Вера Чиркова – Спасти нельзя оставить. Хранительница (СИ) (страница 25)

– Миралина, а не опасно им ходить без охраны на пристань? Там все-таки матросы и всякие темные личности отираются, я не успела Рабольду сказать, чтобы направил туда охрану. Можно поставить будку для гвардейцев… хотя ему виднее.

– Леа, – целительница мягко накрыла ее руку твердой ладонью, – не обидишься за совет? Ты идешь верным путем, но не нужно все делать самой. Иначе народ очень скоро начнет считать твоих советников никчемными неумехами, ни на что не способными без помощи женщины. И не важно, что эта женщина – хранительница и ей подсказывает правильные решения мудрый дракон. Всем ведь этого не объяснишь? Твои советники – умные, опытные и решительные мужчины, но почти все – темные маги. И хотя они отлично знают цену слухам и придворному злословию, но и им будет очень неприятно слышать о себе подобное мнение.

– Светлые духи! – огорченно охнула Леаттия, услышав в совете целительницы отзвук материнского предостережения. – Ты совершенно права… Жаль, я сразу не подумала об этом. Так хотелось побыстрее исправить ошибки Кайоров, помочь своему народу. Да и нельзя ведь все время сидеть в кабинете?

– Нельзя, – подтвердила Миралина. – Но вначале придется. Первые шаги любого правителя – всегда самые трудные, и именно по ним будут потом его судить. Понадобится много лет, чтобы забылись невинные ошибки и промахи, поэтому лучше постараться их не совершать. И почаще советуйся с Эгрисом и Арвилесом, ну и с нами на крайний случай. Просто поверь, мы желаем тебе только добра.

– Да я знаю, – благодарно улыбнулась хранительница, – не сомневайтесь. Но столько всего навалилось, еще и мошенники всякие… даже не представляю, сколько понадобится сил, чтобы всех выловить.

– Мне кажется, не так уж их много, – задумчиво проговорила Ирсана, отставляя пустую тарелку. – И кроме того, все очень ушлые и осторожные. Как только узнают, что ты сняла градоначальника, сами сбегут либо притаятся. Я о другом думаю – где найти честного чиновника на его место? Мага назначать не стоит, судя по записке жреца, народ и так беспокоится. Мне припомнилось, как находят старост в наших городках и деревнях. Собирают народ и пускают по кругу шапку, куда каждый бросает написанное на клочке бумаги имя. Народ редко ошибается, да и честных людей обычно все знают. Можно устроить над Бертоме открытый суд и сразу предложить горожанам выбрать своего человека.

– Во всех случаях стоит испытать этот способ, – поддержала ее Миралина. – И для верности дать выбранному главе в помощники молодого мага. Пусть горожане привыкают жить рядом с нами. Ведь Эгрис теперь отсюда не уйдет, как я понимаю.

– Не должен, – лукаво засмеялась герцогиня. – И могу сказать вам по секрету, это не только его и мое желание.

– Все понятно, – пробормотала Ирсана, – дракон старается защитить тебя понадежнее. Но я только рада, от этого всем лишь выгода.

Глава тринадцатая

Первые послы прибыли за час до ужина, и Леаттия, успевшая проверить, как советует поступать в таких случаях этикет, встречать их не вышла. Отправила Лаберта, но не выдержала и проследила за приездом гостей с прикрытого густым плющом балкона.

Несмотря на дальнюю дорогу и скорость, с которой примчались в герцогство банлейцы, выглядели они довольно бодрыми и свежими. Сапоги сияли начищенными пряжками, да и одежда не была похожа на ту, в какой скакали не один десяток лиг.

– Наверняка пришли порталом в какое-нибудь загородное поместье, – просветила подопечную замершая рядом Ирсана. – Живет тут несколько знатных семей из Банлеи и Дагора. Из тех, кому когда-то дороги родины жгли пятки, а теперь внуки и сами возвращаться не хотят.

– А чем они у нас живут? – заинтересовалась Леа, опознав по цветам и вымпелам принца, хотя пока непонятно, какого именно.

У Густиана Тилиреда трое сыновей от законной жены и еще парочка бастардов, которых он поселил не при дворце, а в крепости поблизости от столицы. Леаттии было не важно, кого из них она встретит за ужином, но выбор короля говорил о его отношении к новоявленной герцогине.

– Все по-разному, но большинство – на проценты с золота, положенного в банк. Да и драгоценности банкиры брать не гнушаются, оценивают в монетах и тоже платят процент. Под залог камней банк любой страны дает ссуду беспрекословно. – Ирсана дождалась, пока Лаберт, с холодной учтивостью раскланявшийся с гостями, показывая дорогу, первым войдет во дворец, и настойчиво позвала: – Идем, у тебя мало времени. Нужно спуститься в гостиную хотя бы за четверть часа до ужина. Гости тоже придут пораньше и по этикету должны принести дары и грамоты.

