Василий Панфилов – Хороший день для зомби-апокалипсиса (страница 30)

— Ладно… — прервал он разговор, — пришли!

— Однако… — я окинул взглядом школьный двор, в котором собрался Совет на уже знакомых брёвнах, — чего так скромненько?

— Прямая демократия, — усмехнулся тёзка, проходя к бревну, — чтобы видно и слышно было, кто как голосует и какие предложения выносит. Пока народу мало, схема рабочая.

— Пока мало — да, — соглашаюсь с ним, пытаясь прикинуть количество оставшегося в Липецке народонаселения, и перспективы прямой демократии.

— Рассаживайтесь, — приказала усталая немолодая женщина, крепко пахнущая потом и лекарством, — Я Ольга Владиславовна, местный зубной врач и председатель этого собрания.

— Этого? — прицепился я к слову, оглядывая остальных членов Совета, поглядывающих на меня. Порядка пятнадцати человек, есть знакомые морды лиц, но большинство вижу в первый раз, и женщин среди них всего трое.

В голове всплывают подхваченные в пабликах мыслишки о неполноценности бабского пола, но вовремя выбиваю из бестолковки все эти глупости. Время сейчас такое, что во главе коллектива нужен сильный Вожак, причём его физическая мощь может быть сравнительно условной, но вполне зримой.

Время профессионалов придёт чуть позже, и чует моя чуйка, многие из сидящих на брёвнах спустятся по карьерной лестнице на пару этажей. А пока так… альфачи, всплывшие из ниоткуда полевые командиры и немногочисленные состоявшиеся профессионалы в каких-то областях, у которых либо зашкаливающий уровень профессионализма и соответственно — известности…

… либо мощные лидерские качества — помимо профессионализма.

«Выстраивать всерьёз альянсы пока рано» — мелькает умная мысля. И хотя где до альянсов с кем бы то ни было из присутствующих ещё далеко, но мысленно ставлю галочку.

— По жребию выбираем, — ответил бугор после короткого молчания, — перед началом каждого заседания.

— Для начала, Владимир Николаевич, — неторопливо сказала женщина, — хочу заверить вас, что выдавать вас генералу…

Она поморщилась так выразительно, что у меня в голове сложилась странноватая картинка, будто ей сунули под нос коробок с калом, предложив провести анализ органолептическими методами. Кашлянув, чуть нагибаю голову, скрывая неуместную усмешку.

— … мы не будем в любом случае.

— Я уже рассказал, Ольга Владиславовна, — прищурившись на солнце, сказал бугор, — вкратце. С Дону выдачи нет!

— Тем проще, — спокойно отреагировала женщина, — и поговорка, к слову, очень к месту. У нас стихийно сложилось подобие казачьего круга, с выборными атаманами и прочим. С одной стороны — вольница, хотя разумеется, в определённых рамках. С другой — жёсткая дисциплина во время боевых действий, несения боевой службы и тому подобных вещей.

— Педералиссимус требовал вашей выдачи, — поведя костлявым плечом, сказал молодой худощавый парнишка, лет от силы семнадцати. Как ни странно, в Совете он смотрится вполне органично, со всем своими юношескими прыщами и не доломавшимся до конца голосом.

— Включи, — ухмыльнулся тёзка, парнишка усмехнулся в ответ и достал планшет.

— Еба-ать… — протянул Руслан восхищённо, — на фоне флага России, а наград… Герой? Это-то откуда?!

— Шёл казак куда-то вдаль[15], — ответил бугор, и по рядам Совета пробежали смешки, которые стали ещё громче, когда Педералиссимус на экране начал рассказывать о патриотизме и офицерской чести.

— Честь у него, суки! — зло протянул бугор, и отвернувшись, харкнул на раскалённый асфальт.

— Н-да… — развивать тему я не стал, но действительно… где честь, а где офицеры?!

Переглянувшись с парнями, я приготовился торговаться, отстаивая наши интересы перед Советом Опытной. Снова быть пешками… благодарю, идите на хуй!

Особых привилегий не ждём, но и начинать всё с ноля, перебивая делами липецкое «брат-сват-блат», несколько поувядшее после Зомби-апокалипсиса, желания нет. Они местные, тутэйшие, и даже если героики лично за каждым немного, то она, героика эта, происходила на глазах соседей. И тут мы… здрасте вам… герои импортные!

С парнями мы решили держаться вместе, одной бригадой, ну или по версии Анвара «Вольным отрядом, да!» А стрелять или заниматься монтажными работами, не суть важно, здесь главное — не разбредаться.

— С Дону выдачи нет, — повторяю я, потирая переносицу и доставая портсигар с сигариллами, пытаясь собраться с мыслями, — это хорошо…

«Политический момент, — вякает подсознание, уводя мысли в сторону, — и это хорошо… Опытная по факту федеративна, и складывалась вокруг четырнадцатой школы, НИИ Рапса и Администрации района. Потом уже частный сектор и прочие присоединились, во многом как раз из-за идейной федеративности основателей. Мелких самостийников, держащихся за власть на местах — до жопы!

