Велта Кирьякова – Творцы и твари (страница 3)

Курьер мучительно покраснел.

– Ну, это не то, чтобы мои очки, – наконец признался он. – Я их для солидности надел. Район престижный, хотел впечатление произвести.

– А духи?

Курьер покраснел ещё больше и опустил голову.

– Клептоман, – вынес вердикт Цезарь. – Ставлю банку тунца, клептоман. Клептоманище!

– Я – дизайнер! – с достоинством возразил коту курьер. – Взял, чтобы спросить, где приобретали и сможете ли мне отдать флакон, когда используете. Вещь винтажная. У меня родился образ!

– Я тоже не Иванов, – ухмыльнулся Цезарь самой ехидной улыбкой, – но я вещи по карманам не тырю.

– Цезарь, прекрати душнить, – засмеялась Муза, видя замешательство курьера. – Он из наших. К тому же, раз я Иванова, то и ты Иванов. Ты же мой кот. Она довольно подрыгала ногой в босоножке, ещё раз оценивая удобство и эффектность получившегося наряда. Подол платья сидел как влитой, без ненужных складок, обтягивая все, что нужно обтягивать и струясь там, где нужно струиться. – Взорву танцпол, если он там будет! И, если, конечно, с вашей болтовней не опоздаю.

– У котов нет фамилий, – попытался ввязаться в спор кот, но Муза слишком спешила, чтобы попасться на эту удочку.

– Цезарь, выдай курьеру чаевые, и пусть идет себе, – распорядилась она на прощанье и направилась к двери.

– Есть выдать курьеру, то есть дизайнеру – поправился Цезарь. – Чаевые. Хотя дизайнерам чаевые не положены. Им гонорары обычно платят.

Взглядом он пригвоздил несчастного к месту. Для подстраховки и убедительности ещё и многозначительно ткнув лапой в направлении клетки с бабочками. Горе-курьер вытянулся в струнку и прижался к стене. А кот быстро засеменил в сторону комнаты. Муза, тем временем, всё ещё возилась в холле, перекладывая дамские мелочи в новую сумочку. Наконец, она открыла дверь и чуть не упала от неожиданности. Из коридора на неё надвигалась странная фигура в плаще, шляпе и темных очках. Фигура как-то неловко извивалась посередине, а рукава казались пустыми.

– Бууу!– Закричала фигура детскими голосами. И из раскрывшегося плаща выскочили мальчик постарше и маленькая девочка с рюкзачком за спиной, которые тут же начали обнимать Музу, что-то рассказывать, смеяться и вообще вести себя максимально непринужденно.

Кот тем временем вернулся, протянул конверт курьеру, буркнув: «Гонорар», и присоединился к веселому безумию, царившему в холле. Его тут же начали наглаживать в четыре руки.

Курьер заглянул в конверт и округлил глаза. Сумма была равна его месячному заработку на одной из работ. Ошарашенно оглянувшись по сторонам, он, наконец, начал потихоньку пробираться к выходу. Но тут Муза встала ровно в середине прохода и уперла руки в бока, загородив путь к двери.

– Так, – строго произнесла она, обращаясь к детям. – А как же вы тут оказались, если сегодня вы должны были с бабушкой и дедушкой поехать в гольф-клуб? И где Дейв? На последних словах она даже вытянула шею, заглядывая за спины детей, но там никого не оказалось.

– Музочка, миленькая, я так по тебе соскучилась, – соорудила умильную мордашку девочка.

– Там скука, – протянул мальчик. – Ба и деда все время с кем-то здороваются, разговаривают. Я попробовал этот гольф – скучища.

– Скучища, потому что ты мазила! – ехидно возразила ему девочка. – И дед тебя обыграл. И Дейв тебя обыграл. А я вот просто хотела увидеть свою любимую тетю.

– Я сейчас правильно поняла, что вы сбежали? – на этих словах Музы в холле как будто заискрило, так, что бедный курьер, ставший свидетелем этой сцены, вновь замер и прижался к стене.

– А вот и да! – девочка, казалось, вовсе не испугалась. – Помнишь, ты рассказывала, как с нашим папой вы убежали ночью к бабушке в музей и играли с динозавром? И что современные дети могут только в телефоне сидеть!

– А мы смогли! – авторитетно подтвердил мальчик. –У нас все плюс вайб! Мобилу выключили! Чтобы по гео не отследили.

Кот тем временем активно показывал лапами, ушами и всем выражением морды курьеру, что ему пора протиснуться за спинами гостей и выходить уже из квартиры. Намек был более чем понятен, но курьер тем временем не спешил.

Дело в том, что он с интересом наблюдал, как во время разговора за спиной пацана то появляются, то исчезают небольшие золотистые крылышки. В ранце девочки тоже что-то вспыхивало и сияло. Голова у него немного побаливала и кружилась после происшествия с бабочками, и он пытался понять, насколько все происходящее реально. Когда фокус внимания Музы с него сместился на детей, ему пришла в голову мысль, что, возможно, он мало спал в последнее время, и все происходящее – всего лишь последствия его переутомления и работы без выходных.

– Завязываю с тремя работами! Ну их. Никакие деньги того не стоят. Пойду в ПВЗ сидеть. Тихо, мирно, в свободное время можно порисовать. Я своей коллекцией уже второй месяц не занимался.

На этих его мыслях, в глубине холла затряслась и загремела клетка с чёрными бабочками.

