выполнять приказы. Не проявлять ни малейшего неповиновения. – Он обвёл их взглядом, и теперь в его глубине, сквозь пустоту, проглядывала стальная, отчаянная решимость. – Если вы по-прежнему доверяете мне… обещайте мне это. Обещайте, что будете вести себя как образцовые, покорные ученики.

Все по очереди, с выражением крайнего недоумения и растерянности, кивнули. Они не понимали, но видели в его глазах какой-то скрытый, отчаянный план.

– Время, – безразличным, казённым тоном произнёс Джек, не поднимая головы. – Лайла ждёт.

Шейн кивнул, бросил последний тяжёлый, полный скрытого смысла взгляд на подростков и вышел из столовой, шагая медленно, будто неся непосильную ношу. Джек остался на посту, однако он стоял с тем же отчуждённым видом, ни на кого не глядя. Марго, Стефан и Андрэ делали вид, что его не замечают. Напряжение между ними было осязаемым. Было похоже, что они уже высказали ему всё, что о нём думали, и теперь взирали на него лишь с холодным презрением.

Первой молчание нарушила Марго.

– Что же нам делать? – прошептала она, обращаясь скорее к братьям, чем к младшим.

– Вы же слышали Шейна, – тихо, но твёрдо проговорила Аня. – Мы должны слушаться.

– Он… он словно сломался, когда Лайла при всех объявила о Рей, а тот… – Стефан кивнул в сторону Джека, – этот предатель, это подтвердил. Но сейчас… в его глазах было что-то другое.

– Мы должны сделать именно так, как он просит, – твёрдо, чётко выговаривая слова, сказала Лина и мельком, осторожно взглянула на Джека. Тот, всё так же глядя в пол, сделал едва заметное, почти неуловимое движение головой: «Правильно. Держитесь». – Я уверена, он знает, что делает. Он не сломался. Он… выжидает.

– Если мы признаем её власть внешне, у нас будет больше свободы действий, меньше пристального внимания, – Андрэ поднял взгляд на Марго и брата. Его единственный здоровый глаз блестел умом. – Может, это именно то, что он от нас хочет? Заставить их расслабиться?

Затем его взгляд упал на Джека, и лицо исказила гримаса чистого, незамутнённого презрения.

– Но я думаю, новый любимец Лайлы тут же передаст ей каждое наше слово. Так что вряд ли у нас получится снова собраться и что-то обсудить. Он тут её уши и глаза.

На лице Джека появилась язвительная, холодная усмешка, но он промолчал, лишь плечо его дёрнулось, будто от сдержанного смеха.

– Я доверяю Шейну, – после долгого молчания произнёс Стефан. Он медленно, будто через силу, поднялся на ноги и шагнул к Джеку. – Я не буду бороться. Я признаю новую власть.

– Стефан! – Марго вскочила, стул с грохотом упал назад. В её голосе было негодование и боль. Ища поддержку, она обернулась к Андрэ, но тот лишь тяжело вздохнул, покачал головой и, отодвинув тарелку, присоединился к брату.

– Девочки…

– Не впутывай их, – резко оборвал ее Джек. -Они должны -он сделал акцент на этом слове, – закончить обучение. Лайла ничего им не сделает. Они слишком мало знают, чтобы быть для нее угрозой. А вы… вы уже сделали свой выбор, когда взяли в руки оружие. Итак? Последний шанс проявить благоразумие.