Вера Ахметзянова – Дорогами веры (страница 7)

– Тогда удели пять минут, Вер, – взмолился хозяин и начал уговаривать: – Может, к столу? А? Погреемся! А то неловко как-то держать тебя на пороге. За чайком и поговорим.

Следующие полчаса на тёплой кухне Михаил рассказывал Вере про своего двоюродного брата Ярослава, который сейчас гостил у него:

– Приехал вроде как машину починить. В нашем-то автосервисе дешевле, чем в городе, это я понимаю. Но машина – только предлог. Вижу, что бежит от проблем. Открыто не говорит ничего, но я-то вижу, что семья, может, и работа в тартарары летит. Стартанул неплохо, вроде: женился по любви, сначала в поликлинике работал, потом в клинику психиатром перевёлся. Пацан их дурит последнее время, правда… Хоть Яр и говорит, что сам всё решит… Но смотрю, Вер, наука его что-то не помогает. Сижу с ним неделю уже, кумекаю, чем помочь, а тут ты. Неспроста, явно. Посмотри его. А?

– Запрос понятен, Миш. Но только ты же правила знаешь: он должен быть от брата твоего, а не от тебя.

– Да знаю, знаю я. Но человеку… – Михаил осёкся, быстро заморгал, потёр подбородок и прохрипел: – Перезагрузка нужна.

– Кому перезагрузка нужна? – тут же услышала Вера за спиной драматический баритон.

Михаил неловко выскочил из-за стола. Пока Вера разворачивалась на сто восемьдесят градусов, послышались гулкие крепкие похлопывания.

Перед Верой предстал широкоплечий, спортивного телосложения брюнет лет сорока – сорока пяти, лицо которого было серьёзным и строгим. Вера интуитивно поняла, что это Ярослав. Машинально просканировала его тонкие тела и неожиданно для себя отметила, что безумно захотелось провести рукой по его высоким скулам и прямому подбородку, коснуться светлой щеки и гладких губ.

Вере показалось, что они с Ярославом смотрели друг другу в глаза целую вечность, хотя на самом деле прошло не более двух секунд. Эту проскочившую искру считал и Ярослав. А ещё пристальный Верин взгляд успел коснуться едва уловимых, но сильно кровоточащих душевных ран Ярослава. Которые он всеми силами прятал от окружающих. И от самого себя в первую очередь.

– Вере. Нужна. Перезагрузка, – вылупив испуганные глаза и потирая шею, затараторил Михаил, пытаясь замять неловкую ситуацию. – Знакомься – Вера.

– Просто Вера? – уточнил Ярослав, подходя ближе.

Терпкий аромат одеколона Ярослава, с нотками смородины, долетел до Веры и вскружил голову.

«Наверное, целуется он так, что ноги подкашиваются, – подумала она и тут же одёрнула себя. – Вселенная, ты опять всё буквально поняла: налево давно не ходила – ну, на тебе «налево»».

– Да, – отозвалась Вера, опуская глаза. – Даже не знаю, как себя попроще представить. Просто Вера, просто хороший человек, просто помогаю людям. На сим умолкаю, так как в большее обычно люди или не верят, или шарахаются.

– Ясно, – присаживаясь за стол, проговорил Ярослав, и в его ярко-голубых пристально её разглядывающих глазах Вера заметила дьявольский огонёк.

– Вот я и говорю, что перезагрузка ей нужна. Смотри, как исхудала, помогая людям! Глаза впали – совсем себя не бережёт, – не унимался Михаил. – Вер, прости, женщинам такое неприятно слышать, но я из лучших побуждений. Не доедешь ты до деревни. Сам бы тебя отвёз, но жду группу сегодня. Ленка в город к заказчику усвистала – так бы она встретила. Может, отдохнёшь у нас до вечера? А завтра я с утреца отвезу.

– Спасибо, Миш, и за «комплимент», и за предложение, – рассмеялась Вера, – но мне сегодня надо добраться. Там в салоне пассажир один совсем слабый – птица подбитая. Хочу живой её довезти. Да и работы много. Сделаю дела и по-быстрому вернусь.

– Далеко ехать-то надо? Может, я отвезу? – вновь подключился к разговору Ярослав. – Всё равно машина на приколе ближайшие дня два-три, а так хоть развеюсь.

– А это идея! Вот, Яр, выручил, – подхватил Михаил и похлопал родственника по плечу. Затем, развернувшись всем телом в Верину сторону, добавил: – Соглашайся, Вер. А?

Во взгляде Михаила Вера считала не только просьбу, но и немой вопрос: «Можно ли считать предложение Ярослава за самостоятельно озвученный запрос – ведь сам предложил отвезти её до деревни?»

На самом деле, Вера не знала ответа. Она лишь знала, что её ведут духи. Криво как-то ведут… С болью. И она согласилась.

Во время разговора за столом выяснилось, что Ярослав разбирается в животных и птицах. Он предложил осмотреть ворона, перед тем как выехать. О том, что он хотел поступать в ветеринарный, не знал даже Михаил.

– Да, но судьба распорядилась иначе и отправила меня учиться в военно-медицинскую академию имени Кирова, – сказал Ярослав, внимательно осматривая птицу. – Затем психиатрия затянула.

