Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 2. Computerra 1997-2008 (страница 2)
Предназначение{3}
Все было, как и десять лет назад. Родители-гуманитарии купили пятикласснику компьютер в надежде на рост успеваемости, а вышло наоборот: водоворот игрушек затянул в виртуальный мир и школьника, и даже его пятидесятилетнего папу, затянул настолько, что пришлось срочно покупать второй компьютер, хоть и кризис на дворе. А планировалась шуба. Впрочем, шубам ждать не впервой.
- Ладно бы, делом занялся, роман, что ли, написал, - жаловалась жена (глядя на меня; все почему-то решают, что романы писать способен каждый). - А то просто оторопь берет: такая сила и расходуется зря.
Я покорно кивнул:
- Оно конечно, отчего ж не написать...
Интересно, что она подразумевала под силой? Мощь компьютера? Умственные ресурсы мужа? И то и другое?..
Но кто решает, что зря, а что не зря? В случае с компьютером, понятно, собственник. А вот с головой как быть, с мозгами?
Меня давно гложет подозрение, что человек последние сто веков использует мозги неправильно. Говорят, что не стоит микроскопом забивать гвозди. А разглядывать инфузории в молоток? И потом, большинству жителей Земли гораздо чаще приходится иметь дело с гвоздями, нежели с инфузориями.
Нервная система всех животных а) реагирует на изменчивость внешней среды и б) поддерживает оптимальный статус среды внутренней. Ищет добычу, прячется от врагов, растит потомство. Человек же врагов высматривает в бинокль (или с помощью системы ПРО), добычу (клад или трюфели) ищет с помощью свиньи или металлодетектора. Даже определить, сухой или мокрый собственный младенец, норовит с помощью электронной няньки. Да и внутренняя среда зачастую отдается на откуп технологиям. Нужно успокоиться - глотает одну таблетку, хочется взбодриться - другую, сердечный ритм задают кардиостимуляторы. Конечно, таблетки и системы ПРО не с неба падают. Чтобы их сотворить, тысячи людей думали так интенсивно, что порой и не выдерживали. Инсульты, инфаркты, да мало ли напастей припасено для мыслящего Хомы... Десять, пятнадцать лет человек загружает в долговременную память правила правописания, таблицу умножения, теорему Пифагора и прочие премудрости - а потом девяносто пять процентов учившихся преспокойно живут без всяких квадратных уравнений и деепричастных оборотов. И самое странное- незаметно, чтобы они от этого что-либо потеряли. Оставим "простых" людей, которые, быть может, оттого и простые. Давайте возьмем десять олигархов по списку "Форбса", уж у них-то жизнь состоялась; возьмем, разбудим в три часа ночи и спросим: чему равняется тангенс сорока пяти градусов? какие задачи решались на третьем съезде РСДРП? сколько камер в крокодиловом сердце? Подозреваю, не ответит ни один.
А ведь десять тысяч лет назад, когда сумма "обязательных" знаний была несравненно меньше, мозг весил столько же, сколько и сейчас. И двадцать тысяч лет - тоже. Что, не использовали тогда мозг? Использовали на пять процентов? Это вряд ли. Излишки в природе не встречаются.
Возможно, мозг вообще не предназначался для абстрактного мышления. А предназначался совсем для другого. Вместо бинокля - собственные глаза. Вместо дробовика - рука, бросающая камень, за тридцать шагов сбивая крякву на лету... Умение йогов снижать обмен веществ на два порядка, неделями лежать в могилах, а потом возвращаться к активной жизни, - лишь часть скрытых возможностей мозга.
Хорошо, вторая сигнальная система позволяет людям действовать сообща. Но ведь и пчелы и муравьи тоже действуют сообща, а какова масса нервной ткани у муравья или пчелы? И если масса нервной ткани у человека неизмеримо больше, можно предположить, что либо наши мозги сильно уступают муравьиным, либо мы используем их не по назначению.
А каково назначение? Не знаю. Быть может, человек способен гипнотизировать картошку, летать усилием воли, нечувствительно рассасывать раковые опухоли, предвидеть будущее. Или даже делать то, что и вообразить трудно.
Но вот поселился в мозгах вирус разума, и теперь первозданные программы блокируются, не работают, а если и работают, то через пень-колоду, медленно, неэффективно, зависая, требуя чистки реестра и дефрагментации диска.
Я отнюдь не призываю вернуться в первобытное состояние. Что выросло, то выросло. Дружно уходить в заповедные пущи и жить в единстве с природой - дело пустое. У нас и лесов-то не хватит на всех. Даже для элиты современного общества не хватит. Да и потом, сами по себе невероятная острота зрения, чуткий слух, возможность идти по стылому следу, заживлять смертельные раны и на недели зарываться в землю не делают человека счастливым. Вернее, так: не делают всякого человека счастливым. Каждому свое. В лежании на диване есть особая прелесть. И, в конце концов, возможность рестарта всегда остается - если не для одного человека, то для всего человечества наверное. Ведь младенцы рождаются невинными...
