Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 2. Computerra 1997-2008 (страница 199)
Четвёртого июля тысяча девятьсот тридцать шестого года вышло Постановление ЦК ВКП(б) "О педологических извращениях в системе Наркомпросов", в котором ЦК ВКП(б) осудил "теорию и практику современной так называемой педологии" и закрыл последнюю за ненадобностью, вернув педагогам главенствующую роль в школе.
Теперь уже учителя отвечали и за рост сознательности, и за рост успеваемости. Вредительские тесты были отменены, оценки учащимся (или собственной работе?) ставили учителя на основании каждодневного контроля поведения и успеваемости конкретного Вани, Пети или Шурочки. Почему-то в итоге выходило так, как планировали в верхах. Если требовалось повысить успеваемость, то она повышалась. Если городу выделялось сорок медалей, то среди выпускников оказывалось ровно сорок медалистов.
Большую часть школ для умственно отсталых и трудновоспитуемых детей объявили школами обыкновенными – и они тотчас превратились в обыкновенные.
Широкомасштабная попытка оценить интеллектуальное и физическое состояние российского населения на основе объективных научных данных провалилась.
Вопрос доверия{331}
Что мне доверяют самые различные люди, сомнений нет. Редкий день не получаю письмо от вдовы какого-нибудь африканского государственного деятеля, министра или даже президента, с просьбой помочь пристроить капитал покойного. Миллиард или около того. А мне за труды положат миллионов сорок, даже пятьдесят.
Или адвокаты пишут: мол, дорогой сэр, от имени фонда Форда-Рокфеллера-Гейтса имеем честь предложить Вам должность стратегического советника с окладом в миллион восемьсот пятьдесят тысяч долларов. А на днях пришло сообщение от спецагента ЦРУ, работавшего под прикрытием в Ираке при Саддаме Хусейне. Агенту известно, где Хусейн закопал сундук бриллиантов. Сам спецагент в результате бомбардировок стал инвалидом, к тому же поссорился со своим начальством, бросившим его в беде. Потому он просит меня этот сундук выкопать и, взяв себе справедливую долю, остальное переправить ему.
Я на эти просьбы не отвечаю. Как я могу быть советником фонда Форда-Рокфеллера-Гейтса, с моими-то знаниями? Куда пристрою миллиард безутешной вдовы? Да и сокровища выкапывать не берусь: добро бы сундук на гваздёвском огороде зарыли, но в Ирак ехать – увольте. Да и что мне делать со справедливой долей бриллиантов? Как я их через таможню переправлю?
Сомневаюсь, что это дело юридически чистое. Но ведь доверяет мне человек, не абы кто, агент под прикрытием. И как доверяет! Долю определяю сам. Вдруг половину возьму? Полсундука бриллиантов! Может, нужно Куда Следует обратиться? Затеяли бы хитрую операцию, перевербовали бы американца, тем более что тот на своих обижен. Родина бы получила сундук целиком, пустила бы сокровища на благое дело.
Мне доверяют, ладно. Беда в том, что я никому не доверяю.
Представим на минуту, что агент и его история – не очередное мошенничество (ответь я агенту, мне, верно, пришлось бы ему послать денег на какие-нибудь неотложные траты, костыли, коляску, а потом ещё, ещё и ещё, и так без конца), а история подлинная.
Для большей достоверности пусть этот агент будет не американцем, а моим хорошим знакомым, которого послали в Ирак тайным советником и который действительно оказался без ног, зато со сведениями о сундуке бриллиантов (понятно, всё это тоже вымысел). Он, знакомый, сообщил мне это, а потом выбросился из окна десятого этажа (в последнее время в Воронеже это приняло характер эпидемии – выбрасывание из окон десятых этажей).
Что сам я не поеду в Ирак – это точно. А вот сообщу ли о сундуке Куда Следует? У них-то, поди, есть специалисты, способные довести дело до конца.
Нет, не сообщу. Во-первых, побоюсь: убьют меня. То есть не убьют, у нас спецслужбы не убивают, не бандиты ведь. Просто ликвидируют. Зачем им свидетель? Во-вторых, не верю, что бриллианты пойдут на благое дело. Потеряются в пути или просто не найдутся. Участники операций приобретут недвижимость на многие миллионы где-нибудь в Эмиратах, а если кто спросит, откуда деньги, ответят, что это им бабушки наследство оставили. Ведь если в сороковые годы прошлого века колхозник на заработанные трудодни мог подарить фронту самолёт или танк, то сегодня у бабушек наличие миллионов не вызывает никаких вопросов.
Майоры и подполковники ряда служб (сразу оговариваю: далеко не всех и далеко не все) живут в особняках, несоразмерных с их окладами, передвигаются в автомобилях, опять несоразмерных с их окладами, но никого это не тревожит. Вот если врача поймают на выдаче больничного за пятьсот рублей, тогда это коррупция. А у майора – бабушка. Не путать!