– Вообще-то из Ярослава получился бы хороший бёрдвотчер, – задумавшись и кивая головой, сказал Михаил.

– Бёрд… Кто? – уточнила Вера, подняв брови и склонив голову набок.

– Бёрд-вот-чер, – повторил Михаил по слогам. – Люди, которые наблюдают за птицами в естественной среде обитания. Сколько помню, Яр постоянно домой то выпавших из гнезда птенцов приносил, то выхаживал раненых птиц.

– Бёрдвотчинг очень распространён на Западе. У нас не многие про него знают, – сказал Ярослав.

– Никогда не слышала. – Вера с воодушевлением продолжила задавать вопросы: – Просто смотрят за птицами? И всё?

– Ну, не просто смотрят, – бархатный голос Ярослава всё больше и больше её зачаровывал. – Слушают ещё. Некоторые виды птиц бывает проще распознать по звукам.

– Про звуки не знал. И зачем это? – спросил Михаил, внимательно следя за тем, что делает брат.

– Ну, можно сказать, хобби такое. Как орнитологи-любители фотографируют и просто наслаждаются. – Ярослав, сделав паузу, продолжил: – Вообще, это и для науки плюс. Данные, которые люди передают: количество птиц, виды их, где и когда пролетали, – всё это записывают, потом анализируют. Международные проекты потом запускают.

– Да ладно! – удивился Михаил.

– Складно! Например, в Ленинградской области именно от любителя птицелова были получены первые сведения о горной чечётке, дубровнике, черногорлой завитушке и канареечное вьюрке. Куча фильмов снято на эту тему. – Ярослав со знанием дела крутил, вертел птицу, прощупывая каждый сустав.

– Художественных или документальных? – Вера подала чистый бинт.

– Разные есть. В начале двухтысячных много наснимали. Если интересно, на Ютьюбе пробить можно.

– Надо же. Не интересовалась даже.

– Удивительное, вообще, рядом. – Сделав глубокий вдох-выдох, Ярослав передал перебинтованную птицу Вере и улыбнулся. – В детстве в деревне у меня на эти наблюдения куча времени была. Птицы – они интересные. И умные. Особенно вороны.

Глава 5

Разговор про птиц у Ярослава с Верой зашёл и в дороге, когда с три десятка крупных воронов неожиданно появились из ниоткуда и начали кружить над машиной. Зрелище было эффектным! Складывалось впечатление, что каждая птица хочет заглянуть в окно. Затем они то поднимались выше, то опускались, оглашая окрестности своими голосами.

– Первый раз такое вижу. Необы-ы-ычно. – Ярослав снизил скорость, вцепился в руль и стал крутить головой по сторонам, чтобы рассмотреть каждую птицу. В чёрной дутой куртке плечи Ярослава казались ещё шире. Вера вообще не верила, что он поместится за рулём её маленькой машины, но каким-то чудом ему это удалось.

– Сопровождать будут до самого дома, – сказала Вера, улыбнувшись, и подмигнула Ярославу. – Есть поверие, что вороны – это глаза и уши бога Одина[6]: летают везде, для него информацию собирают. Короче, нас приметили!

Ярослав вздохнул, прищурил глаза и с сомнением покосился на Веру, всем своим видом показывая, что в приметы и сказки народные он не верит.

А Вера всегда ждала знаков. Да, в Вериной машине были амулеты с энергией рун, которые работали безотказно, но перед этой поездкой она дополнительно попросила своих защитников о помощи в пути. И теперь Вера точно знала, что подношения приняты.

Чтобы не обострять ситуацию и не лишиться удачно подвернувшегося под руку водителя, Вера сказала, что плохо себя чувствует, и забралась на заднее сиденье. Там можно было и поудобнее устроиться, и незаметно рассмотреть попутчика. Это во-первых. Так как в голове Веры назойливо крутился вопрос: «Чего это вдруг он так легко согласился ехать в не пойми какую деревню, с не пойми кем?» А во-вторых, Вера начала побаиваться реакций своего организма на этого человека. Никогда ещё после замужества её так не влекло к мужчине. Ощущение, что Ярослав не посторонний, а очень даже близкий человек, которого она давным-давно знает, начинало напрягать.

В том, что Ярослав уравновешенный и спокойный, Вера не сомневалась. Движения его были мягкие и плавные. А по тому, как Ярослав до этого перебинтовывал птицу и упаковывал свои немаленькие размеры тела в Верин «Рено-Сандеро», ей сразу было ясно, что он очень аккуратен. «Наверное, вокруг него всегда чистота и порядок», – подытожила Вера: для неё обычная уборка дома приравнивалась к подвигу, на который чаще всего шла лишь из-за мужа.

Не сопоставима только со всей мягкостью Ярослава была нездоровая подвижность глаз. Она выдавала накопленное внутреннее напряжение. Вера не раз видела, какая эмоциональная буря может скрываться за волевыми чертами лица и пристальным взглядом. Именно поэтому Вера мысленно попросила своих помощников и наставников дать ответ на вопрос, на каком этапе развития находится этот человек.