Велес Дубов – Заложники судьбы (страница 13)
– Приложу все усилия, дабы не подвести вас, – сухо произнес граф и покинул помещение.
Как только за ним закрылась дверь, губернатор вновь обратил взгляд на Рауля.
– Будь осторожен мой мальчик, граф может быть резок и порой перегибает палку, но его слова часто оказываются пророческими. У тебя могут появиться недоброжелатели, позавидовавшие столь стремительному успеху. Приказ о твоем назначении будет готов в ближайшее время, а распоряжение о предоставлении жилья я отдам немедленно. Можешь идти за вещами и готовиться к новоселью. «Везучий» направь на верфь, пусть залатают. С командой разбирайся сам: хочешь – набирай новую, хочешь – оставь прежнюю. Это теперь полностью в твоей власти. Как только корабль будет готов, у меня будет к тебе поручение, в выполнении которого потребуется твоя смекалка. А пока, как говорится, наш чудесный остров всецело в твоем распоряжении. Наслаждайся!
Таинственный незнакомец
Рауль буквально выпорхнул из кабинета губернатора. Не помня себя от радости, он не заметил, как оказался во дворе.
"Я капитан! Я капитан!" – крутилось в его одурманенной от счастья голове. Разве мог он мечтать о таком буквально вчера, когда стоял на палубе корвета, несущего его в полную неизвестность?
– Поздравляю, малыш! Превосходное начало, – произнес из-за спины "мистер суровость". Рауль обернулся и крепко обнял его.
– Это самый счастливый день в моей жизни!
"Мистер суровость" попытался улыбнуться, но по привычке вышло что-то вроде угрюмой ухмылки.
– Смотри не продешеви, а то более счастливые дни обидятся и не придут.
– Мне даже сложно представить, что может сделать человека еще счастливее, чем это.
Глаза Рауля блеснули. – Только представь, ты управляешь целым судном и заставляешь трепетать всех врагов Франции и Его величества. В море над тобой нет начальников, ты сам принимаешь все решения.
Он блаженно прикрыл глаза. – Это просто великолепно.
– Но это налагает и огромную ответственность, не только за себя, но и за экипаж. Кстати насчет экипажа, если, конечно, месье капитан не возражает против мнения обычной прислуги.
– Прекрати, ты же знаешь, твое мнение для меня всегда ценно, так было и так будет.
– Ну тогда таверна ждет нас, тем более твое назначение необходимо отметить.
На выходе им вернули оружие, а один из солдат великодушно подсказал, как лучше добраться до местной таверны. Путь оказался не долгим, и уже через 10 минут новоиспеченный капитан и его верный наставник сидели в полутемном помещении, пропитанном табачным дымом и крепким спиртным. Внутри было довольно просторно, что позволило расположить пару десятков столов на довольно приличном расстоянии друг от друга, дабы сидящие не мешали соседям.
Присев за свободный стол и продегустировав местное вино, они наконец-то имели возможность спокойно поговорить и обсудить все произошедшее за последние сутки.
– Детские мечты сбываться? – совершенно будничным тоном спросил "мистер суровость".
Состояние Рауля оставалось взбудораженным, а глаза светились счастьем в самом прямом смысле этого слова.
– Я даже не могу описать чувства, которые меня наполняют. Неужели может быть лучше?
– Может, – изобразив уголками губ что-то наподобие мимолетной улыбки, произнес «мистер суровость». – Запомни это чувство, эмоции, состояние и проигрывай их в своем воспоминании как можно чаще. И тогда события, приводящие в подобный восторг, будут происходить с завидной регулярностью.
Рауль улыбнулся.
– Я и не догадывался что ты у меня философ.
«Мистер суровость» ничего не ответил, а лишь многозначительно хмыкнул.
– Ты знаешь я вдвойне рад, поскольку вижу и тебя счастливым, каким не разу не видел на своём веку. Я бы мог приписать это к радости за мои успехи, но я не идиот, счастливым тебя делают именно эти места, у тебя есть какая-то тайна, так или иначе связанная с ними, я понял это еще на корабле, но ты почему-то не хочешь открыться.
– Малыш я…
– Тщщщ, ты единственный близкий мне человек, которому я доверяю, но если даже от меня у тебя есть секреты, то убежден, к этому есть веские основания, потому не собираюсь копаться в твоем грязном белье. Если сочтешь возможным посвятить в закоулки прошлого, я всегда к твоим услугам и обязуюсь хранить все тайны как свои собственные.
