Венера Петрова – В вечных сумерках после заката без нас (страница 10)
Он много говорил о Раисе Сарби. Раиса Васильевна Сарби (Бородкина) – советская и российская чувашская поэтесса, прозаик, драматург, переводчик; член Союза писателей СССР (1981) и литературного фонда СССР (1983). Народный поэт Чувашии. Может, Моисей в этом письме имел в виду её, а не его. В якутском языке нет разделения на «он» и «она». Он со многими был на «ты», в том числе, с шаманами, экстрасенсами. Хотел, чтобы и я с ними общалась. Я же категорически отказывалась. И он втихаря просил их «сканировать» меня на расстоянии. Никто из этих ясновидящих не открыл глаза бедному поэту, насколько глубоко он заблуждается. Не сказал ему в своё время, что я волк в овечьей шкуре. Говорили ему то, что он сам хотел. Или я сама себя настолько не знала и не знаю? Или не так уж ясно они всё «видели»? Иметь в себе такой дар – это то ещё удовольствие. Видеть людей насквозь, всю чужую гнилую суть, знать все пороки в зародыше, читать мысли, если они есть – уж, увольте.
О Сарби он говорил часто. Какая была между ними связь – космическая, кармическая или просто творческая, не знаю. Недавно перевела на чувашский язык «Катюшу». Чувашские женщины, жёны, матери, сёстры всем сердцем переживают за наших бойцов, участников спецоперации. Переживают и гордятся их мужеством, стойкостью, верностью заветам нашей великой родины – России. Раиса Васильевна, как активная участница комитета «Чувашская женщина» Национального конгресса, включилась с большую работу по организации помощи бойцам СВО. Регулярно женщины собирают посылки с необходимыми для ребят-земляков продуктами и тёплыми вещами, вместе они вяжут шерстяные носки, жилеты, готовят ароматные чаи. Чтобы перевести «Катюшу» на чувашский язык Раисе Васильевне понадобилось минут 20 – так созвучны были стихи Михаила Исаковского её душе, так легко легли чувашские слова на мелодию Матвея Блантера. Раиса Сарби записала видеообращение к бойцам спецоперации, прочитала для них своё стихотворение «Российским солдатам»: «Утром, днём и ночною порой с вами я – всей своею душой! С вами – милой России сыны!». Благодаря проекту «Народного фронта» «Стихи и песни о СВО» видеоклип с прозвучавшими стихами Раисы Сарби на русском и чувашском языкам с благодарностью посмотрели сотни участников спецоперации. «Мне было важно сказать, как мы все гордимся нашими защитниками и мысленно проходим все трудности и испытания вместе с ними. Я написала целый цикл стихов, посвящённый нашим ребятам, очень хочу всем сердцем их поддержать. Как может поэт передать свою боль, свои переживания? Конечно, через стихи! Своими стихотворными строчками я передаю свою материнскую любовь, наше трепетное ожидание и нашу общую благодарность. От всей души желаю ребятам мужества и крепости духа», – говорит Раиса Сарби.
Так она в теме! Можно Космос с вполне земными темами сочетать. Или она полностью переключилась на земное, сиюминутное? Портал закрылся, иссяк источник. Или Моисей также и в ней заблуждался? Поэт зрит в корень, так тому и быть. Можно и без Космоса вполне себе творить.
А я в том далёком 2000-м году, пока Моисей Ефимов общался с Космосом, была занята очень уж земными делами: «День прошёл почти впустую. Отправила смешное письмо Моисею. Он же просит, чтоб я писала чаще. Пусть читает на здоровье. Меня тревожит моё состояние. Если же мне мало осталось жить, к чему всё это? А завтра дискотека. Хочется, ах, как хочется! Да вряд ли». «За себя я рада. К счастью, я не замужем. Семейная жизнь – это жизнь в состоянии войны… «День – как взбесившийся барометр. Чуть не зарылась в песок, да благоразумие взяло вверх».
Февраль 2000 года. День сурка. Это иногда лучше, чем руководствоваться взбесившимся барометром. Не настало ещё время, когда я превращусь в взбесившегося принтера. Всё хорошо. Нет ещё порыва – достать чернил и плакать. Всё зло, весь ужас бытия только в зародыше. И никто же не разглядел его ни в ком и ни в чём. Космос – это всего лишь холод пустоты, вечное безмолвие, а гении – аномалия эволюции. Проводники – ушлые умники, умеющие заставить всё вокруг работать на себя.
В феврале 2000 года шла Вторая чеченская, которая в моих записях полностью отсутствует. Как будто не гибли где-то в Грозном наши мальчики. Хотя в феврале город полностью перешёл под контроль российских сил. Город полностью перешёл под контроль федеральных сил 6 февраля 2000 года, когда были ликвидированы последние очаги сопротивления в Заводском районе. В тот же день о водружении военнослужащими российского флага над одним из административных зданий Грозного рассказал журналистам и.о. президента РФ Владимир Путин. в 2000 году город удалось освободить «с минимальными потерями личного состава». Правда, от города практически ничего не осталось – во время боёв большинство зданий было уничтожено. В свою очередь, Масхадов назвал сдачу Грозного «временным стратегическим манёвром». Успешный штурм стал переломным моментом в ходе восстановления на территории Чечни законной власти и сильнейшим ударом по режиму чеченских сепаратистов.
