Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 2. Computerra 1997-2008 (страница 83)
Ладно, домыслы насчет неандертальцев оставим (будь я олигарх или хотя бы министр, непременно бы финансировал археологические исследования: сколько интересного буквально в двух шагах от нас - по вертикали). Обратимся к несомненному. Камень, найденный на дне высохшего озера, датирован тысяча пятьсот одиннадцатым годом, специально для историков, верно. Как раз в это время Коперник обдумывает гелиоцентрическую систему мира. Мысль о том, что наша планета не пуп Вселенной, приходит в голову шотландским ткачам, нидерландским крестьянам и великому учёному одновременно. Совпадение? Пусть так. Но я бы поискал в природе аналог щетки. На приближающийся к нам астероид нужно воздействовать не ядерным ударом (собственно, а что даст ядерный удар по астероиду, сильно ли изменит орбиту?), а искривлением пространства. Как его осуществить, управляемое искривление пространства, какие щетки использовать? Ну... "Я стратег", а конкретные приемы пусть ищут практики.
Посоветую другое. "Вперед, в пещеры!" - вот что должно стать лозунгом современности. Действительно, если выбирать, где жить во время катаклизма, в роскошных апартаментах Башни Халифа, или в пещере где-нибудь в горах, я бы выбрал пещеру. Только обустроенную. Никто не мешает установить в пещере сантехнику, подвести воду из горного источника, у входа поставить неказистый, но чрезвычайно прочный и надежный ветродвигатель (чтобы поднимать ту же воду из глубинного резервного источника), педальный электрогенератор на случай штиля, грибарню и т.д. и т.п.
А всё же лучше разложить яйца по разным корзинам, деньги по разным карманам, а людей расселить по разным планетам. Человечество должно осваивать космос не ради сиюминутной выгоды, а исключительно из чувства самосохранения. Луна, Марс, спутники планет, а пуще всего пояс Койпера, подальше от Солнца. Желательно от Солнца не зависеть вовсе. Если вдруг вспыхнет оно, будет Новой ("сегодня не будет, и завтра не будет, а вот послезавтра - как знать", неточная цитата из Инны Гофф), то там, далеко за орбитой Плутона, авось и отсидимся. Выроем пещерные поселения (те же небоскребы, только наоборот) и станем жить-поживать. А энергия, что энергия... Или иные ресурсы... Взять хоть воду: плачу за 320 литров в день, три человека - тонна, а выпиваем едва чайник. Я, конечно, и душ принимаю, и посуду мою, и воду в унитазе спускать не забываю, но все это обусловлено скорее воспитанием, нежели биологической потребностью. Тратим воду, тратим нефть, тратим всё с легкостью необыкновенной, подобно революционным матросам, которые врывались в винные подвалы, цедили из стовёдерных бочек ведро-другое вина и уходили, не закрывая крана (не знаю, как это будет на классическом украинском языке, а на суржике "пусть сгние, шо не мое"). Космонавтика уже тем хороша, что показывает: тратить можно много меньше, хотя сегодняшнее положение на МКС лишь первый шаг к замкнутому (пусть квазизамкнутому) циклу. Сейчас это кажется неприемлемым - пить конденсированную воду и тому подобное, но это опять же вопрос воспитания и привычки. Хотя я, безусловно, рад, что могу по три раза в день брать ванну - раз уж заплатил, изволь потребить.
Эх, мне бы водоплавающий ноутбук!
А без него изволь читать Лермонтова наизусть:
А мы что? Мы ничего.
Время такое...
Читатель{122}
Если в телесном отношении человек есть то, что он ест, то в духовном его суть во многом определяет чтение. "Во многом" - термин туманный, у одного он означает пятьдесят процентов, у другого десять, у третьего - и вовсе иррациональное число "Пи", четвертый формирует свой духовный мир телепередачами, пятый - путем общения с подобными себе, шестой… Нет, остановлюсь, и без того ясно, что в реальности личность - результат многофакторного воздействия, а собственно чтение - лишь переменная составляющая. Но всегда интересно, читает ли человек вообще, если читает, то что, почему, как часто, когда начал и когда бросил это занятие.
Отчасти, чтением мы восполняем нехватку общения во всех его проявлениях. Хочется стать более значимым в социуме, но нет средств посещать курсы программирования. Тогда человек берёт самоучитель и старательно вникает в мир кода. Нет в городе шахматной секции - берёт другой самоучитель. Даже иностранные языки некоторые постигают исключительно по книгам, особенно удачно это выходит с языками мертвыми - древнегреческим, латинским, Языком Великих Древних.
