Вел Павлов – Эпоха Опустошителя. Том VIII (страница 20)

Как сказал бы Грат: «Чей бы бык мочился ровно?»

— Как погляжу, от своих ты успешно отбилась, — сухо декларировал я без какого-либо веселья. — Они хоть живы?

Впервые за долгое время Нефрит не обратила никакого внимания на мою подколку и сразу перешла к сути.

— Ты знал, что она выберет тебя претендентом?

— Понятия не имел.

Врать ей бессмысленно. Благодаря своей эмпатии она прочтёт меня, как открытую книгу.

— Не лжешь… Вот же дрянь пернатая! Всё учла!

На миг в глазах у Кайсы вспыхнуло бешенство, но на удивление она протяжно выдохнула и быстро взяла себя в руки, а в её голосе зазвучало неслыханное тепло. Настоящая горгона вновь явила себя миру.

— Выбора нет. Трогать её нельзя. Придётся мириться с таким злоключением. Надеюсь, ты готов?

— К чему готов? Резать глотки твоим врагам? — хмыкнул с холодком я. — Дурное дело не хитрое, ваше величество. Только укажите цели, и я…

— Ты не оружие, Ранкар, — мягко перебила меня девица и повернулась ко мне всем телом. — Да, ранее я обходилась с тобой жестоко и непредсказуемо, но мы заключили договор и сейчас ты не орудие, а мой самый ценный союзник. Я сделала на тебя величайшую ставку в своей жизни. Я поставила на тебя всё, что имею. Отныне мои братья и сестра знают сколь много ты для меня значишь и поэтому…

Довести же свою речь до конца дочь Данакта не смогла и резко прервалась на полуслове. Рука девушки действовала словно кнут, а её ладонь со скоростью молнии коснулась моей шеи, но во взгляде голубокровной я впервые увидел подобную панику.

— Это что еще такое⁈ — ледяным тоном прошипела та, глядя на меня, пока глаза горгоны начали раскаляться едким изумрудном светом.

— Если не ошибаюсь, то с утра то место куда ты указываешь было моей шеей.

На миг показалось, что та прямо сейчас задействует свою убойную родословную. Вот только протест продолжал молчать.

— Ты издеваешься надо мной? — нахмурилась пуще прежнего Нефрит, но затем в её взоре забрезжило понимание, и та нахмурилась на порядок сильнее.

Складывалось впечатление, что только сейчас моя собеседница осознала нечто пугающее.

— Дай угадаю! Она говорила с тобой, да? Ты отказался ехать в Танебрис, не так ли⁈

— И что с того? — выдохнул спокойно я. — Погоди-ка, а откуда ты…

— Ай да, Рина, ай да дрань захолустная! — прошипела свирепо та, перебивая меня на полуслове. — Не ожидала от этой шустрой сучки такой прыти! А еще якобы сестрой называется. Неужто вздумала со мной тягаться?

— О чем ты? — не понял я голубокровную, чуя вселенский подвох.

Вместо каких-либо слов Кайса грубо одёрнула воротник моей рубашки и большим пальцем провела по едва видимой «благодарности» Серинити. После Кайса вновь попыталась оттереть след от изумрудных губ, а затем снова и снова, но всё оказалось тщетно. Отметина абсолютно не желала исчезать.

Мою ж собачью жизнь! Если Искрида или Фьётра это увидят, то жди беды, а у меня бед и так хватает.

— Теперь понял? — процедила сквозь зубы Кайса, но складывалось чувство, что злилась она не на меня и даже не на Серинити, а на саму себя. — Смотри сам! Это не след от помады! Это метка! Эта дрянная сучка одарила тебя поцелуем горгоны…

Мириада сраных бед!

— Поцелуй горгоны? — хмуро выпалил я, медленно отдаваясь во власть скверного характера. — Это что еще за дерьмо⁈

— Я удивлю тебя, Ранкар, но горгоны сами выбирают себе мужей, — решила просветить меня Кайса с мрачным видом. — Таким образом они показывают своим соотечественницам, что данный мужчина уже занят ими. Теперь этот поцелуй не исчезнет до дня вашего соития! Вот же потаскуха мерзкая! — яростно отчеканила дочь Данакта. — Я слышала, что Никта давно для Рины ищет выгодную партию, но не думала, что она начнет действовать столь скоро. Не удивлюсь, что наместница именно для этого пригласили тебя в Танебрис.

После откровений Кайсы в груди запылали знакомый гнев и раздражение. Меня не просто выставили дураком, так еще и использовали. Теперь понятно почему Серинити сказала, чтобы я её не искал! Решила перестраховаться, чтобы я её не прикончил случайно. Она же специально так быстро смылась. Что ж, ладно. Будет ей брачная ночь. Всем будет брачная! Еще как будет. Ну всё! Сраные интриганки в край доигрались! Ну ничего-ничего… Спокойно, Ранкар! Возьми себя в руки. Как только разберусь с главной проблемой, доберусь и до них.

Что-либо отвечать горгоне я не стал и, круто развернувшись на месте, неторопливо зашагал прочь, попутно вынимая из перстня личный артефакт для связи и вводя знакомые координаты.

— Ранкар, куда ты? — с явным недовольством осведомилась Кайса, включая свою прежнюю натуру стервы и маньячки. — Я еще не закончила…

— Боюсь, на сегодня мы закончили, — с холодком пробасил я. — Достаточно новостей на сегодня. У меня есть дела!