«…Я тыщу планов отложу
На завтра: ничего не поздно.
Мой гроб ещё шумит в лесу.
Он – дерево. Он нянчит гнезда…» (Франтишек Грубин).
Считается, что этот отрывок стихотворения чешского писателя вывозит из любого состояния. Замечу только, это, если повезёт, что будет он – гроб. Может, дереву нянчить некого – гнездо разрушено или птенцов нет. Или дерево превратилось в пепел, как и само мироздание.
Всё прозрачно, но не всё так однозначно
Шёл год 2000-й. Давно прошёл парад суверенитетов. Гарант сего Ельцин не у дел. Но в Якутии всё пучком. Вот что выдал искусственный интеллект о делах насущных в алмазной республике за первый год нового века: «Проведены крупные мероприятия в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне, 10-летием Суверенитета Республики Саха (Якутия), 100-летием якутской литературы, II Международными спортивными играми «Дети Азии», Годом детства и детского спорта».
Вы только вдумайтесь: интеллект искусственный! Можно докторскую писать, лёжа на диване, стать автором бестселлера, не отходя от кассы. Самому даже гуглить не нужно, за тебя сделает искусственный интеллект. Порой он выдает стихи собственного сочинения, которые лучше по форме и содержанию многих поэтов смутного времени.
В 2000-м я судорожно дописывала свою единственную поэму то в соседнем пустующем доме или в коровнике, несмотря на осенние холода. Коровы не мешали выстраивать в уме сложные стихотворные конструкции, которые даже по истечении 24 лет не вписываются в стройный ряд якутского стихосложения. Стихи – не в национальной манере, проза – слишком сложно, не для среднего ума, «так не принято». Многие, в том числе наш босс Моисей Ефимов, говорили, мол, я безнадёжно опередила своё время, немного рано родилась. Я бы рада оказаться в далёком будущем, но родить обратно мама бы не смогла. Оказавшись в прекрасной России будущего, о которой грезили в 2000-м, обнаружила себя слишком старой, старомодной. Стиль и манеры, которые шокировали почтенную публику в начале века, не вписываются в реалии эпохи модерна, рассвет которого мы в своей обособленной среде национальной литературы благополучно пропустили. Поезд ушёл – модерн пришёлся не ко двору. Один интеллект искусственный продолжает творить в вольном стиле и ему за это ничего не прилетит.
А в начале века мы, по крайней мере, в своих письмах были немного вольнодумцами. Не знаю, о чём и как говорил тет-а-тет с тем же первым президентом Республики Саха Михаилом Ефимовичем Николаевым, Моисей Дмитриевич Ефимов, со мной наедине, да и со своими друзьями-писателями был вполне откровенен, говорил прямо, без опаски. А в письмах много было даже исповедального. Хотя он, наверное, предполагал, что эти письма станут посланием в будущее. Он был себе на уме. Дневников не вёл. Есть стихи, а он писал их всегда, в них вся жизнь, а что за кадром, между строк, из какого «сора» они плелись, нам знать необязательно.
«12 октября 2000 года. Президент обещал принять меня, да вечно у него времени нет. Надеюсь, на днях всё же встретимся. В Москве (Путин), в Хабаровске (Путиловский) не поддерживают наш суверенитет. Нет больше у Михаила Ефимовича возможности решать вопросы самостоятельно, как бы сам ни хотел. Вот и весь суверенитет. 17 октября сюда приезжает Путиловский. Начнётся та ещё суета…».
«13 ноября 2000 года. Я 24-28 октября был в Москве. Участвовал в работе исполкома нашего союза. Встретил писателей, с которыми на «ты» ещё с юности. Что нового в союзе – это то, что усиливается шовинизм русских. Хотят смести с поста председателя Тимура Пулатова. Мы, представители национальных республик, пытались за него заступиться».
А я в это время учила французский. Может, что и писала, благо БЫТ не перекрывал мне кислород. Вдохновение не терпит суеты, но его ещё можно поймать: хоть в коровнике, хоть в заброшенном доме. Это не то же самое, когда обязанности кухарки заставляют менять приоритеты.
Тот же быт, вернее, просто будничное, земное присутствует и в письмах народного поэта. «Сегодня 60 лет печальной даты начала Великой отечественной. Семён Руфов с женой месяц пролежали в больнице. Рафаэль, став народным поэтом, тоже в больнице. В октябре планируем провести съезд. В то же самое время будет 75-летний юбилей издательства «Бичик». Твою книгу включили в план. Ты не беспокойся об объёме книги, там видно будет, главное – качество. Наташа Михалёва здесь на радио работает. Иногда приходит. Хочу взять отпуск, уединиться в Доме творчества. Купил тебе краску для волос. Лучше бы тёмно-коричневый цвет. А этот «рубин», сказали, красный. Здесь, увидев одну актрису с красными волосами, представив тебя с такими же волосами, немного опечалился».