А уж о самоучителях восточных единоборств, у-ку-шу и прочих, в обилии выпускавшихся в Эру Книжных Лотков, можно и не упоминать (но я все-таки упомянул).
Второй вариант: человек читает для того, чтобы знать, что читают другие. Лет тридцать назад, во Времена Книжного Культа, если выходила знаковая книга, её читали все, а потом спорили до икоты о том, как нам, прочитавшим, теперь жить дальше, поскольку книга настолько изменила представление о действительности, что требуется изменить и саму действительность тоже.
Вариант третий: человек читает для того, чтобы другие знали, что следует читать и, соответственно, писать. Контроль текста отчасти есть контроль действительности.
Мы мало знаем себя, ещё меньше - других, однако существует множество книг, которые призваны помочь нам разобраться и в первом, и во втором.
О товарище Сталине многое написано. Жаль только, товарищ Сталин прочитать этого не может. А то взял бы он книгу, красный карандаш, зажег бы лампу с зелёным абажуром, и...
Почему нет? Пожалуй, из всех российских владык он был самым читающим. Не скажу - начитанным, начитанность предполагает влияние прочитанных текстов на личность. А какова степень влияния прочитанного на Сталина, остается догадываться. Есть свидетельства противного - о том, как Иосиф Виссарионович влиял на прочитанное. Крепко влиял. Не меньше, чем его предтеча, Виссарион Григорьевич. Белинский мечтал стать знаменем передовой российской мысли. Сталин добился большего. Вдруг и благодаря книгам?
Библиотека Сталина - вот куда бы попасть, покопаться в томах, посмотреть, какие именно пометки делал на полях Читатель В Сапогах. Настораживает одно: судьба библиотекарей Сталина неизвестна, как и судьба самой библиотеки. Где она, что с ней? Растащена поштучно, хранится под спудом, сожжена? Вдруг её продают вразбивку на каком-нибудь книжном развале по полтиннику за книжку? В мутные девяностые годы, когда торговали всем, чем только могли, луноходами (самовывоз с Луны), клонами "Бурана", авианесущими крейсерами и прочими реликвиями коммунистической эпохи, книги библиотеки самого знаменитого генсека так и не всплыли (ещё один довод в пользу ультрафоменковцев: судьба библиотек Ивана Грозного и Сталина одинакова потому что они - одно лицо).
Пятьсот страниц в день - такова была норма читающего Сталина. Некоторые снижают урок до трёхсот. Все равно очень и очень много. В эти страницы входила и беллетристика. Сталин читал все толстые журналы (которых, правда, было поменьше, чем в шестидесятые), все литературные новинки в сигнальных экземплярах. А вдруг именно здесь таятся причины отчаянной мизантропии Иосифа Виссарионовича? Ведь хорошие произведения в любой литературе и в любое время составляют меньшинство, и меньшинство незначительное, процентов пять. А если читать и читать "средний уровень", недолго и осатанеть. Проведите опыт: выберите четыре толстых журнала из тех, что издавались в тридцатые и сороковые годы прошлого века и читайте каждый номер основательно, от корки до корки, да не просто читайте, а с карандашом наперевес, вникая в текст, отыскивая скрытый смысл, стараясь предугадать, какое воздействие он произведет на человека с улицы. И так десять лет кряду (я добрый). Тратиться нужды нет: большинство журналов живут в сети, зайдите только в Журнальный Зал. К журналам добавим хотя бы десяток книг из беллетристики ежемесячно. А длинный лист номинантов на Сталинскую премию (в наше время - "Букер", хотя это совсем не то)? А короткий лист? Все это в свободное от основной работы время. Каким вы станете через десять лет? Учтите, выйти и пройтись по улице или сходить в лес по грибы для разрядки вам нельзя из соображений безопасности. Запросто завалиться к друзьям тоже, да и друзья ваши таковы, что каждый нож за голенищем держит, только отвернись... Весь отдых - прогулка с Ворошиловым по кремлёвскому мосту или застолье с товарищами по партии, теми самыми, с засапожниками... В любую секунду гражданка Атропа возьмет ножницы, да и обрежет нить жизни. Хотя почему ножницы, её орудием могут стать пуля, яд или кастет. Весёлого мало.