Велта Кирьякова – Творцы и твари (страница 2)

Тут раздался звонок телефона.

– Здравствуйте, доставку заказывали? Ожидайте в течение получаса. – прогнусил голос в трубке.

– Ваше ж здоровье, – ругнулась Муза. – Час в запасе у меня, конечно есть, но я то просила предупреждать заранее!

– Мы и предупреждаем заранее. Если хотите, можем перенести доставку на сегодня в 22:00.

– Ну вот ещё, в 22:00 я планирую наслаждаться компанией красивого молодого человека и целой батареи алкоголя.

– Тогда ждите, – завистливо промолвил голос в трубке – Полчаса.

– Ладно, – вздохнула Муза.

Сняв золотистые босоножки, которые она уже успела натянуть, Муза открыла ноутбук. На почте и мессенджерах за время её сборов собралось уже около тридцати произведений по её запросу.

– Кто так шлёт? Нет! Кто так шлёт!– восклицала она.

Всего несколько файлов были подписаны как положено: название, фамилия, с небольшой справкой об авторе. Большинство было прислано даже без предварительного приветствия, некоторые прямо в теле сообщения в мессенджере, да ещё с потерянными фразами в тех местах, где сообщение было ограничено количеством знаков.

Совсем неожиданностью для неё стало письмо от Александра Васильевича, оформленное хоть и по всей форме, но при этом, Муза точно помнила, что ему-то она приглашения поучаствовать не посылала. Впрочем, из письма стало понятно, что кто-то из общих знакомых ему проболтался, и он решил «попытать счастья», по его выражению.

Муза уже хотела было открыть файл текста, как нестерпимый зуд под глазом, напомнил о сегодняшнем конфузе. Третий раз наносить макияж, да ещё ловить бабочек по квартире ей не хотелось, поэтому письмо она проигнорировала. Хватало того, что прислали. Привычно быстро стуча ноготками по клавишам, Муза начала собирать подборку, приводя тексты к единообразию, столь ценимом её дядей Аидом.

На середине подборки прозвучал долгожданный звонок в дверь. Включив экран домофона, Муза увидела курьера. Длинновязый парень с растрёпанным каре и торчащими ушами, в короткой оранжевой шубе из искусственного меха и шортах – брови Музы поползли вверх. Образ курьера дополнял розовый электросамокат прислоненный к бордюру.

– Господи, как этому чудику можно доверять такие ценные грузы, – мелькнула мысль. – Если в заказе хоть какая-то поломка, я им такую рекламу устрою. Ждала девять месяцев. За это время люди уже новых людей рожают.

Она быстро обулась и распахнула дверь.

Курьер зашел в квартиру и поставил объемную коробку на пол.

Лицо у него было простоватое и приятное, но с неуловимым оттенком хаоса и разгильдяйства.

– Небось тоже творческий, – подумала Муза. – Главное, не спалиться, что я редактор. А то потом придется ещё и его стихи слушать.

Пока она распаковывала покупку, чтобы проверить целостность товара, курьер беспрестанно переминался с ноги на ногу.

– Слушайте, прекратите ерзать, – не выдержала Муза. – Вам в туалет?

– А? Что? Нет, не подумайте. Ничего такого – испуганно откликнулся курьер. Впрочем, через секунду, он передумал:

– А можно?

– Идите! – отмахнулась от него Муза рукой в направлении ванной комнаты.

Прекрасная тонкая чугунная клетка с шипами была в полном порядке.

– Где расписаться? – спросила она, оборачиваясь.

Курьер, только что вышедший из туалета, поспешил к ней. Доставая из кармана штанов планшет, он споткнулся и начал падать. Из кармана у него при этом вывалились любимые духи Музы, оставленные в туалетной комнате на полочке. Пытаясь их поймать, курьер так яростно размахивал руками, что умудрился снести стойку для шляп, миску Цезаря и стеклянную банку с бабочками.

Бабочки чёрным роем взмыли вверх

– Цезааарь! – Истошно закричала Муза. Но пока кот бежал на помощь, случилось удивительное.

Все до единой бабочки начали кружить вокруг курьера, образуя страшный вертящийся кокон.

– Помогите! – хриплым шепотом закричал курьер.

Цезарь быстро сориентировался и упираясь передними лапами в стену, задними подтолкнул новую клетку поближе к несчастному курьеру. Потом подскочил и открыл дверцу.