«Мистер суровость» посмотрел на Рауля глазами учителя чрезвычайно гордого своим учеником.
– Слова не мальчика, но мужа, – произнес он, поднимая кружку. – Обещаю, как только наступит подходящий момент, очищу свою мятежную душу, как заядлый грешник на последней исповеди, ну а пока за капитана Рауля де`Вердера – грозу англичан и верного слугу его величества.
Лицо Рауля озарила лучистая улыбка и он также поднял кружку. – И за его бравого первого помощника.
Раздался звук соприкоснувшейся посуды и каждый опустошил свою емкость.
– Ну а теперь к нашим делам, – серьезно проговорил «мистер суровость».
Рауль озадаченно насупился. – Губернатор же сказал, что пока мы абсолютно свободны.
– Свободное время можно проводить по-разному, либо с пользой для дела, либо бесполезно его прожигая.
Рауль тряхнул головой и сделался серьезным. – Слушаю.
– Для начала необходимо сменить вооружение на судне и почистить команду.
– Чем тебя не устраивает текущая команда и оснащение?
Мистер суровость кинул беглый взор по сторонам, убедившись, что никто ни греет уши.
– Первое, у меня язык не повернется назвать командой военного корабля, то, что сейчас обитает на судне и атака английского фрегата это прекрасно продемонстрировала. Второе, капитан сам должен набирать команду чтобы быть уверенным в каждом члене экипажа и знать их возможности. Я не хочу поливать грязью наших седовласых морячков, но тогда нас спасло чудо и твой внутренний гений, сомневаюсь, что госпожа фортуна постоянно будет так любезничать.
Раулю на эти доводы нечего было возразить, и он молчаливо покачал головой.
– Ну и насчет небольшого перевооружения.
«Мистер суровость на секунду задумался и почесал висок. – Сейчас у нас стоят 16 фунтовые кулеверины, их нужно заменить на 24 фунтовые пушки.
«Мистер суровость» остановился, поскольку поймал озадаченный взгляд Рауля.
– Я понимаю тебе кажется, что никакой принципиальной разницы нет, но поверь это не так. Не спроста «Везучий» передали в распоряжение губернатора, скорее всего его курьерская стезя закончена и на него возлагаются серьезные ожидания.
– Какие? – с искренним недоумением спросил Рауль.
– Пока не знаю, но желание губернатора использовать твои таланты наверняка связано с этим, и вряд ли ему необходимо просто доставить послание старому приятелю. Поэтому больше нет смысла полагаться исключительно на скорость и дальность артиллерии. Нам нужно быть готовыми к настоящим баталиям и иметь более мощные и быстро заряжаемые орудия, а также матросов, способных выдержать абордаж.
Рауль широко распахнул глаза.
– Ты узнал обо всем этом, управляя таратайкой в молодости?
– Мы же договорились не ворошить мое прошлое, – равнодушно ответил «мистер суровость», пристально вглядываясь куда-то за спину Рауля.
– Я лишь хотел…
– Встань из-за стола, – бесцеремонно перебил Рауля «мистер суровость», – подойди к трактирщику и закажи еще выпивки. Когда будешь проходить мимо молодца, который сидит через два стола от нас, за твоей спиной, постарайся разглядеть его, только осторожно.
Рауля заинтересовала эта игра. Он поднялся и направился к стойке. Проходя мимо указанного стола, он, словно разминая шею, покрутил головой и невзначай бросил взгляд на одинокий мужской силуэт. Все было проделано так искусно, что сидячий даже не заметил, как его отсканировал посторонний взор.
Вернувшись за стол, Рауль наткнулся на вопросительный взгляд «мистера суровость».
– Это же человек из портового управления, которого мы встретили на пристани.
– В одном ты точно прав, это тот самый человек, но я глубоко сомневаюсь, что он из портового управления.
– Так пойдем и спросим, – озадаченно произнес Рауль, намереваясь подняться.
«Мистер суровость» резким движением руки вернул его на место.
– Разве ты не заметил, что он кого-то ждет?
– И что из этого?
– А то, что человек, которого он ждет, наверняка будет представлять гораздо больший интерес, а этот малый, скорее всего, обычный исполнитель.
В который раз за последние сутки Рауль отметил, что «мистер суровость» совсем не тот добродушный и услужливый «дядька», коим искусно притворялся всю сознательную жизнь Рауля.
– Да, пожалуй, ты прав. Как же нам поступить?
– Будем выпивать и наблюдать, а когда к нашему посыльному прибудут гости, потребуем объяснений.
– А если они не согласятся?