Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 2. Computerra 1997-2008 (страница 103)
Принимаются программы, нужные и замечательные, но на выходе получается совсем не то, что ожидалось на входе. Вспомним, пока не применили вспышку забвения, приоритетные национальные проекты. Доступное жилье, здравоохранение, образование – здесь об успехах или неудачах может судить каждый. Более того, именно оценка каждого и есть единственно верный критерий. Конечно, у царя на службе есть архимаг, большой дока морока и чар. Телевизор. Он может внушить, что угодно: и продолжительность жизни-де резко подскочила, и жилье стало доступнее семечек, и образование поднялось на небывалую высоту (и выбросилось в окно).
Реальная жизнь говорит иное. Кому верить, себе или ящику?
Для меня вопроса нет.
А если вспомнить историю процессора Е2К, начавшуюся ещё в прошлом тысячелетии... Скептик и тут напророчествовал верно.
И вот теперь – Сколково. Край, напоминающий рай. Предстоит освоить шестьдесят миллиардов за три года – пусть рублей, все равно много. Взамен миллиардов обещают по одному Гуглу в год. Зачем - неясно. Многих устраивает уже существующий Гугл, и нужды во втором, третьем и четвертом вроде бы нет. Разве что – по Высоцкому – на пятом Гугле сократить расстояние с ЮАР, которая пока в инновационном рейтинге Россию опережает. Впрочем, внутренний голос подсказывает, что и одного Гугла – в смысле всемирно востребованного ИТ-продукта – с клеймом Made in Skolkovo в ближайшие три года Россия не увидит. Вряд ли. Враги помешают, или саранча сожрёт, только на выходе будет что-то туманное и невнятное. Готов биться об заклад.
И в проекте "Сколково", и в остальных планах и предписаниях стоит обратить внимание на слово "освоить". Русский язык – лучшее средство против мутной магии, нужно только вовремя взять словарь. Откройте Даля и посмотрите значение глагола "осваивать". Тем, у кого под рукой Даля нет, советую немедленно купить. Тогда все будут знать, что "Осваивать, освоить" означает "присвоить, сделать своим".
Знание русского языка позволяет во всей полноте оценивать заявления, подобные следующему: "У госкорпорации "Олимпстрой", у руководства Краснодарского края, Сочи и у Счётной палаты абсолютно единые подходы к этим проблемам. Полагаю, что благодаря этому мы сможем не только освоить бюджетные средства, но и очень большие частные инвестиции". Говорят, против "вспышки забвения" помогает фиксация происходящего на бумаге. Я, ища аналоги проекта "Сколково", вспомнил (видно, вспышка пока несовершенна) следующие строки Андрея Платонова, написанные в тысяча девятьсот двадцать восьмом году:
"В Москве руководители губернии говорили правительству, что хотя нельзя сказать точно, на что истрачены пять миллионов, отпущенные в прошлом году на сельское хозяйство, но толк от этих миллионов должен быть: все-таки деньги истрачены в Градовской губернии, а не в чужом месте, и как-нибудь скажутся.
– Может, пройдет десять годов, – говорил председатель Градовского губисполкома, – а у нас рожь начнет расти с оглоблю, а картошка в колесо. Вот тогда и видно будет, куда ушло пять миллионов рублей!
А было дело так...
Комиссия решила, что технического персонала на рынке республики нет, и по одному доброму совету приняла, что эти работы надо поручить бывшим солдатам военнопленным, а также сельским самоучкам, которые даже часы могут чинить, а не только насыпь сделать или яму для воды выкопать...
Следовательно, решила комиссия, средства, отпущенные губернии на борьбу с недородом, помогут "выявить, использовать, учесть и в дальнейшем снова использовать внутренние умственные силы пролетариата и беднейших крестьян, тем самым гидротехнические работы в нашей губернии будут иметь косвенный культурный эффект".
Было построено шестьсот плотин и четыреста колодцев. Техников совсем не было, а может, было человека два. Не достояв до осени, плотины были смыты летними легкими дождями, а колодцы почти все стояли сухими.
Кроме того, одна сельскохозяйственная коммуна, под названием "Импорт", начала строить железную дорогу длиною в десять верст. Железная дорога должна соединить "Импорт" с другой коммуной – "Вера, Надежда, Любовь". Денег "Импорт" имел пять тысяч рублей, и даны они были на орошение сада. Но железная дорога осталась недостроенной: коммуна "Вера, Надежда, Любовь" была ликвидирована губернией за свое название, а член правления "Импорта", посланный в Москву купить за двести рублей паровоз, почему-то не вернулся.
Сверх того, на те же деньги десятниками самочинно были построены восемь планеров для почтовой службы и перевозки сена и один вечный двигатель, действующий мочёным песком".
Умри, Денис, лучше не напишешь.