Муза расправила сияющие крылья, в руке у неё сверкнул меч, кончиком коего она провела линию от кокона к новому жилищу чёрных чудовищ. На секунду кокон замер, и сквозь него можно было увидеть бледного как смерть паренька в трансе, с вытаращенными глазами. На лбу у него сидела та самая крупная бабочка с погрызенным Цезарем крылом. Она опустила свой мерзкий хоботок прямо в центр зрачка и подрагивала от удовольствия. На магический призыв она отреагировала тем, что спокойно взглянула прямо на Музу и продолжила свое кровавое дело. Муза засияла от ярости и повторила свое движение. Чёрная бабочка лениво взмахнула крыльями и медленно поплыла по направлению к клетке. За ней потянулись и остальные.

– Цезарь, прибери, – успела лишь сказать Муза, как курьер рухнул на пол, беспомощно хватая руками все, что попадалось у него на пути. Как назло, на пути ему попалась Муза. Вернее, её новое шелковое платье. Оно с треском порвалось где-то в линии колен, обнажая стройные и загорелые ноги.

– Такой день, – философски заметил Цезарь, загоняя последнюю бабочковую мелочь в клетку.

Муза от злости пнула курьера носком золотистой босоножки.

– Эй! Как тебя, вставай. Ты мне платье порвал и испоганил свидание! Первое в этом году, между прочим!

Курьер вскочил, испуганно озираясь. На полу валялись его очки, но он не обращал на них никакого внимания.

– Интересненько, – подумала Муза.

– Простите, простите, я сейчас все починю, – бормотал курьер, со страхом поглядывая, то на Музу, то на клетку с чёрными бабочками.

– Что ты починишь, дурень? Думаешь, у меня тут пошивочный цех?

– Нет, нет, зачем целый цех? Есть у вас ножницы и нитка с иголкой?

– Цезарь! – коротко бросила Муза, и через минуту Цезарь уже стоял с необходимым.

Курьер споро взялся за работу. Начал он с того, что изрезал подол платья ещё больше, так что подол стал ассиметричным: ультракоротким спереди и ниспадающим шлейфом до пола сзади. Позвенел ножницами то тут, то там, где -то прихватил ниткой.

– Булавку – обратился он к Цезарю, а тот быстро убежал и вскоре возвратился с целой коробкой швейных принадлежностей.

– Я и не знала, что они у нас есть, – удивленно заметила Муза.

Парень в ответ только сосредоточенно угукнул .

Наконец, он отвлекся от работы, критически осмотрел сделанное и удовлетворенно вздохнул. Впрочем, через минуту, он уже забормотал: «Не хватает, чего-то не хватает». Поднял палец вверх. И откромсал от своей шубы кусок рукава. Используя остатки ткани от платья, он ловко соорудил сумочку. Потом пошарив у себя в кармане, нашел суперклей и на него приделал золотистую бабочку, в которой Муза с удивлением узнала крышку от своих духов. Тех самых, из–за которых случилась катастрофа.

– Всё! – довольно сообщил курьер. Теперь вы богиня.

Муза недоверчиво хмыкнула и подошла к большому зеркалу в коридоре.

– Древнегреческая! – доверительно добавил курьер!

– Хм, неплохо-неплохо, – оценила Муза. Кот одобрительно мяукнул.

– Очень похожи были на Афину. Ну, знаете, вот это все! С мечом, Крылья такие! Уух! – паренек болтал без умолку, радуясь, что на него больше не сердятся.

Сравнение с матерью Музе польстило. Она ещё раз покрутилась перед зеркалом.

– Так, стоп, – замерла она. Ты что, хочешь сказать, что видел меня?

–Так, да! – радостно подтвердил курьер! – Как вы их! А? Показали тварям их место. А то они меня чуть не сожрали, особенно эта, здоровая.

– Во, дела! – подал голос кот.

–А что такое? – заволновался курьер, – Я ж чего, я ничего. Я не скажу ж никому.

– Так ты что, и Цезаря слышишь? – уточнила Муза.

– Ну, да, – простодушно подтвердил паренек.

– Во, дела! – повторил Цезарь

– Да вот, честное слово, – прижал руки к груди курьер. – Никому. Могила. Только не скармливайте меня этим вашим бабочкам, пожалуйста.

– Не буду, – с любопытством приглядываясь к курьеру, ответила Муза. Потом подумала и добавила: «Пока не буду. Но если кому-то скажешь!»

– Да кто мне поверит, если я начну рассказывать истории о прекрасных девах с мечом в руках, кровососущих бабочках и говорящих котах. – резонно заметил курьер. – Меня в дурку упекут. Я ж не псих, такое говорить.

Муза внимательно посмотрела на него. Он стоял в шортах и яркой шубе из искусственного меха, с оторванным рукавом, весь взлохмаченный и возбужденный.

– Да, пожалуй, не поверят и упекут, – усмехнулась Муза. – А скажи мне дружочек, зачем ты спёр мои духи, и почему ты не обращаешь внимания на свои очки. Прозрел случайно?