Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 2. Computerra 1997-2008 (страница 38)
Но не буду о скорбном. Читал я недавно "Мифы Древней Греции" – и словно сводку боевых действий с нынешнего Олимпа просматривал. Даже не в перетолковании сюжетов дело. Дело в сути. В поведении человека и человечества. Олимп – он везде. Даже в Гвазде есть свой Олимп.
Все началось с пустяка (
Я рычажок вернул в начальное положение. Мельница остановилась.
Я снес её с чердака, поставил на стол, тщательно протер салфеткой (из тех, которыми я чищу ноутбук), и опять включил. Вертится!
Что внутри, батарейка ли, заводная пружина? Я занялся делами: накачал воды из колодца, поиграл с Афочкой, попил пива, поспал даже, а мельничные крылья по-прежнему тихо вращались. Неужели вечный двигатель? То, что крылья вертятся от сквозняка, я исключил, накрыв мельничку коробкой от старого лампового телевизора (тоже нашел на чердаке, коробку то есть, а не телевизор). К одному мельничному крылу приклеил колокольчик от рыбацкой снасти. Три часа под коробкой звенело, потом перестало. Не мельничка остановилась, колокольчик отвалился.
Связавшись с бывшим хозяином, я узнал, что хлам на чердаке, в общем-то, не его. Как и я, он тот домик купил. Продавец перебирался то ли в Израиль, то ли в Германию (дело было при Андропове), и потому задёшево расставался с нажитым. Так куда, в Израиль или в Германию, попытался уточнить я. А какая разница, если вся семья аккурат за неделю до поездки попала в аварию. Ехали на старых «жигулях» по доверенности (они и машину уже продали), на встречную полосу выехал бензовоз, лобовое столкновение, пожар... В те времена не сообщали об авариях, а если и сообщали, то скупо, без деталей, в таком-то районе произошло дэтэпэ, есть пострадавшие – и всё. А что, собственно, меня беспокоит? Ничего, отвечаю, просто чердак чищу, хочу хлам сжечь. Не будет ли возражений? Жги, отвечал старый хозяин, только осторожно, сушь кругом.
Осенью сожгу, на пустыре, успокоил я, а лучше – упакую в мешок да увезу куда подальше, в овраг сброшу (в деревне проблему с мусором всяк решает по-своему).
Взял мельничку, взял инструменты (они всегда со мной, тот же ноутбук разобрать-собрать), убрал с верстака пылесосом невидимые пылинки и начал вскрытие. Игрушка простенькая. Маленький электромоторчик, питается от элемента, схожего со стандартным LR6. Ни надписей, ни маркировки, цилиндрик металла медного цвета – и только. Как выяснилось позднее, это и была сплав меди плюс три процента ещё кое-чего, столь же обыкновенного. Один конец цилиндра – плюс, другой, как водится, минус. И все это простейшее устройство (куда уж проще) дает электричество низкого напряжения, но изрядной мощности. Если правильно распорядиться, этот источник питания может не мельничку двигать, а танк – покуда танк не сломается. Вот уже год я нагружаю источник, как могу (непременное условие – не привлекать других и не привлекать внимания) – и пришел к выводу, что если передо мной и не вечный элемент, то очень близкий к тому. Медный цилиндрик отдает внутреннюю энергию безо всяких высокотехнологических ухищрений, вроде управляемой термоядерной реакции. Отдает, когда берут. А когда не берут, лежит себе спокойно, не искрит, не греется, внимания не привлекает. Просто медный цилиндрик. Видно, и это и есть настоящая высокая технология. Е эм цэ квадрат в действии.
Но интересно другое: если взять второй цилиндрик подобного состава и подобных размеров (плюс-минус несколько процентов роли не играют), прижать на пять минут к этому (время определено экспериментальным путем), то новый цилиндрик обретает все свойства исходного: инициирует другие цилиндрики и дает неисчерпно электроэнергию.
То есть фактически у меня неиссякаемый, чистый, удобный и безопасный источник энергии. Но что я, когда можно осчастливить человечество! Медная палочка в состоянии двигать плуги, сеялки, велосипеды, автомобили, поезда и танки, а при нужде так и дирижабли с аэропланами. Меди не расход, а сплошная экономия: не нужны тысячекилометровые провода, один стерженек полностью обеспечит целый дом – навсегда. Никаких электросчетчиков. Газ, нефть, уголь как топливо остаются не у дел. Электростанции – в музей, или переоборудовать под рестораны. Нефтяные платформы на переплавку (электропереплавку!)
