Вениамин Шер – Печать Велисы 5. Святой студент (страница 4)

– С-сегодня… восьмой день… как вы поступили к нам.

– Куда увезли Анну?

На этом вопросе девушка слегка зависла и стала дрожать ещё сильнее.

– В-ваше благородие… п-простолюдинам неведомы дела аристократов… Её забрал князь-папенька… прошу… я не знаю… – всхлипнула она.

После этих слов я конкретно растерялся. Какой нахер папенька в Японии?!

– Где я нахожусь?! – прошипел я ей на ухо.

– С-специальный санкт-петербургский госпиталь… имени Малышевой… Для аристократов…

«Велиса меня нае… сильно обманула?!» – в крайней степени охренел я.

В эту секунду дверь открылась, и в палату вошли седой мужичок в белом халате и знакомый худощавый женский силуэт в деловом костюме с брюками.

– В-виктория… – выдохнул я, ещё больше округлив глаза.

Викины глаза тоже полезли на лоб, и она в растерянности поглядела на врача, а потом опять на меня, как на полного психа.

– Андрей… – начала она. – Как ты… себя чувствуешь? И… изволь спросить… зачем ты голый, держишь эту… девицу?

– К-хм… – вежливо кашлянул врач, сверкнув в меня фиолетовым свечением глаз. – Сдаётся мне, Виктория Владимировна, у Его благородия лёгкая дезориентация и сильный выброс гормонов, в сочетании с переполненным мочевым пузырём. Вот он и решил прикрыть срам Людмилой. Но, почему-то, не одеялом, – усмехнулся он в кулак.

Я так и продолжал удерживать шмыгающую носом медсестру сзади, и причина этому переквалифицировалась ровно в ту, которую озвучил седой мужик. И он прав в ещё одном пункте – я настолько хотел «сцать», что от такой волнующей ситуации готов был выпустить фонтан, словно из брандспойта. Для этого случая мой орган, оказывается, продолжал настырно стоять, как бетонный кол, качественно упираясь девушке через платье в ложбинку, чуть ниже двух ягодиц.

Это будет просто фиаско, если упущу хоть каплю. От великого позора мне придётся покончить свою новую жизнь самоубийством, так как титула барона-обоссанца бедных девушек не избежать…

Столь нерадужные мысли у меня пролетели всего за мгновение.

«Н-ну-у-у! Велиса! Ну, с-с-су-у… стема великая!» – мысленно зашипел я, заливаясь краской до самых пяток.

А на краю сознания я услышал истеричный женский хохот с похрюкиванием и отчётливые удары о стол…

Глава 2

– …экономическая теория делится на два ключевых направления: микроэкономику и макроэкономику. Её основные принципы находят применение в специализированных научных областях, таких как теория экономического роста, экономика совершенствования, международная экономика самодержавия… —монотонный голос преподавателя в очках звучал для всей аудитории.

– Эх… – тяжело вздохнула Афина, с неудовольствием продолжая слушать крайне нелюбимый для неё предмет.

Девушка подпёрла подбородок запястьем и стала карандашом выводить рисунки различных фантастических мечей. В последнее время княжне хотелось чего-то «эдакого». После смерти одного человека, которого она полюбила, Афина пролила немало слёз в подушку. Но всё когда-то заканчивается, как и её слёзы, которые она не показывала даже сестре.

«Зима не может идти вечно…» – с печалью вспомнила княжна слова из китайской притчи и стала рисовать ещё один клинок.

Он был не менее фантастическим, но довольно простым. Это был двуручный меч, но очень большой. Рукоять была практически как у катаны, а вот лезвие имело ширину в двадцать сантиметров, заканчивающееся через метр-двадцать ровным скосом. Выступающей гарды у него практически не имелось из-за отсутствия в ней смысла, но девушка нарисовала декоративную окантовку в начале лезвия.

Немного подумав, Афина вывела две выемки в середине лезвия у окантовки. Клинок, толщиной в сантиметр, неудобно носить в ножнах, но если приделать к экипировке крюки, то его спокойно можно вешать за спину.

«Вот бы его выковать», – подумала Афина, но сразу приуныла.

Даже если такой клинок выковать из лёгкого титана или магически обогащённого мифрила, то он будет весить минимум десять килограммов. В обычном состоянии Афина сможет его разве что поднять, но сделать какой-либо смелый выпад уже не получится. А если применить печать, то она сможет с ним драться, но далеко не так резво, как со своим верным соратником.

– Поэтому нужно тренироваться ещё интенсивнее… – прошептала девушка и нахмурилась.

Она вдохновила себя посветить сегодня весь вечер и часть ночи одним силовым тренировкам.

– Ты чего там бормочешь? – с усмешкой спросила Афелия, которая сидела за партой справа.

Афина закрыла рукой лист с рисунком и недовольно покосилась на великую княгиню.

– Не обращай внимания, сестра… – ответила княжна. – Думаю, что делать сегодня, после того как спроважу тебя в твои покои.

