Вера Чиркова – Последний отбор. Смотрины для строптивого принца (СИ) (страница 28)

Последние слова чем-то зацепили меня, заставили вспоминать какую-то важную вещь, о которой я недавно думала. О чем же это было? А, о девушке, которая живет в доме господина Селонте, если мои предположения верны.

– Стайн… – мне казалось, будто я шепчу очень тихо, но оглянулись сразу трое магов, – я должна что-то сказать… но лишь тебе и ему, – показала взглядом на короля, что-то негромко обсуждавшего с верховным магистром. – И не здесь…

– Идем! – Ни секунды не сомневаясь, он подхватил меня под руку, притянул к нам воздушной петлей Альгерта и открыл портал.

Мне казалось, что мы очутимся в его доме, но вокруг высились мрачные стены тренировочной площадки для мечников, судя по изрубленным деревянным големам.

– Сейчас тут никого нет, – сообщил учитель торопливо и выжидающе уставился на меня: – Говори.

Вовсе не так хотелось мне сообщить эту новость королю. Сначала – подготовить его осторожными намеками, бросить успокаивающее заклинание… но невидимый палач смешал все планы.

– Это очень похоже на месть, – пробормотала я. – Но кому именно, пока непонятно. Возможно, даже королю, за то, что пошел против воли матери. Поэтому теперь я очень беспокоюсь за одну девушку… она живет у друзей под чужой личиной уже восьмой год. Мы с Ленси о ней как раз разговаривали, а посылка в это время лежала где-то в доме. Если в ней было следящее…

– Где?! – перебил меня Альгерт, вмиг став синевато-белым, словно из него разом ушла вся кровь. – Где она, Гинни?

– Ленси точно знает, – заторопилась я. – Это они с братом ей помогают.

– Идем! – снова сцапал нас Стайн и открыл портал.

А через миг, оставив меня посреди столовой своего дома, наставник стремительно ушел в портал вместе с Аленсией и королем.

– Ты можешь объяснить, что это было? – едва рассмотрев меня, почти безнадежно осведомилась Альмисса.

– Могу, – вздохнула я и устало опустилась на стул. – Они пошли спасать Изеттию, если ей и вправду что-то грозит. Но меня почему-то не взяли.

– Извини, Гинни, – помолчав, Альми села рядом, – но это он правильно сообразил. Злые языки могли и ей принести грязную сплетню, а им сейчас со своими ошибками разобраться бы.

– Но я же им о ней и сказала! – вспыхнула праведным гневом и тут же смолкла, признавая ее правоту.

Да и, в конце концов, разве важно, кто ему сказал? Главное, он о ней думал, волновался и, вероятно, пытался найти. Только потихоньку, тайком от матери и ненавистной жены. И вряд ли это было легким делом. Ведь у королевы состоял на побегушках придворный маг, хотя и со слабыми способностями, зато щедро увешанный мощными амулетами. И имеющий поддержку и помощь хитрого, пройдошливого дядюшки-дворецкого.

Разумеется, и принцы не так просты: все рожденные в королевской семье дети неизменно получают магические способности, это часть старинного договора, по которому пятьсот лет назад король Роланд передал власть парламенту и магам. Мне не совсем понятно, как магистры умудряются выполнять это условие, но о том, что все короли и принцы – одаренные, знает каждый житель королевства и соседних материков.

Однако учат их высочеств обычно только защитной магии, и о том, что Альгерт теперь – боевой маг и мечник, а Ренд – лучник цитадели, явно позаботился их отец. И, стало быть, неверно я прежде судила о погибшем короле, хотя он, несомненно, постарался все для этого сделать.

– Ты правильно поступила, – узкая ладошка Альмиссы мягко гладила меня по волосам, – и я тобой горжусь. Между ними вставать бесполезно, после будет очень больно.

– Да нечем тут гордиться, – не выдержав, хихикнула я. – Правда, Альми! Я его не люблю и не думаю о нем уже давно. Просто остался в душе след, и я рада, что он светлый. А им рада была помочь, пока он совсем не спился.

– Ему это не грозило, – облегченно засмеялась подруга, вскочила со стула и потянула меня за собой: – Идем в детскую, сейчас мальчишки проснутся.

– Почему? – Спрашивала я вовсе не о детях.

– Так ведь королевские амулеты защищают не только от огня и других проявлений стихий, но и от любых ядов. Конечно, короли и принцы это скрывают, чтобы всякие убийцы не придумывали других способов, но вина и настойки, как и любая другая отрава, лишь на некоторое время дурманят им голову. Но если бы он не давал себе спасения в самообманах – давно сошел бы с ума от отчаяния.

– Великие боги! – ахнула я, представив ад, в котором почти восемь лет жил когда-то нежно любимый мной человек, и внезапно почувствовала, как в душе прорвалась невидимая плотина.

