Василий Панфилов – Хороший день для зомби-апокалипсиса (страница 29)

— Соглашусь, — кивнул Славка, лицо которого напоминает сейчас восковую предсмертную маску, — очень хорошо влезает в рамки моей гипотезы.

— Так что будем делать? — осведомился Анвар, в глазах которого отразилась смертная тоска. Вспомнилось разом, что у весёлого, неунывающего парня погибли вообще все родственники…

— Делать? — чешу нос, отчаянно пытаясь придумать хоть что-то, что похоже на Цель. Что угодно, лишь бы не было мыслей о бессмысленности бытия куском компьютерного кода и желания пустить себе пулю в лоб, — Жить… для начала — жить!

В голову кавалерийским наскоком влетели шальные мысли, и я заспешил, опасаясь упустить саму суть.

— Данж помните, парни? — обвожу взглядом ребят. Лёха со своими уже в курсе наших приключений, но очень… очень вкратце. По дороге нам не до этого было, а потом в короткий промежуток времени влезло столько событий, что не до разговоров было.

— Мы ведь зашли — в данж, а вышли — из локации! — надавил я, пытаясь нервным напряжение продавить важность мысли… которую никак не могу оформить в слова. Вертится только ощущение, что это необыкновенно важно, и что я действительно зацепил что-то ключевое во всём нашем Приключении.

— Хакнули! — выдохнул Слава, снова оживая, — Точно! Земля сейчас в процессе отладки, так выходит! Хер ушастый, он походу бета-тестер… сейчас-сейчас…

Он закопался в телефон и через минуту выдал:

— Да, уже сняты и другие игроки. Немного, так что походу — да, бета-тестеры и есть. Несколько дней, недель или месяцев до массового прихода игроков у нас точно есть.

— А мы, получается… — начал Илья.

— Вирусы… — брякнул Руслан с подавленным видом, принимаясь нервно грызть ногти.

— Троянцы, — резко перебил его Славка, — Не вирусы!

— Да какая разница? — вяло отозвался парень.

— Большая! — выпрямился Слава, — Мы — наследники человеческой Трои, которая пала под натиском превосходящих сил, но именно потомки разбитых троянцев основали Рим! Город пал, но мы ещё живы, и наше время придёт!

— Ебать ты загнул… — качаю головой, сбивая пафос момента, — но вообще что-то такое во всё это есть. Наверное, в твоей теории куча спорных мест, но принять её за фундамент… Эх, обсудить бы её с учёными!

— А я это… — ожил Руслан, — снимал. Не-не… машинально. Выложить?

— Ну… — переглядываюсь со Славой и Лёхой, — погоди малость. Комп в здание есть?

— Даже не один, — отозвался Анвар, — Монтировать и править будем? Если что, я могу! Даже клипы снимал.

— Да ладно?! — удивился Мишка.

— А что такого? — не понял удивления кавказец, — А-а… думаешь, братуха-борцуха, жи есть и всё такое? Стеоретип. Не так сложно с клипами, на самом-то деле. Если есть мозги и желание разобраться, то за полгода-год базу освоить можно. На профессиональном уровне — да, сложнее, ну и талант нужен.

— А у тебя есть? — ехидно прищурился Мишка.

— Для того, чтобы смонтировать ролик — хватит, — чуть усмехнувшись, ответил кавказец, не поведясь на подначку.

— Давайте, — «даю добро» на правах «как бы командира» нашего отрядика, и выхожу на улицу, где несут караульную службу мужики с Опытной. Политика, ети… несколько нервно оставлять БТР вот так вот, в чужих руках, но…

… «мафынка» не моя, а «пацаны вообще ребята», и у них своя голова на плечах, за которую отвечать — ну вот никакого желания! У Лёхи здесь родственники, кореша и бывшие сослуживцы, и если сержант решил поиграть в открытость и гласность, то флаг ему в руки!

Мне кажется, сержант малость увлёкся со всей этой политико-дипломатической хернёй, но кто я такой, чтобы лезть в чужую жизнь? Единственное — помечаю галочкой в мысленной анкете, что в своём отряде видеть его не хочу, а если придётся воевать как союзники, то надо будет иметь в виду такие вот странноватые залипухи с политикой. Вроде и нормальный мужик, а…

Тряхнув головой, выбрасываю дурные мысли. Тот случай, когда мне — глубоко похуй! Окажется прав Лёха по прозвищу «Папаша», то и молодец. Наебут его местные со словами «мир-дружба-жвачка-перестройка», отжав БТР под предлогом демократии, гласности и военного коммунизма с обобществлением собственности, лично я ничего не теряю. Вообще.

Единственное, что меня волнует — дадут мне на Опытной «грин-карту» или пошлют подальше. Что выдадут генералу, не боюсь совершенно, вот уж чего…

Его здесь прозвали «Педералиссимусом» и ненавидят искренне, от всей широкой пролетарской души, и примирение в ближайшие недели, а то и месяцы, невозможно ни под каким предлогом. Маслаченко, захватив власть в Военном Городке, чуть не первым делом сунулся на Аэродром, и приспичило ему через Опытную, вроде как заодно принять под свою руку.