– Опять будешь железки таскать и мечом свистеть? Вот превратишься в мускулистого качка – ни один мужчина на тебя не посмотрит, – с ехидством сказала великая княгиня и стрельнула в сестру хитрым взглядом.

– Уж не сильно-то и надо, – фыркнула Афина, отвернувшись.

– Я могу тебя кое-чем заинтриговать, от чего тебе сразу станет надо.

– Такого не будет.

– А давай пари?

Афина поглядела на сестру заломив бровь, и чуть усмехнулась.

– Давай. Если меня это не заинтригует, то на выходные мы с тобой поедем к императорскому кузнецу, и ты выпросишь у него сковать то, что я захочу.

– Хорошо. А если заинтригует, то мы с тобой едем в элитное ателье Ильи Варламова и заказываем на тебя множество платьев. И при этом, ты опять начинаешь краситься.

– Тогда ты точно проиграешь, – заулыбалась Афина. – Я согласна.

Девушки незаметно от преподавателя и других учеников схватились мизинцами и скрепили договор.

После этого Афелия с улыбкой произнесла:

– Барон Андрей Черных жив и находится в Петербургском госпитале. Я это знаю достоверно от нашего папеньки. Совершенно случайно узнала сегодня, когда проходила мимо его кабинета.

Улыбка Афины моментально слетела с лица, и девушка вскочила из-за парты.

– Эм… Ваше сиятельство… Лекция ещё не окончена… – изумился преподаватель, а все остальные ученики обернулись.

Ничего не говоря, Афина выбежала из аудитории, пытаясь унять вырывающееся из груди сердце.

– Я ознакомился с вашим отчётом, патриарх Даниил, – с акцентом произнёс мужчина на экране монитора. – Несмотря на все невзгоды, вы продолжаете отважно бороться со злом.

Он был в красной сутане с пилеолусом – католическим головным убором. На вид мужчине было чуть больше сорока лет, но сидевший перед монитором старик почтительно склонил перед ним голову.

– Благодарю за похвалу, кардинал Игнацио, – ответил Даниил. – Но порадуете ли вы меня? Я могу рассчитывать на ваше содействие с императором Дмитрием?

– Несомненно, Ваше святейшество, – кивнул кардинал католической церкви. – Многие люди, и даже правители, сильно пренебрегают угрозой прокажённых Пустотой. Ко всему прочему, вы безоговорочно доказали, что тот прокажённый очень силён. Если он и дальше будет набирать силу, то в будущем дьявольские червоточины покажутся нам сущим пустяком.

– Вы крайне мудры, Ваше высокопреосвященство, – вернув лесть, улыбнулся патриарх. – Отрадно слышать, что вы всё понимаете не хуже меня. Полагаю, Папа Римский сможет оказать давление на Дмитрия Петрова и вернуть мне управление инквизицией?

– Всё куда сложнее в нашем случае, Ваше святейшество, – мягко начал кардинал. – Наш Папа уже стар, а после вашего, скажем так… промаха с вашими подчинёнными, репутация всех церквей слегка пошатнулась. Пока что он не готов вас слушать, Ваше святейшество.

– Я ведь предоставлял отчёт о проведённых расследованиях – все нечистые на руку священники и инквизиторы были с позором отлучены от сана, но меня всё равно отлучили от управления инквизиторием, отдав его вашему кардиналу Франциско, – с недовольством произнёс Даниил.

– Я вам безоговорочно верю, патриарх Даниил. Только пока что, к сожалению, на Папу невозможно повлиять. Лично я не отказываю в помощи и согласен с вами. Но то, что прокажённый каким-то образом стал участником Нисхождения Господня, связывает нам руки… и даже ноги. Официально мы не можем произвести радикальные меры.

– Хорошо, мне не так важно управление инквизиторием, но вы ведь понимаете, что эта нечисть никак не может быть помазанником Божьим?! Он всё это подстроил, дабы его никто не уличил, что он крутит шашни с тёмными ведьмаками! Он коварен, словно дьявол! Именно он подорвал доверие народа к церкви! – повысил голос старик.

– Разумеется, Ваше святейшество, разумеется, – мягко улыбнулся кардинал. – Именно поэтому я предлагаю не торопиться, а поступить самостоятельно, очень тихо и деликатно.

– Что конкретно вы предлагаете? – насторожился патриарх.

– Я предлагаю устранение прокажённого, не вмешивая в наши дела имя церкви. Мы совершим вынужденный грех, во имя спасения всего человечества. Как вы на это смотрите?

– К-хм… Очень… хорошо, Ваше высокопреосвященство, – осторожно ответил патриарх.

– Значит, мы друг друга поняли, – кивнул в ответ кардинал.

– Несомненно. Для этой нечисти… солнце не может светить вечно! – процедил Даниил и сжал старческий кулак. – Он должен превратиться в прах!

– Хорошо сказано, Ваше святейшество. В скором времени я соберу группу моих лучших людей, и направлю их в составе миссионерской делегации в Москву…

– Аха-ха-ха! То есть ты действительно подумал, что находишься у коммунистов? Пхи-ха-ха-ха! – в голосину ржала надо мной Виктория.