Гамбит Форт-Росс{155}
Жара тому была виной, или иные причины, но мой коллега страшно расстроился, узнав, что российский бизнес решил взять шефство над калифорнийским музеем.
- Миллион долларов в год, и это минимум, - кипятился коллега. - У Калифорнии, понимаешь, денег нет, а в России их куры не клюют - потому что нет кур, опять из Америки завозят.
- Ну, - пытался я остудить коллегу, - все-таки Форт Росс - историческое место, России не чужое.
- Ага... У нас в губернии таких исторических мест... А музеи на ладан дышат.
- Ты пристрастен, - говорю я.
- И не скрываю.
Действительно, какая-то родственница коллеги, сотрудник музея, попала под сокращение и сейчас, в пятьдесят лет, устроиться на работу, хоть как-то связанную со специальностью, не могла. А торговать носками на панели не хотела.
- Ты смотришь с позиции индивидуума, не видя перспективы, - перешел в наступление я. - Для тебя музей - это только музей. А на самом деле... - я задумался.
- Что - на самом деле?
- На самом деле это будет... это будет... это будет прикрытие для наших разведчиков!
- Каких разведчиков?
- Обыкновенных. Ведь Калифорния набита современной технологией. Вот и будут таскать секреты из-под носа Терминатора. А миллионы, легальные миллионы, между прочим, позволят подкупать жадных американцев. Подкуп в виде гранта, на исследование русских исторических следов. Не придерешься.
- Хм... Выдумал?
- Сообразил, - ответил я.
- Один вот тоже соображал, соображал, а потом за разглашение казенных тайн... - но сокрушаться о затраченных миллионах коллега перестал. На время.
Через неделю или около того, он опять встал в первую позицию и начал мне выговаривать:
- Вот ты говоришь, шпионы, шпионы, а их чуть не дюжину в Америке повязали. Плакали российские денежки.
- Во-первых, не шпионы, а разведчики, а во-вторых, я-то здесь при чём?
- Ты ведь одобряешь наших шпи... разведчиков?
- Скажи ещё, что я одобряю лунное затмение. Разведка - такое же закономерное явление в межгосударственных отношениях, как затмения в межпланетных. Одобряй, не одобряй, она существует, с этим не поспоришь.
- Так почему это закономерное явление так бездарно село в лужу?
- Почему село? Неужели сам не понимаешь?
- Не понимаю.
- Тебе все объяснять нужно?
- Желательно.
- Но ведь это просто, как теорема Пифагора. Если бы ты хоть немножко задумался...
- Есть что соврать, так ври, не тяни!
- Ты книжки про войну читал?
- А при чём тут книжки про войну?
- Представь: мы форсируем водный рубеж. На той стороне гитлеровцы. Не дураки, начеку, ждут. И вот командование посылает полк с заданием захватить плацдарм и во что бы то ни стало его удержать. Полк переправляется под свинцовым ливнем, гибнет, оставшиеся в живых пишут воспоминания о героизме солдат и младших офицеров, о бездарности командования, пославшего людей на верную гибель. Но пока наши люди героически гибли, отвлекая на себя внимание противника, в двадцати верстах ниже по течению тихонько-тихонько другие части сумели-таки переправиться, укрепиться и подготовить плацдарм для дальнейшего наступления. Первые сыграли роль отвлечения, ими попросту пожертвовали, как гроссмейстер жертвует пешку-другую ради атаки. Гамбит.
- Ты хочешь сказать...
- Что шпионов, тьфу, разведчиков, для того и послали - чтобы вовремя ими пожертвовать. Разменный фонд. А в это время под шумок в том же Форте Росс - или еще каком-нибудь месте - наши рыцари плаща и кинжала захватывают плацдарм и готовят решительное наступление!
Мы помолчали. Он - переваривая услышанное, я - запоминая сказанное, вдруг пригодится (и ведь пригодилось же!)
- Нет, - после раздумья сказал коллега, - тебя точно посадят. Выдаешь государственную тайну в особо циничной форме. Учти, я тебе передачи носить не стану.
- Давно учёл. Только, знаешь, я писатель-фантаст. А это приравнивается к справке из психиатрической больницы. Даже лучше. Невменяем, но могу управлять автомобилем и голосовать на выборах. Потому сажать не станут, вряд ли. Ну, кирпич на голову упадет, или под машину попаду, а вернее - скончаюсь от сердечного приступа. Есть такие яды, сердечные гликозиды...
- Про сердечные гликозиды можешь не рассказывать, - коллега по специальности кардиолог. - И вообще, если тебе фантаст имя, то и пиши про иные галактики или далекое будущее, - голос его действительно стал ледяным, или мне показалось? - Настоящее оставь другим. А то, неровен час, задумаешься, споткнешься на ровном месте, мало ли...