Далеко «Педералиссимус» не проехал, застряв на пересечении Боевого проезда и Лебедянской. Стрельбы с обеих сторон было мало, но несостоявшийся Диктатор Всея Липецка поиграл в немецко-фашистских захватчиков — с заложниками, виселицами и прочим кроваво-палаческим антуражем.

Собственно говоря, повесить и расстрелять никого не успели, и скорее всего, «тащ генерал» просто хотел показать сильную руку, припугнув быдло. Нашёл какой-то повод, обвинил местных в провокации… и видимо, по сценарию в его голове должны были состояться переговоры, где быдло признало бы его право судить, казнить и миловать, призвав на княжение.

Только вот народец оказался не тот, шапки перед барином ломать не стал и натурально озверел, увидев виселицы. Нежданчик для «тащ генерала». Не «…приходите княжить и владеть нами…» а «дубиной народной войны[14]» по обтянутой камуфляжем жирной спине.

А когда от сердечного приступа умерла старенькая «провокаторша», она же бывшая учительница младших классов…

… притом со связанными позади руками, стоя под виселицей, планы «тащ генерала» пошли по пизде. Через час его вышибло ополчение Опытной с помощью Аэродрома, и говорят, пленных в том бою не брали.

Разговаривать не стали, разграничив территории сперва «де-факто», а потом при посредничестве Сокольских «де-юре». Маслаченко поначалу не придал этому «пограничному инциденту» особого значения, посчитав за момент. Ой, зря… собственно, именно погибшая учительница и поставила крест на мечте об объединении всех патриотических сил под его, тащ генерала, командованием.

— Проверка? — весело подмигнул мне часовой, бдящий у БТР с Калашом, давая огоньку.

— Да ну… — дёргаю плечом и затягиваюсь, — похуй! Я же не военный, и карьеру в армии сделать не стремился. За своих пацанов отвечаю, их сюда и довёл, а дальше — сами будут решать, что и как. А эти вроде и неплохие парни, но так — попутчики.

— Тоже верно, — одобрил работяга, не забывая оглядывать окрестности. Покурили… к слову, курить я стал много, но какая-то странная херота — табак меня стал вставлять, как энергетик. В теории это возможно, ибо хоббитскя кровь, то-сё…

Если прописано в Игре, что хоббиты с трубкой не расстаются, и при всём том долгожители и шустрые ребята, то значит — табак даёт им бафф, и точка! Наверное…

— Даров, тёзка! — издали протянул руку в наколках знакомый бугор, подходя к парадному входу, — Заждались?

— Есть немного, — пожимая руку, отвечаю я, — Так-то понятно, что с Дону выдачи нет, но есть нюансы!

— Хе-хе… и то верно! — усмехнулся тот, зашуршав обёрткой от дешёвой карамельки, — Ну, зови своих!

— Угу, — далеко я ходить на стал, и подойдя к зарешёченному окну, настежь распахнутому по причине жары, позвал ребят.

— Если коротко, — на ходу рассказывал бугор, косолапя справа от меня, — всё ок! С Дону выдачи нет, и вы нашим сильно в жилу пришлись! Чёткие пацаны, без наёбок и объёбок!

— А остальное… — он пожал плечами, — будем обсуждать на Совете. Условия, на каких вы хотите остаться, и на каких мы готовы принять вас, ну и прочее.

— А с генералом из-за нас залупаться не боитесь? — выдал Руслан, и я закатил глаза. Вот же чудик… то стесняшка, а то ляпает… Впрочем, типаж знакомый, ничего нового.

— Не боимся, — ответил бугор, понимающе усмехнувшись моему закатыванию глаз, — с этим паделом срать на одной делянке не сядем! А с вами или без вас… не критично.

— А всё-таки? — не унимается Руслан.

— Мальчишка ты ещё, — усмехнулся тёзка, — не обижайся! Был бы постарше, знал бы без объяснений, что худшие хищники из человеков — те, кто погоны носил! Банды из ментов и чекистов самые беспредельные, с ними мира быть не может!

— Не потому, что понятия воровские и по ним живём, — снова усмехнулся бугор, — какие сейчас понятия, право-слово… Здравый смысл! Опыт, понимаешь?

Руслан кивнул осторожно, но как мне кажется, больше потому, что ему льстит вот такой вот доверительный разговор с человеком авторитетным.

— Опыт, — повторил тёзка, — менты и чекисты беспредельщики по жизни. Они и так-то ангелами не бывают, а если уж перешли Рубикон законности, то у них вообще тормозов нет! По определению.

— А военные… — он сплюнул, — это вообще пизда! В любой стране, стоит им придти к власти — массовые расстрелы и геноцид! Не умеют они иначе, понимаешь? Заточены так. Магия, бля… А экономику ещё ни одна хунта не вытянула, так-то!

— А Аэродром как же? — поинтересовался парень.

— Отдельная тема! — отмахнулся бугор, — Во-первых, лётчики, они поинтеллигентней будут, да и так — отдельно они. Устроились, хуй сковырнёшь, а они вроде как любого могут, но с вооружением и горючкой там дефицит, поэтому ядерным хуем особо не поразмахиваешь. В собственном соку варятся.