Один ли я недоверчивый, или это уже общенародная черта? Оставим агента с бриллиантами, это всё-таки экзотика. Вспомним о займах. Была прежде привычка у государства – размещать среди населения займы. И временное правительство выпускало, и советское. На войну. На восстановление народного хозяйства. Просто для того, чтобы аккумулировать средства и дать гражданам возможность надёжно и прибыльно вложить кровные рубли.
Многие ли сегодня согласятся расстаться с заначками, обменять хранящиеся за подкладкой или под половицей рубли, фунты, евро и доллары на облигации государственного займа, буде таковые государство напечатает? Обменять с условием, что через пять, в крайнем случае через десять лет государство им вернёт вдвое? Если, конечно, народ не попросит отсрочить выплату ещё на двадцать пять лет.
Написал, представил и вижу – а ведь согласятся! Не все, но многие. При соответствующей рекламной подготовке (на экранах телевизоров благостные пенсионеры на фоне уютного домика, молодые супруги на яхте и т.п.) денежки потекут из карманов граждан в тайное измерение Зет если не Амазонкой, то Яузой.
И возникает подозрение: вдруг государству просто необходимо иметь под рукой как можно больше людей с ай-кью в районе семидесяти? Они, такие люди, хоть порох и не выдумают, зато охотно подпишутся на заём или поверят в целительную силу утренней мочи, чудесного противоатомного фильтра и крема "панамавир". Их легче науськать на врагов и просто непохожих. Послать за три моря защищать демократию или очистить мир от низших рас.
Среди таких людей власть чувствует себя мудрой, дальновидной и стабильной раз и навсегда. Если рейх – то тысячелетний. Если сплотила – то навечно.
А порох и остальное выдумают другие люди. В крайнем случае, можно купить лицензию. Или переманить специалиста. Или взять его в плен.
Месть индейских вождей{332}
В конце тридцатых годов прошлого века по экранам Советского Союза прокатилась победоносная война. В фильмах "Родина зовёт", "Эскадрилья номер пять", "Глубокий рейд", "Если завтра война" и других наша славная армия громила врага "малой кровью, могучим ударом". Да и в книгах было то же самое.
Сегодня фильмы о будущих победоносных войнах в России как-то не снимают. Да и пишут о них не то чтобы много. Пораженческая литература – это да, этого добра у нас изрядно, а вот чтоб "барабаны, сильней барабаньте" (как звучит!) – с этим покамест туго.
Сейчас больше прежние войны переигрывают. Что было бы, если бы сталинский режим не сокрушил советский генералитет и во главе армии остались бы Блюхер, Тухачевский, Якир и прочие военачальники? Если бы танков было поменьше, тысяч восемь, но танкисты были бы лучше подготовлены? Если бы вместо пакта с Германией была создана "Антанта–1939"? И так далее, и тому подобное.
Пишут на эту тему и литераторы лёгкого поведения, и серьёзные мужи, историки с докторскими степенями. Рассматривают тактико-технические данные танков, самолётов, пушек и винтовок, выбирают варианты лучшего их использования, перемещают дивизии, строят оборонительные укрепления, посылают диверсантов подстрелить фюрера, наконец, создают чудо-оружие.
Действительно, чудо-оружие – это вещь! Это довод, против которого трудно возразить. Они бомбят Киев, а мы в ответ как бабахнем атомной бомбой!
Или вот нашествие Батыя: кто не мечтал с верными товарищами встать на пути неисчислимых полчищ жестокого захватчика! Я уже как-то писал об этом и получил много советов, какое именно оружие стоит взять с собой в Рязань декабря тысяча двести тридцать седьмого года – с учётом ограничения по массе и численности.
Иначе и неинтересно: ясно, что Таманская дивизия (вторая гвардейская), явившаяся из будущего в разгар битвы за Рязань, отстоит Святую Русь. Может, именно поэтому её, дивизию, и расформировали в году две тысячи девятом. Нет, возможность перемещения в прошлое ограничено: пятьсот килограммов груза - и точка. Зато любого груза – все ресурсы нашей страны в моём распоряжении.
Тут призадумаешься. Ядерные фугасы четвёртого протокола?
Нет. Слишком сложно, а я в фугасах не силён. Да и всякий фугас взрывается только один раз. Опять же свои пострадают… Я бы сначала почитал книги, поспрашивал историков: что ценили монгольские полководцы, что любили и чем гордились. Символы власти, украшение, оружие. А потом бы набрал на четыреста пятьдесят килограммов этого добра, браслетов, нагрудных знаков, сабель. Пятьдесят кило оставлю на автомат с оптическим прицелом, револьвер, патроны и лекарства – для личного употребления.
Переместился бы в год одна тысяча двести тридцать шестой, убедил бы рязанцев добрым словом и автоматом сделать меня полномочным представителем и поехал бы послом к Батыю: мол, Рязань хочет мира и просит принять дары, эти самые украшения, выполненные из золота, каменьев драгоценных и радиоактивных материалов.