Вера Ард – Что я знаю о тебе? (страница 27)

Саша, 23:20

Саша подъехал к дому, где жила теща. Разумеется, места для парковки во дворе уже не было. Он сделал пару кругов и в итоге свернул на одну из соседних улочек, оставив машину на дороге. Завтра она будет в грязи от брызг, в которые превратят свежий снег проезжающие мимо автомобили. Он направился к дому: типичная панельная девятиэтажка в спальном районе, всё старенькое и убогое. Именно сюда одиннадцать лет назад пришлось возвращаться из Москвы его будущей жене. Наташа забеременела, учась на последнем курсе института. Она уже тогда успевала подрабатывать консультантом в салоне сотовой связи. Дописав диплом на последних месяцах беременности, рожать она приехала во Владимир, где жили родители. В Москве, как она когда-то мечтала, ей остаться не удалось. Родители не были рады, что их дочь стала матерью-одиночкой, но тем не менее ее не бросили. Для самой Наташи растить ребенка одной стало серьезным вызовом. Но она не сдалась, а наоборот, стала сильнее: воспитывала сына, много работала, сделала успешную карьеру, даже сама купила квартиру, хоть маленькую, но свою.

А теперь ей пришлось вновь вернуться к матери, только еще и с мужем в придачу. Отца уже не было в живых. Нет, жить здесь Саша не хотел. Деньги, деньги, как много в них упиралось. Когда они только поженились, Саше пришлось жить в квартире жены. Своего жилья у него не было. Он как раз только начал откладывать деньги на ипотеку. Зарабатывали они почти одинаково, Наташа даже чуть больше. А вот теперь он остался единственным кормильцем. И ему так не хотелось, чтобы жена рано возвращалась из декрета на работу. Нет, он же мужчина, она родит ему сына, а он должен ее обеспечить, построить дом, ну или как минимум заплатить за новую квартиру. В последние пару недель Наташа очень часто была не в настроении, срывалась из-за пустяков, хотя подобного не было даже в первые месяцы беременности. Он старался не спрашивать ее ни о чем, понимая, насколько ее напрягает, что в тридцать с лишним лет пришлось вернуться жить к матери. И это временное решение становилось всё более длительным. Но как же дорого всё было! Если в придачу к ипотеке взять кредит еще на ремонт, ему, работая одному, пришлось бы отдавать большую часть зарплаты, на жизнь с двумя детьми едва хватало бы. Саше хотелось как можно скорее переехать от тещи. Он очень рассчитывал на повышение, но всё пошло не так. Пришлось искать другой способ.

Телефонный разговор помог немного успокоиться. Собеседнику тоже было что скрывать. Он его не сдаст. Они теперь оба повязаны. Отвратительное слово. Какое же презрение у него всегда вызывали люди, которые поступают так. Но нет, он не виноват. Уже завтра что-то будет, он точно знал. Представил себе лица коллег, если бы они узнали, что он это сделал. Что было бы? Он бы всё отрицал. Но нет, этого не будет. Он всё продумал. А если и узнают… Пусть. Теперь все тайны известны. Во всем виновата Лена. Он так и скажет.

В своих мыслях Саша и не заметил, как оказался возле двери. Он достал ключ и потихоньку зашел. На кухне горел свет. Он безумно хотел поговорить с женой. И рассказать всё. Точнее, почти всё. Наташа ждала его, она почти никогда не ложилась, пока он не вернется с дежурства. Сейчас она сидела на кухне перед ноутбуком и что-то изучала в интернете. Тимошка и теща спали в зале, уступив супругам единственную спальню.

– Ты приехал? Всё в порядке? – Наташа захлопнула ноутбук и посмотрела на него.

– Да, насколько это возможно, – Саша разулся и, пройдя на маленькую кухню, сел на корточки рядом с женой, прислонившись головой к ее коленям. Он тихо произнес:

– Наташ, я должен тебе кое-что рассказать.

Он встретился взглядом с женой, она тихо кивнула, и в третий раз за сегодня он рассказал про гугл-диск.

– Вот так, – добавил он в конце, будто смущенно.

– Но почему ты молчал? – чуть ли не закричала Наташа. Она была сильно взволнована.

Саша закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Да потому… Я сам себе в этом не хотел признаваться, но это был компромат, который можно было использовать. Но я не знал, как.

– И ты ничего не делал? Просто молчал? Пока они тут развлекались и тебя унижали?

Саше безумно захотелось наконец сказать правду. Хотя бы об этом, если о другом нельзя. Как же он ненавидел ложь! Но уже вляпался. Не отмоешься.

Наташа смотрела ему в глаза и заметила его колебания. Она хорошо его знала.

– Ты не договариваешь… Ты что-то сделал?

Надо было принять решение. Рассказать или нет. И что именно.

Саша глубоко вздохнул и нервно снял очки. Наташа еще ближе придвинулась к нему.

– Я не говорил про это безопаснику. И не знаю, стоит ли это рассказывать полиции.