Но на нефти и газе, на трубах и электростанциях, на линиях высоковольтных передач и двигателях внутреннего сгорания покоится нынешняя система. И инстинкт самосохранения системы соответствует её размерам. Долго ли я проживу, если заявлюсь вдруг со своей медной палочкой в приемную министра, в редакцию газеты или просто стану раздавать на площади вечные батарейки с инструкцией по применению? В мягком варианте объявят сумасшедшим, нуждающемся в строгом принудительном лечении, и полечат так, что я правописание жи-ши позабуду. В жестком варианте весь район объявят зоной эпидемии свиной эболы со строжайшей дезинфекцией (то есть сожгут и расплавят всё на три метра в глубину) и пятилетним карантином, а меня лично ждет бензовоз на встречной полосе.
У людей – одиссея, а у меня прометея вышла, то есть произведение, повествующее о горестях и бедах, поражающих непрошенных благодетелей человечества.
О чугунном безлошадном доне Кихоте сочиню в другой раз.
Играя с Клио, или Часы для Виктора Суворова{45}
Пятый день я развлекаюсь стратегической игрой "День Победы". Что будет, если. Моделирую историю, правда, по чужим правилам. Начал с тысяча девятьсот тридцать шестого года. Правил мудро, тихо и мирно, строил заводы, улучшал инфраструктуру, разрабатывал новое оружие, а на сладкое – создавал электронно-вычислительные машины, таков у меня был секретный проект. В Испанию звали делить землю Гренады – не пошёл. Пакт Молотова-Риббентропа не подписывал. К Финляндии претензий не выказывал, Бессарабию назад не требовал. Прибалтийские страны обходил стороной. Даже полководцев не казнил, чем вызвал бурю негодования простых советских трудящихся, которую пришлось смирять сбросом на прилавки горы товаров народного потребления. Игра долгая, кропотливая, вот уже и финиш, а я не сделал ни одного выстрела. Не воевал, только готовился. Германия хоть и ненавидела меня на все минус двести, но напасть не решилась. Войны не случилось. А нет войны – нет и победы. В общем, никакого веселья. В другой раз обязательно стану буянить, чтобы не скучать.
И тут я подумал: а вдруг и реальные войны развязывают по единственной причине – от скуки, а уж потом приплетают для оправдания экономические интересы, нехватку жизненного пространства или борьбу за мир во всем мире? Оно, конечно, кощунство – считать, что миллионы гибли ради игры. Но играли-то одни, а гибли преимущественно другие. И даже смерть отдельных игроков ничего не опровергает: и после проигрыша в карты, бывает, стреляются.
Спросите нематоду, устрицу или майского жука, в чем смысл жизни – не ответят. Не в силу отсутствия органов слуха, речи и мышления. Просто вопрос для них изначально не имеет права на существование. Смысл жизни, как же. Ещё спросите, в чем смысл гексахлорана. Данность этой вселенной, и только. А наше дело – питаться и размножаться, что тоже данность этой вселенной. Если уж очень хочется – назовите это смыслом.
Иное дело - человек. Простых и коротких ответов не любит, особенно человек золотого миллиарда. Физиологический минимум – питание, кров и кое-какая одежка – решаются довольно быстро, а дальше? А дальше начинаются проблемы. Если на хлеб, луковицу и куриную ножку человек зарабатывает за час-другой, семь-восемь часов спит, что ему делать остальные пятнадцать часов бодрствования? Играть. Моделировать реальность. Придумывать правила, по которым нужно трудиться не час-два, а восемь-двенадцать. Выигрыш – три дюжины костюмов, пентхауз в четыреста метров, пятисотсильный автомобиль, миллиардное состояние – влияет на физиологическую составляющую жизни (её продолжительность плюс число детей) в то же мере, что и очки, набранные в пинболе. Но люди играют. И чувство коллективизма, и чувство скуки толкают на то. Вчера младший менеджер, сегодня просто менеджер, а завтра, глядишь, уже и старший. Место на стоянке ближе ко входу в офис предоставят, шеф на приветствие иногда будет кивать – карьера! А что ещё делать? Всё лучше, чем быть вне игры.