Василий Лушин – Экзо (страница 13)

Уже теряя сознание, я вдруг услышал раздавшийся где-то вдалеке тяжелый низкий звук, напоминающий колокольный набат. Двери быстро скользнули в стороны. Туман рассеялся. Выползая из «душевой», я жадно, как рыба, глотал воздух, выплевывая осевшие на языке крупицы очистителя.

Впереди извивался и скручивался темный узкий коридор, похожий на кишку реликтовой рептилии. Я полз по плывущему пространству, цепляясь за перекошенные стены. Меня рвало. Со лба стекали крупные капли пота. Тело трясло. Я слышал, как стучат зубы и тяжело бьется сердце. Одежда с кнопкой вызова лежала в кабине, и мне ничего не оставалась, как ползти – настойчиво и из последних сил, словно побитая собака – к безопасному месту, где я мог бы отлежаться и зализать раны.

Наконец, я уперся плечом в дверь. Не глядя, ткнул пальцем в тач-скрин и…

Я большой белый медведь. Хочется спать. Зарываюсь в груду пластикового снега. Мне нужно спрятаться от бушующей снаружи вьюги из белого порошкообразного вещества…

***

Мой взгляд сразу приковала напряженно застывшая фигура Ребекки, симметрично вписанная в прямоугольную раму проема.

Ребекка стояла напротив входа.

Нахмуренные фигурные брови и общий встревоженный вид давали понять, что обсуждался какой-то острый вопрос. Я сделал шаг вперед и встал в проеме. Все были так увлечены беседой, что никто не заметил мое присутствие.

– Как? Как такое возможно?! Бред! Абсурд! – кричала Ребекка, взмахивая руками.

– Наверное, – неуверенно произнесла София, – произошла какая-то ошибка…

– Да, да, ошибка, – задумчиво протянул Эдвард Уилсон.

Он опустил голову и стал поглаживать морщинистый лоб, пытаясь сосредоточиться и уловить что-то от него ускользающее.

Я кашлянул и вошел в отсек.

– Что-то пропустил?

– Опять опоздание! – прорычал Честер Блаттер. – Брукс, почему на этот раз? Никакой дисциплины!

– Неважный у тебя видок… – пробормотала Ребекка, с любопытством оглядывая меня, как пришельца.

Я, действительно, выглядел неважно. Организм еще не оправился от отравления и сопутствующего обезвоживания, поэтому кожа имела неестественный оттенок.

– Тебя не было целые земные сутки! – сказала Джуда. – Где ты пропадал?

– Лежал в одном из технических отсеков. Отравился очищающим средством, и…

– Что?!

– Я был в душе, двери заблокировались, не мог выйти…

Капитан сделал движение, похожее на смачный плевок, и выругался крепкими армейскими выражениями.

– Я тоже заметил что-то неладное! – подхватил Бар. – Когда проверял аптечки, на складе моргнул свет. Этого же не должно происходить, да? Перебои в электроснабжение чем-то, вероятно, вызваны…

– Ну, вооот, – обреченно развел руками Спенсер МакДауэл, сидевший на стуле нога на ногу. – Еще не успели высадиться, а уже… То одно, то другое. Видимо, не судьба. Придется возвращаться.

– А что? – спросил я. – Еще что-то случилось?

– Увы… Уничтожена бóльшая часть провизии, – Джуда рассеянно смахнула со лба непослушную прядь огненно-рыжих волос. – Нам не хватит еды, чтобы проделать намеченный путь. Придется возвращаться.

– Что?! Как такое возможно?!

Я не мог поверить. Миссия, еще не начавшись, уже была обречена на провал.

– Вот и я о том же, – вздохнула Ребекка, усевшись на стол. Честер неодобрительно взглянул на нее, презрительно скривив губы, но ничего не произнес.

– Кто-то, – тихо проговорил Эдвард Уилсон, – несколькими нажатиями отправил половину провизии в утиль.

– Нелепая случайность! – с нескрываемой досадой в голосе крикнул Стенли Холт, хлопнув ладонью по столу. – Нелепая, глупая случайность, погубившая всю экспедицию!!!

– Вот, какая штука… – пробормотал Уилсон, скрестив на груди руки, – это не так просто сделать, как кажется. Мне кажется, кто-то сделал это специально. Намеренно. Я почти в этом уверен.

– Нужно выяснить, кто это сделал! – гаркнул капитан.

– А как? – бросила Ребекка. – Допрос бесполезен, никто не сознается. Обыск тоже не поможет. Что будем искать? Гаечный ключ? Отвертку? Молоток? – при каждом слове она эмоционально взмахивала руками. – Систему взламывает не сила, а мозги!