– В такие минуты я жалею, что у меня нет сестры-близнеца, которая любезничала бы с гостями и отвечала на избитые шутки, – ворчала Леа по пути в свои покои.

– Я знаю, кто тебе так сильно испортил сегодня настроение, – вздохнула Санди. – Вор Бертоме. Но он уже в тюрьме, и о нем можно забыть, как о Кайоре. Теперь наступило время радоваться, встречать гостей, получать подарки и комплименты, цветы и приглашения на прогулку.

– И где я буду гулять? – мрачно поинтересовалась Леаттия, распахивая двери будуара. – Вокруг фонтана? Или пойду в самую заросшую беседку на радость всем придворным сплетницам?

– Тут тебе позволено выбирать самой, – хитро усмехнулась бывшая травница. – Или вокруг фонтана вдвоем с принцем, или в беседку, но уже вместе со мной.

– Веселишься? – перебирая платья, обиженно вздохнула герцогиня. – А сама так и не научила меня, как быстро и точно определить, нужен мне этот принц или пусть гуляет по беседкам один!

– Этому научить невозможно, хотя я сомневаюсь, что такой способ вообще существует. Вот послушай меня, пока ты выбираешь платье, расскажу один случай. Жила в одной деревушке девушка, не особая красавица, но и не уродка, хорошая хозяйка и приданое неплохое. И познакомилась она на ярмарке с молодым столяром из соседнего городка. Вскоре он заслал сватов, и сладилась свадьба. Вот на этой самой свадьбе, уже обменявшись браслетами и получив все поздравления, сели они за стол, а рядом друг жениха и подружка невесты. Обычай такой. В общем, все ели, пили, веселились, и никто не заметил, когда та подружка ушла из-за стола. Чуть позже отправился проветриться и жених. И оба исчезли. Объявились только через месяц, прислали письмо из Югрета с просьбой простить и не искать. А потом жрец принес безутешной невесте ее браслет и известие, что союз расторгнут как несостоявшийся. Ну а я их случайно обнаружила, когда уже сама в Югрете жила, роды принимать позвали. И если до этого я ту подружку-разлучницу осуждала, то поглядев, как он с ней носится, словно с бесценным сокровищем, и с какой любовью она на него смотрит, поняла, как не права была. Она не чужого жениха увела, а свое случайно заплутавшее счастье отыскать и не потерять сумела.

Леаттия слушала ее молча и пыталась примерить к себе чужой поступок, понять, смогла бы она сама вот так уйти в никуда с мужчиной, только что клявшимся ее подруге и тут же забывшим свои собственные обещания. Или хотя бы отважиться с ним поговорить, выслушать крамольное предложение. И с огорчением понимала, что, скорее всего, отказалась бы, постеснявшись причинить невесте боль, расстроить гостей и родных.

– И знаешь, – понаблюдав за ней, с внезапной горечью добавила Ирсана, – я много об этом думала и очень жалела, что я не такая смелая. Иначе дерзнула бы сама пойти к Эгрису, поговорить начистоту. А когда он меня нашел, снова начала сомневаться, и только теперь отчетливо понимаю, что все это было неспроста. Это не коварная судьба нас сталкивала и снова разводила, не разлучница мешала быть счастливыми. Это мы сами не сразу себя поняли, не поверили безоговорочно своему сердцу, всё сомневались и обижались, не решаясь первыми сделать шаг к любимому. Тогда как нужно было вцепиться в своего человека, как в последний обломок лодки, и не отпускать, не отдавать ни штормам, ни грозам. Увы, для этого нужно созреть, а это у всех по-разному.

– Санди, – пробормотала герцогиня, застегивая крючочки на поясе нежно-голубого платья, – ты меня совсем запутала. Хотя одно я знаю теперь наверняка: если вдруг начну сомневаться в своих чувствах или в чувствах принца, позову тебя и Миралину, и вы мне все объясните. Вам я верю.

– Ну, можно и так, – ошеломленно выдохнула магиня и лукаво предложила: – Хотя я знаю более надежный способ: пусть Эгрис кастует на твоего принца заклинание правды. Тот сам сразу расскажет, любит он тебя или просто хочет быть герцогом.

– Вот ты думаешь, будто шутишь, – Леаттия уселась перед зеркалом, позволив молчаливой горничной сделать прическу, – а мне эта мысль пришла в голову первой, как только я узнала про гостей. И глупой я ее вовсе не нахожу.

– Я тоже, – печально согласилась Ирсана. – Но к любви такой способ не имеет никакого отношения.

В дверь небрежно стукнули, и на пороге появился Лаберт.

Оглядел всех странно задумчивым взглядом, кивком головы выставил из комнаты служанку и сел к столу. Раскрыл принесенную с собой кожаную папку с золотыми пряжками, переложил несколько бумажек и объявил:

– К нам прибыл второй сын Тилиреда, Вимбольд. Ему двадцать восемь лет, был обручен с дагорской принцессой, но прошлой осенью она вернула браслет и вышла замуж за племянника гестонского короля.