Скорость молчания{4}
Путешественники, пробирающиеся звериными тропами по джунглям, бывали приятно удивлены, когда очередное затерянное селение благородных туземцев встречало их песнями, плясками и традиционными народными кушаньями, как то: запеченной слоновьей ногой, гусеницами под соусом и грибами, вкусив которых, путники видели таинственные храмы и подземелья, на поиск которых, собственно, и отправлялись. Вещие грибы колдун, он же повар, готовил ровно три дня и три ночи и успевал как раз к появлению путешественников. Ошибись хоть на часок, и гости, поев грибочков, скончались бы в ужасных мучениях. Точность - вежливость поваров.
Помогали поварам законы физики, воплощенные в тамтамы. Неумолчный рокот тамтамов обгонял отряд путешественников, сообщая всем заинтересованным, что идут де трудным путем хорошие белые люди, те самые, что спасли племя Бонго от нашествия крылатых носорогов, разогнали банду работорговцев и вернули амулет счастья бедному Мкеле-Мкеле. Со скоростью звука не поспоришь, да и зачем, ведь всякому приятно лакомиться слонятиной. И уже тогда путешественники поняли: для успешного продвижения по джунглям, болотам и пустыням полезно заручаться помощью тамтамщиков. В ход пошли трюки Большого Белого Человека: парадный костюм брандмейстера - вождю; судейский свисток и кубик Рубика его правой руке - колдуну; ну и самим работникам ударных инструментов перепадали красивые, хоть и непонятные вещицы - бусы бутылочного стекла, дагерротип Павловского вокзала и машинка для извлечения косточек из вишен.
Так в Африке не осталось неоткрытых земель, а имена Ливингстона, Стенли и похитителей бриллиантов вошли в историю географии и беллетристики.
Но что Африка, когда весь мир есть поле для тамтамов? Тамтамизация не вчера родилась и не завтра скончается. Ещё глашатаи во все горло читали очередной царёв указ: впредь водку пить только в гуляй-кабаках, дабы казне прибыль была, а кто по домам зелье варить станет, тому ноздри рвать и плетьми пороть. С введением печатного слова стало немножко тише, но грязнее: новые подтяжки или пипифакс предварялись изрядным числом афишек, так что ушлые люди на пипифакс вообще не тратились. Проволочное и беспроволочное радио не хуже тамтамов талдычило, что жить стало лучше, жить стало веселее. Вождь в костюме брандмейстера наблюдал, учитывал и карал за неверно взятую ноту, памятуя, что у каждого тамтамщика есть фамилия, имя и отчество.
Но со временем тамтамов развелось столько, что даже самое чуткое ухо не могло различить отдельные ноты.
И тут количество, наконец, перешло в качество. Сам факт тамтамизации человека ли, партии, товара или услуги перестал вызывать доверие. Здесь твердят, что бриться лучше всего пятиглавым "Змеем Щетиновичем", а с соседнего дерева призывают обходиться опасной бритвой "Золингер", а если спуститься в глубокий колодец, то слышны таинственные сигналы растить бороды, и чем больше, тем лучше. Три бороды в одном деле - гарантия победы.
И потом, скорость звука давно сменили на скорость света, хотя на конечном этапе без тамтамов обойтись не сумели. Сейчас лишь беруши и непрозрачные очки-консервы позволят человеку сделать выбор самостоятельно, но какой же выбор в непрозрачных очках?
Другое дело, что поток информации, даже регулируемой, даже на опекаемых колдунами каналах, далеко превысил возможность её потребления обыкновенными благородными дикарями. Тамтамкать еще громче? Недолго и шкуру порвать. Еще быстрее? Триста тысяч километров в секунду - предел, положенный современной наукой.
А если пойти от противного?
Взять - и замолчать?
Выходит, например, процессор Икс. Он так и называется - Икс, ибо никаких данных о нём нет. И пресс-конференций не созывают, и релизов не рассылают, и, главное, никакой рекламы не дают. На прямые же вопросы дотошных акул пера разработчики отвечают неопределенно: "Работает помаленьку".
Владельцы новых машин тоже не хвастаются. Помалкивают, в общем. Отделываются невнятными словами "Раньше были Пентиумы, а теперь вот Иксы". А на прямой вопрос "Как идет "Дум 3" на Иксе?" смотрят на вас с сожалением, а потом отвечают: "Не "Дум" идет, а ты идешь по "Думу". И каким выйдешь, неизвестно", - проводя ладонью по волосам, и ты замечаешь, как вдруг поседел собеседник.