— Какие еще ДЕЛА⁈ Забыл где находишься⁈

Тем не менее дальнейший рык горгоны я пропустил мимо ушей и принялся исполнить задуманное, а затем из артефакта зазвучал знакомый мужской голос.

— Ранкар? Ты?

— Здравствуй, Эйсон. Я получил твоё сообщение. У тебя час на сбор вещей. Через два дня буду ждать в твердыне дома Август. Не опаздывай! Дозволение от владыки Данакта я нам выбил. Думаю, твой отец не будет против после такого. Ты же хотел приключений? Так вот теперь они тебя нашли. Это твой шанс.

Несколько секунд из артефакта доносилось лишь сдавленное дыхание, но я более чем уверен, что от столь резких заявлений Эйсон находился в шоке. Ничего не понимающая Кайса продолжала сверлить меня ядовито-изумрудным взглядом, но далее из амулета раздался сбивчивый и необычайно радостный возглас.

— Не час, Ранкар… Мне хватит десять минут на сборы… Обещаю, что через два дня буду дома.

Что ж, вот и второй отвлекающий манёвр. Либо мой смертельный план сумасшедшего увенчается успехом, либо я просто сдохну…

Глава 10

Сумрак и Баламут…

Аххеский пантеон.

Ианмит. Твердыня великого дома Иан.

Дворец. Гостевые покои.

Поздняя ночь…

После прощального вечера дворец спал. Либо делал вид, что спал. Именно под покровом ночи зачастую принимались судьбоносные решения, которые могли пошатнуть известный миропорядок не только в том или ином пантеоне, а на всём Вечном Ристалище. Так ли будет сегодня могло рассудить лишь время и отдалённо-мрачное будущее.

Один из мужчин с комфортом устроился в кресле и поцеживал восхитительное вино, выращенное на лучших виноградниках дома Аванон, а второй неспешно прохаживался вдоль панорамного окна, то и дело поглядывая на ночной Ианмит.

— Не люблю переливать из пустого в порожнее, но треть сегодняшних бесед касалась именно его, — с явным недовольством отозвался будущий глава дома Урелей, продолжая мерить апартаменты неторопливыми шагами. — Мы точно о нём всё знаем? Возможно, у Сианы и Кайсы больше информации?

— Знать хлебом не корми дай о чем-нибудь посудачить, а о Неугасаемой и говорить не стоит. Она себе на уме, — отмахнулся вяло Бальтазар, глядя на собеседника через призму фужера с алкогольной субстанцией внутри. — Всё под контролем, мой друг. Для беспокойства нет причин. Ты ничем не рискуешь.

— Я рискую репутацией! И мне это не нравится, — поморщился с явным презрением оборотень. — Ублюдок начинает раздражать. Из досадной помехи он перерастает в докучливую проблему. Как и его наставник. Имя мелкого уродца всё чаще на слуху у вельмож. Его влияние растёт, а ты бездействуешь.

— Не преувеличивай, — чуть скривился Ксант, слова Урелея задели его за живое. — Изувер хоть и легенда, но уже не тот, что раньше. Если мои информаторы не лгут, то от Дэймона Хаззака осталось лишь его славное имя.

— О чем ты? — с подозрением осведомился Гаерон, приподняв одну бровь.

— Если молва не врёт, то после своего «возвращения» Изувер растерял большую часть своих возможностей и сил, — честно признался Бальтазар. — Раннее Дэймон и Имания являлись непоколебимыми столпами дома Хаззак, а сейчас осталась только Имания. Это ослабило их позиции, как будущей пятой великой силы Аххеса. Как ты выразился «уродец» отныне может рассчитывать только на помощь названной тётки. Кроме неё его никто не прикроет.

— Ты забываешь о Кайсе! Так или иначе, но от него надобно избавиться. И чем быстрее, тем лучше! — чуть повысил голос Гаерон. — Я молчу уже о том, что выродок оскорбил лично меня. Будь моя воля и я прикончил бы его еще на спарринге. Мне даже омерзителен его запах! Ты представляешь сколько сил я трачу на то, чтобы терпеть подобное?

— Представляю, — расплылся в коварной усмешке Бальтазар. — Однако нужно признать, что с Эйдером он разобрался достаточно быстро. Подобное необходимо обмозговать. Как и тебе, мне он тоже не нравится, но до поры до времени придётся мириться с его персоной.

— Ты снова забываешь о Кайсе! — повторил колко Урелей. — Её позиции не хуже твоих! Если ты оступишься, то все наши планы пойдут прахом.

— Хватит о ней болтать! ОНА СЛАБА! — с нарастающим бешенством выпалил Ксант, яростно хлопнув ладонью по подлокотнику кресла. — Изувер больше не боец. Имания всюду не успеет. Морриган не покидает подземелий нашего дворца. Щенок рано или поздно сдохнет. Я буду медленно уничтожать её фундамент. Представив его миру, она загнала себя в ловушку. Отныне он под прицелом множества глаз. Его враги — это лично его враги, а её враги — это тоже его враги. Отныне же их стало только больше. На Аххесе злопыхателей у него хватает. Иерихон спит и видит, когда прикончит ублюдка. Несколько северных кланов обозлены на него. Сама Шариса Шепот Смерти желает ему гибели из-за того, что он лишил её наследника. Теперь же он отыскал кровных врагов на Востоке. Более чем уверен, что Кассандра не простит ему подобного оскорбления. Теперь ты понимаешь, что Кайса всюду не успеет? Я ей этого не позволю!