– Что ты сделал? – повторила Наташа и наклонилась очень близко.

– Я хотел, чтобы о ее делах узнали, но не знал, как это сделать, – наконец сказал Саша. – Просто пойти к директору? Ты знаешь, он с Максимом дружит и полностью ему доверяет. Я оказался бы крайним. Да и тогда пришлось бы рассказать про источник, то есть я потерял бы возможность за ними следить. Перешагнуть через Михаила и как-то переслать эту информацию московскому начальству? Не знаю. Я побоялся. Меня могли бы отследить по полученному письму. И при этом не факт, что реакция была бы нужной. Сказали бы, ну и пусть спят, с кем хотят, лишь бы работали. А я опять остался бы крайним и работу мог потерять. Я не спал всю ночь и думал, думал. И наконец решился. Они должны сами были прекратить эту историю. Максим с его гордостью ни за что не стал бы терпеть, что она спит с Андреем, да еще и информацию ему передает. Я был уверен, что она на двух стульях хочет усидеть. Заняла бы нужную должность, а потом шпионила бы для конкурентов. Андрей ждал через год-другой повышения, он сам мне про это рассказывал. Нынешний директор «Мебеликса» не местный, он скоро уехал бы, а Андрей сам стал бы директором, а она бы к нему сбежала на его нынешнее место. Такие были планы, я уверен. Но ждать, пока она действительно это сделает, я не мог. Поэтому я решил, что нужно всё это как-то сообщить Максиму. И я решил написать письмо. Создал анонимный почтовый адрес. Зашел в кафешку неподалеку от магазина, спросил у них пароль от вай-фая и отправил с него письмо со всей этой историей. И сообщил, где и когда у них планируется встреча с Андреем. Это я сделал. Понимаешь? Подло, мерзко, но сил видеть их больше не было, – Саша говорил всё это, опустив глаза вниз и смотря в пол. – Как мне в этом признаться? Это же отвратительно.

На лице Наташи, пока он говорил, отразилась целая гамма чувств, но сейчас Саша, подняв на нее глаза, увидел сочувствие и понимание. Он сел рядом и уткнулся головой ей в плечо, как когда-то в детстве, когда его обнимала мама, а он плакал из-за тройки в школе.

– Ты не виноват, – мягко сказала она, – любой бы воспользовался этой историей.

– Но ты не знаешь еще… – Саша рассказал ей про Максима возле гостиницы. – Он не порвал с ней, он встретился с ней снова. Значит, либо ему было всё равно, и я ничего не добился этим своим предательством, либо он задумал что-то плохое. И тогда я виноват в том, что произошло с Леной.

– В том, что произошло с Леной, виновата сама Лена. Если, конечно, ее смерть связана с этой историей. Или ты еще в чем-то себя винишь?

Саша отстранился от Наташи. Очень хотелось заплакать, но он держался.

– Когда я понял, что Максим ничего не стал делать, меня снова взяла злость. Это как снежный ком, понимаешь? Сделал что-то плохое, а потом не можешь остановиться. Причем знаешь, что это уже не для себя делаешь, а просто потому, что можешь это сделать. Месть. Она захватывает.

– Ты сделал что-то еще?

Вот сейчас нужно было остановиться, говорить было нельзя.

– Нет, – соврал Саша, – но я очень хотел. Думал, такое же письмо Андрею отправить, но потом решил, что это ни к чему не приведет. Тем более, ты знаешь, мы всегда с ним в хороших отношениях были. Но ведь кто-то другой, например, мог ему сообщить?

– Саш, я не верю, что Андрей причастен к этому. Мы же не раз встречались с ним, с его семьей и за пределами работы. Ладно бы Максим. Хотя… Нет, и в это я верить не хочу. Но рассказать об этом нужно. Полиции, безопаснику.

– Но ведь всем станет известно, что я так поступил. Я! Михаил всегда говорит, какой я хороший, правильный. Да все здесь так считают. А тут… Такое. А Максим? Он меня потом со свету сживет.

– Саш, но ты ведь рассказал безопаснику про Максима? Надо было и про письма сообщить, – Наташа глубоко вздохнула. – Думаю, Максим сам про них упомянет, и тогда они начнут выяснять. Лучше уж признаться. Я не хочу тебе лекцию читать. То, что ты воспользовался этой историей, это правильно. Хотя жаль, что ты со мной не посоветовался.

– Я не хотел тебя впутывать!

– Но я же твоя жена. Я могла бы тебе помочь. Ни в чем себя не вини. Они виноваты, что всё это устроили. И должны были отвечать за последствия. А вот если из них кто-то действительно замешан в ее смерти, то виновный может уйти, если ты всё не расскажешь.

– Но как же моя репутация?

– Да что она тебе? – Наташа начинала повышать голос. – Ну поговорят. Думаю, ни в чьих интересах не будет это всё распространять. А Максим, вообще, вряд ли в магазине останется после этой истории. Хотя, кто знает.

– Меня здесь самого не оставят.