Рыдания колотили меня и захлестывали, грозя поглотить с головой, как вешний поток – неосторожного пловца, отпуская лишь на краткие мгновения, глотнуть воздуха и какого-то зелья, принесенного перепуганной Альмиссой. Она трясла меня и уговаривала, плескала в лицо водой и всхлипывала из солидарности, обнимала мою голову и держала изо всех сил, стараясь успокоить.

Но утихла я сама, сумев наконец убедить себя успокоиться самым простым доводом. Все плохое для них закончилось, и значит глупо теперь оплакивать пережитые страдания. Радоваться нужно, и я это заслужила.

Не поверив, что плакать я больше не буду, Альми все же заставила меня выпить свое зелье, потом отправила купаться и наконец уложила спать в маленькой спаленке, где я жила, еще когда была ученицей.

Глава шестнадцатая

Голоса бубнили и бубнили, спорили то громче, то тише, почти насильно заставляя вырваться из оков сна. На удивление яркого и мирного, где мы с родителями вместе что-то готовили к празднику, составляли букеты, выбирали наряды, рассматривали украшения и амулеты.

– Обязательно возьми путеводный, – настаивал отец. – В парке вечером так легко заблудиться!

– Папенька, – как маленькая укоризненно хлопала я ресницами, – меня в цитадели научили заклинанию поиска, я даже на Харгедоре еще ни разу не потерялась!

– Что такое «Харгедор»? – недовольно смотрела мать. – Чем ты там занимаешься? Нечего там делать нежной юной девушке!

– Я магиня, щит. Без меня друзьям будет плохо… – уверяла я, оглядываясь в поисках часов. – А сколько времени? Я не опоздала?

Вспыхнувшая в душе тревога окатила холодной волной, заставила распахнуть глаза и вглядеться в окно. Уф… Светло, солнечно… день в самом разгаре… а где это я?

Так ведь на Харгедоре, у Альмиссы! И раз здесь день, то там, дома, глубокая ночь, и мне давно пора на дежурство. Или они решили меня сегодня не брать?

– Альми, – донесся словно издалека приглушенный защитой голос Эстена, – ну хоть просто спросить ее можно? Она же сама потом обижаться будет!

Мгновенно слетев с постели, я подскочила к двери, приоткрыла и, снимая защиту, во весь голос крикнула:

– Выйду через три минуты!

– Ну вот, – недовольно буркнула подруга. – Добились своего, разбудили девочку! Но без чая я ее не отпущу, и не мечтайте!

Чай и в самом деле стоял на столе, когда я спустилась в столовую. И печенье с булочками стояло, и мед, и разные десерты. А еще за столом сидели мои хмурые напарники, дружно уткнувшись носами в свои чашки.

– Мы сильно задержались? – не обращая внимания на их настроение, строго осведомилась я.

– Да никуда вы не опаздываете, – успокоила Альми, недовольно глянув на моих друзей. – Вы ведь теперь спасатели. Может, за всю смену ни разу и не вызовут. Ешь спокойно.

– А может, вызовут прямо сейчас, – не стала обольщаться я, точно зная, как дорога в таких случаях каждая секунда.

И ела торопливо, стараясь откусывать кусочки поменьше, чтобы не давиться, если придется спешно прыгать в портал. Хотя рядом с нами пока не обнаружилось ни одного портальщика или старшего магистра. Однако моих друзей это вовсе не волновало… интересно почему?

– А кто нам откроет путь, если поступит вызов? – не выдержала я минут через пять.

– Мне выдали амулет, – коротко известил Ренд.

– Он выучил заклинания перехода и выдержал все испытания на мастера-портальщика, – с гордостью просветил меня Эст.

– А, – сообразила я, сосредоточенно промазывая кремом булочку. – Так вот что он учил на балах. Поздравляю.

– Хм… – подавился чаем Ренд, – а откуда… ты это взяла?

– Догадалась, – пожала плечами в ответ: выдавать тайну своего ментального амулета я пока никому не собиралась.

Мне еще перед матерью отвечать за него, вернее, за ушедшее на обмен колье. Правда, Гиммо пообещал никому его не продавать, но разве можно верить таким прожженным торговцам?

– Повезло нам, щит смышленый достался, – внезапно развеселился Эстен. – Насквозь видит все тайны.

– Только не может понять, – никакого желания поддерживать его шутки я не испытывала, – кому понадобилось натравить на мой дом нечисть? Ведь всем известно, что щиты у меня сильные, и этих мурашей – или кто они были? – моя защита никогда не пропустит.

– Там не все так просто, – вздохнула Альмисса и неожиданно строго предупредила: – Но пока дознание не закончено, вслух эту тему лучше не обсуждать.

– А о чем тогда говорить? – отодвинула я тарелку и задумчиво оглядела друзей. – Подскажи? А кстати, Ленси так и не вернулась?

– И не вернется, – кротко сообщила Альми, покосилась на меня и с едва заметной неохотой добавила: – Его величество пожаловал Мартису Селонте титул лорда, и сейчас Аленсия занята выбором гербов, драгоценностей и нарядов к завтрашнему балу.

– Какому еще балу? – не поняла я. – У нас же испытание!