– Да, обыск не поможет, – подтвердил Уилсон. – Как и допрос. Если бы это было так просто… Мы можем лишь догадываться, кто это сделал. Увы. Но у меня, честно говоря, нет даже догадок.

В отсеке повисла тишина.

– Или определить, – спустя минуту общего молчания произнес Спенсер. Он наклонил голову набок и сощурил один глаз. – Эдвард, посмотри в истории операций, когда был осуществлен последний вход в глобальную систему безопасности. Надо проанализировать последние события в протоколе. Думаю, попадется что-нибудь, выбивающееся из общего алгоритма. Нам нужно знать время, когда такой доступ был осуществлен. Это и будет ключом.

– А, что, хорошая идея! – оживленно поддержал идею Честер.

– Уже сделал. Есть нечто похожее на несанкционированный доступ, но я не уверен…

– И все-таки?

– Если предположения верны, попытка взлома была осуществлена сутки назад в одиннадцать часов двадцать три минуты по столичному, – Уилсон опустил глаза и поджал губы. – С меня можно снять любые подозрения, – он энергично развел руками. – Помимо того, что это мерзко, подло, опасно! Помимо всего этого, просматривается крайне алогичная последовательность действий. Человек действовал, явно, наобум. Спешил. Перебирал несколько вариантов. Поэтому я даже не уверен, то ли это на самом деле, о чем я думаю…

Спенсер увлеченно рассматривал свои ногти, отведя руку в сторону, а затем, переведя взгляд на Эдварда, наконец решился задать тому вопрос:

– Тем не менее где вы были в это время?

Уилсон от удивления раскрыл рот. Ученый хотел было возмутиться, сказать что-то крайне нелицеприятное, но, передумав, пробормотал:

– Был в лаборатории. Этого достаточно?

– Чем именно вы там занимались? И кто может подтвердить? – не унимался МакДауэл.

– Изучал влияние невесомости на развитии сенполии! – Уилсон на мгновение повысил тон, но вскоре вновь перешел к обычной для него манере речи – сбивчивой и беглой. – Почти все свободное время сейчас провожу там, в лаборатории. Где мне еще быть?!

– Кто может это подтвердить?

– Никто… Хотя подождите. Я менял режим работы гравитанта, чтобы создать в лаборатории условия микрогравитации, и после работы каждый раз сбрасывал доп. настройки. Посмотрите в списке операций. Время должно совпадать.

– Допустим… – задумчиво произнес Спенсер, переведя взгляд на остальных членов экипажа. – Кто следующий?

Никто не ответил. Сама процедура «дознания» казалась крайне унизительной.

– Может быть, ты? – вырвалось у Ребекки.

– Хорошо, – охотно отозвался Спенсер, энергично кивнув головой. – В это время я был в научном центре. Это могут подтвердить Стенли, Джуда, София и ты, Ребекка. Думаю, я вне подозрений, как, впрочем, и все перечисленные мной люди. Хотя… Есть один ученый, к которому я мог бы задать пару вопросов.

Все нервно переглянулись. Напряжение в воздухе нарастало с космической скоростью. А дурацкие игры МакДауэла еще больше накаляли и так готовую вспыхнуть в любое мгновение обстановку.

– Ничего не хочешь нам сказать?

– Я? – рыжеволосая девушка в недоумении указала на себя пальцем. – Нет. Я все время была с вами, вы же сами…

– Ты выходила.

– Разве? – Джуда беспомощно взглянула на Софию, ища в той поддержку. – Я не помню. Хотя кажется, да, выходила. Но я по своим делам.

– По каким «своим делам»? – спросил Спенсер, слегка поддавшись вперед, как ищейка, напавшая на верный след. – На станции не может быть «своих» дел!

– По своим, – повторила Джуда, переступив с ноги на ногу и пожав плечами. – Почему я должна? Это личное.

– Да в туалет человек отошел, что ты пристал?! – не выдержала Ребекка. – Еще подробности нужны?

– Нет, спасибо, – раздраженно и несколько брезгливо ответил Спенсер. – Но в любом случае никто не может это подтвердить!

– Я могу! Примерно в это же время я проверял комплектность аптечек, и мне, действительно, встретилась Джуда, – вмешался Бар. – Она шла к главному модулю в сторону санузла. Собственно, она единственный человек, кто может подтвердить мое местонахождение, как и я – ее.

– Ты доподлинно не видел, вошла она туда или нет?

– Нет. Зачем мне было следить за ней? Мы обменялись несколькими словами, и…