Выдали бы нас отцы-основатели Педералиссимусу „с головой“, и минимум четверть территорий враз бы отпала! Не говоря о мелких отрядиках типа нашего, держащихся не за территорию, а за друзей и родню».

— Ладно, — прячу заминку за прикуриванием и выдыхаю с дымом, — Договоримся — хорошо, а нет — значит, на Тракторный или на Сокол переберёмся, чтобы хозяев не стеснять.

Лёха отмолчался, лишь сделал физиономию задумчивой и кивнул медленно. С нами он, не с нами… видимо, по ситуации.

— Договоримся, — спокойно кивнула Кожевникова, открывая на планшете видео и поворачивая экраном к нам.

— Дай-дай-дай! — на экране пролетели пикси, — Я тоже! И мне пукать!

Не знаю, надеялась она на какую-то особенную мою реакцию, или просто решила сыграть в открытую, выкладывая карты на стол… Да собственно, и не важно.

— Агентура? — вяло пошевелился я, — Уважаю…

— Мы в курсе ситуации с данжем, — продолжила медик.

— Локацией Дружественных Пикси, — уточняю педантично, дабы не было недопонимания.

— А есть разница? — она остро глянула мне в глаза.

— Есть, — хрипловатым юношеским баском отозвался самый молодой член Совета, — и немалая.

В нескольких словах он объяснил разницу между локацией и данжем.

— Да? — Ольга Владиславовна склонила голову к плечу и обменялась несколькими короткими взглядами с коллегами.

— Районный суд, — открыв для пущей наглядности карту на планшете, сказала она, — видите? В треугольнике между Школой, Рапсом и Судебным Участком, случись что — подкрепление будет в течении пяти минут максимум.

— А диверсанты из Военного Городка? — спрашиваю для порядка, пыхая дымом и начиная подозревать, что такое интересное «ж-ж» — неспроста!

— Господь с вами, Володя, — удивилась она, — какие диверсанты? В Военном Городке сроду спецназа не было, всё больше чиновники в погонах и технические специалисты!

— Ольга Владиславовна верно говорит, — усмехнулся юноша, — мы с ребятами до всей этой хероты в военно-патриотическом клубе состояли. Не Бог весть что, обычная рукопашка с НВП, да иногда в пейнтбол и страйкбол ходили развлекаться. Хватило!

— Войтек дело базарит, — кивнул бугор, закидывая за щёку очередную карамельку, — против техники они бы не выстояли, но мобильные группы его пацаны на раз зачищали! А хули? Обычному срочнику они фору во всех смыслах дадут, разве что, х-хе… о́чки драить не умеют! Да ещё и местные, х-хе! Пару лет назад ещё по садам гоцались, яблоки обносили, х-хе!

— Было дело, — ностальгически улыбнулся Войтек, — Может, офицера́ тактику со стратегией знают, а в училище бегали как лошади, и стреляли как ковбои…

— А сейчас наоборот! — перебил его пожилой работяга со снайперкой на коленях, и захохотал, без стеснения открывая щербатый рот.

— Ну да, — усмехнулся мало́й, — если что и умели, то давно умения порастеряли. Не пройдут диверы…

Он погладил автомат по цевью.

— … отвечаю.

— Допустим, — киваю и смотрю на Ольгу Владиславовну, показывая готовность к диалогу.

— Здание полностью в вашем распоряжении, — она не торопится, — любая адекватная помощь оружием, транспортом, инструментом и оборудованием, постановка на довольствие.

— Взамен?

— У нас в подвалах ЗАГСА данж… или как правильно? Локация? Спасибо, Войтек. Час назад открылось, точнее стало известно, и пока…

Она беспомощно пожала плечами… и я с трудом удержал себя от обещания немедленно сделать всё возможное и даже больше.

— … никак. Мы беспокоимся, Володя, понимаете?

— Добровольцы как сунулись, так и высунулись, — хрипловато сказал бугор (а точнее Бугор, поскольку оказалось, что это не просто должность, а прозвище), — какая-то там херота с разницей физических потенциалов, что ли…

— С физическими потенциалами всё в порядке! — перебил его возмущённый молодой мужчина лет под тридцать. Худощавый, типичный гик по виду — он, тем не менее, весьма уверенно держит снайперку, и думаю, «Стечкин» в кобуре на правом боку у него отнюдь не для понтов.

Есть такая категория «ботанов», которые не рвутся доказывать кулаками свою правоту быдлану в автобусе, и не качают банки в спортзале — просто потому, что им неинтересно. Зато ходят в пешие походы, справляются по рекам, прыгают с парашютом и рубятся на мечах, а случись что серьёзное…

… вон, сидит со снайперкой, и не то что зуб — всю челюсть даю, что случись у него с Бугром стычка, пережуёт бывшего уголовника, и выплюнет! Просто гику неинтересно по каждой мелочи хуями меряться…

— Ну пусть магическими! — отмахнулся Бугор, — Мы сейчас не научный диспут ведём.

Гик скривился, но посмотрев на мою физиономию, на которой написано «девять классов, ПТУ», промолчал. Эй… между прочим, физиономия нагло врёт!