Чем немедленно привлекла внимание детей. Они с криками и восторгом побежали смотреть обновку интерьера. Кот безуспешно пытался убедить их не совать пальцы в клетку. Впрочем, бабочки к детским пальцам оказались совершенно равнодушны, они упорно лезли на ту сторону клетки, которая была обращена к курьеру.

Муза тем временем начала набирать номер дяди на телефоне. Снова и снова она слышала короткие гудки, и приходила одна и та же СМС: «Очень занят. Перезвоню позже». Пока, наконец, догадавшись, Муза не отправила ответное: «Срочно! Дети у меня». Тут же Аид Григорьевич перезвонил сам. На заднем фоне слышались женские всхлипывания.

Выслушав всю историю уже со стороны дяди, и успокоив тётушку, Муза вспомнила о задании отца, которое она выполнила для дяди.

– Дядь Аид, я почти всё сделала. Есть стихи про жизненный путь, не плохие, парочка даже почти гениальные. Не Пушкин, конечно, и не Блок, но очень прилично. А тебе зачем?

– Какой жизненный путь? – Аид Григорьевич после происшествия с внуками, не сразу был готов переключиться на деловые вопросы.

– Ну как же, – напомнила Муза, – папа просил, что-то там для авиакомпании. Подборку. Про дороги, пути, может быть пошире – про жизненный путь.

– А, – с облегчением рассмеялся Аид Григорьевич. – Да какой путь, малышка. Это я спросил твоего папу, нет ли у него копирайтера, помочь написать рекламный ролик для радио. Это для наших партнеров – авиакомпании. Они искали, а я обмолвился, что моя племянница – главный редактор литературного журнала.

– То есть, подборка из стихотворений не нужна?

– Да нет, конечно. Куда мне. Это папка твой опять что-то напутал. Вечно в облаках витает. Так, есть у тебя копирайтер?

– Найду, – коротко пообещала Муза.

– Ну, вот и славно. Тогда подожди Дейва, я его уже выслал за детьми.

– Дядь Аид. У меня свидание. Я их с Цезарем оставлю, ладно? Я и так опоздала в налоговую, не хватает ещё и на свидание опоздать.

– Какие у тебя могут быть дела в налоговой, без консультации с твоим дядей? Даже не смей туда ходить. Пришли мне уведомление, я разберусь.

– Ладно, только папе не говори, а то он опять будет говорить, что я ещё маленькая, и за меня все всё решают. А я уже почти полгода сама издаю журнал.

– Договорились по налоговой. Главное не суетись. – согласился Аид. Но тут же вновь перевел тему на внуков. – Я тебя очень прошу, ты хотя бы няню вызови. С Цезарем вашим они тебе такой кавардак устроят, мы потом со всеми соседями будем расплачиваться за ущерб лет десять. Они из него веревки вьют! Он им всё разрешает. Есть телефон агентства?

– Да, они же у меня гостили прошлым летом. Ладно.

– Ну вот и славно. Пока няня не приедет, не оставляй их. Дейв скоро будет. Он уже стартовал.

– Сомневаюсь, что «скоро будет», в городе пробки девять баллов. Я на метро собиралась ехать.

– Ну-ну, не капризничай. Ты же знаешь, он за детей всех порвет и прилетит как ветер. Всё, целую.

– Обнимаю-люблю. Поцелуй тётю за меня.

На этом разговор закончился. Муза, наткнувшись взглядом на курьера, распахнула дверь и сопроводила этот жест приглашающим к дальнему путешествию к известной бабушке кивком. Курьера тут же как корова языком слизала, как будто его и не было никогда тут, в этой просторной, светлой и современной квартире со странными для обычного человека обитателями.

Муза тем временем нашла телефон агентства, с которым был заключен договор у её дяди и тёти. Обрисовав ситуацию, она настойчиво попросила прислать няню с самым высоким рейтингом и как можно быстрее.

– Как раз сейчас в вашем районе находится наш лучший воспитатель – Антон Николаевич Ицкин. Самый высокий рейтинг. Клиенты довольны. Педагогическое образование, художественный уклон, – ворковал голос дамы в трубке.

– Учитель рисования что ли? – Нетерпеливо прервала Муза.

– Можно и так сказать, но мы предпочитаем говорить «наставник по художественному развитию», – опешила дама от такой резкости.

– Ладно, – согласилась Муза. Наставник, так наставник. Он скоро сможет подъехать?

– Одну минуту, я сейчас уточню, – не теряя своего воркующего настроя, откликнулась дама. – Минуты через две.

– Ого! Вот это сервис. Давайте.

– Заказ принят. Ожидайте! – На этих словах дама любезно попрощалась и закончила разговор.

А Муза прошла на кухню, где Цезарь, надев на себя фартук, и забравшись на табуретку, вовсю стряпал блинчики на чугунной бабушкиной сковороде. Дети что-то пищали, толкались и клянчили блинчики в виде разных фигур. Цезарь даже не пытался сопротивляться капризам детей, и то и дело плюхал на тарелки то блинчик-принцессу, то блинчик-вертолет, то блинчик-клоуна. Муза чуть было не поддалась кулинарному искушению, но увидев залитые сметаной, джемом, кленовым сиропом, взбитыми сливками и мороженым смеющиеся физиономии, вовремя вспомнила что макияж свежий и платье новое.