Василий Лазарев – Закат 1 (страница 36)

— Ты запомнил? — улыбнулась Наташа.

— Что я, по-твоему, рыбка гуппи, кое-что помню. Представляешь, если во дворце бракосочетания предложить молодым провести ночь в бункере посреди радиоактивной пустыни? — засмеялся Мамонт и лёг на подушку с красной звездой.

— Звезда на подушке как нимб у тебя, — сказала Наташа, раздевшись и быстро нырнула под одеяло. Хотя их было два, но она прижалась к нему накрывшись одним. — Пододеяльник хоть пожалели, обычный вроде.

— Ага, в ромашках, — Мамонт обнял жену прижавшись к ней плотнее. Хотелось просто полежать. Поболтать. Наташа хотела того же и запустила пальцы в волосы на его груди.

— Серёг, как ты думаешь долго, мы проживём? — прошептала она.

— Ну чего ты нагнетаешь? Живи и радуйся. Можно подумать ты в том мире знала сколько проживёшь?

— Там я не задумывалась на этим. Мне казалось жизнь вечна и полна шампанского и чёрной икры.

— Хоть кто-то пожил в своё удовольствие, — вздохнул Мамонт. — Я сейчас думаю, а зачем всё это было надо? Погоны, ракеты, автоматы. Чего не жилось просто так. Почему человек всегда хочет большего, чем сможет съесть? Новые территории, больше денег, больше всего. Редко у кого ограничители стоят.

— Ты меня спрашиваешь? Я не знаю, милый. Но точно знаю, что я безумно рада, что встретила тебя.

— Да? — воскликнула Мамонт. — А кто меня хамом называл?

— А ты? Чего не мог сказать бухали вы на Новый год или нет? Кстати, сейчас хоть скажи.

— Бухали, но только те, кто сменился. Не стоит бокал шампанского десяти лет лагерей, понимаешь? Именно столько ты мог получить на утро, если засекут в рабочей зоне и с запахом. Мы не автомастерской всё же работали.

— Ну это да. И всё равно никогда бы не подумала, что среди ваших есть нормальные люди…

— Я тебе сегодня говорил? — Мамонт повернулся к Наташе.

— Чего?

— Что люблю тебя больше жизни, милая? — он обнял её ещё крепче.

— Не помню, — девушка млела в объятиях и прикидывалась улыбаясь.

— Я тебя люблю, Наташка!

— А я тебя, Серёга. Сколько…, — её перебил загробный голос из гостиной.

— Времени больше не будет…, — Раздался громкий голос в гостиной сквозь шипение радиоволн. Мамонт ощутил, как по его спине пробежали мурашки. Наташа дёрнулась и сильнее прижалась к Мамонту.

— Погоди, милая, — Мамонт вытащил пистолет из-под подушки и прошёл в гостиную. Никого и только зелёным светом мерцает шкала радиоприёмника, настроенного на УВБ-76. Мамонт выдохнул и опустил пистолет. Клёнов, наверное, забыл выключить, подумал Мамонт и потянул за шнур питания и с удивлением заметил, что вилка лежит на столе, а приёмник тем не менее работает. В третий раз за день Мамонт ощутил, как его волосы встают дыбом. В голове мелькнула мысль побриться на лысо…

Глава 19

После такого откровения радиоприёмника Мамонт не мог уснуть до самого утра пытаясь понять, что бы значило «времени больше не будет». Наташа уставшая и довольная посапывала рядом на красной подушке с золотой звездой. Она улыбалась во сне, Мамонт смотрел на неё с завистью. После бурной брачной ночи она уснула, совершенно не забивая себе голову «сумасшедшим приёмником» как она выразилась. Мамонт смотрел и завидовал такому свойству засыпать, едва коснувшись головой подушки. Сам же он спал очень чутко и просыпался от любого шороха. Вот и сейчас он лежал и думал. Ещё эти цифры… Если во всём остальном радиостанция несла бред, то цифры у неё вышли весьма осмысленные и очень похожи на координаты. С этим проще, решил Сергей. Достаточно посмотреть карту и станет понятно, где это.

И всё-таки, что она хотела этим сказать? Вышло то очень даже осознанно. Мамонт припомнил откуда это высказывание. Как говорится запретный плод сладок, и он прочитал Библию ещё до армии, благо мать хранила один затёртый экземпляр, оставшийся от деда прошедшего всю войну до Берлина. Высказывание появляется в Апокалипсисе в самом конце, когда объясняется какой будет новый мир. Тот куда должны попасть души людей. Но что значит, времени не будет? А что будет? Однажды у них зашёл разговор с одним старичком-учёным о ракетах и возможности передвигаться в космосе. Он предложил Мамонту представить, что некто находится в пространстве, где нет пола, потолка, стен. Нет ограничений, к которым все привыкли с рождения. И тогда Мамонта завис надолго, так и не осознав до конца тот факт, что есть бесконечность. Не будет времени, как раз из такой же области. Мамонт беспокойно ворочался не в силах уснуть почти до пяти утра, но потом всё же провалился в тёмный колодец Морфея.

Проснулся он от восхитительного запаха омлета. Открыв глаза, Мамонт не поверил, посчитав запах галлюцинацией. Однако принюхавшись парень понял, что не ошибся. На кухне кто-то готовил завтрак. Кто-то! Ха, ха, он же женат. Значит это его жена, здесь без вариантов, если только сам генерал-полковник не вернулся в бункер. Быстро одевшись, он тихо прокрался на кухню и замер в дверях увидев Наташу, единственным одеянием которой составлял фартук. Он не удержался и подкрался к ней сзади и шлёпнул её по аппетитной заднице. Обнял и нежно поцеловал в шею.

— Я слышала, как ты «крадёшься», — ехидно сообщила Стерва.

— Я и не прятался, просто шёл на запах, но тут увидел такое! Может отложим на время? — он погладил её по округлой попке.

— Нет, нет. Я почти закончила, у меня слюни текут. Мы толком и не поели вчера. Ты же не хочешь, чтобы я на середине нашей встречи упала в обморок. Что потом люди скажут?

— Затрахал жену до голодного обморока. Так и скажут, — засмеялся Мамонт.

— Мужлан!

— Откуда ты достала яйца?

— Порошок яичный, Кроха вчера принесла. Молоко, пастеризованное в специальной упаковке, долго хранится. Кофе, гранулированный, бразильский. Хлеб, масло, джем, — Наташа поставила перед ним тарелку.

— Царский завтрак! — облизнулся Мамонт. — Даже подумать не мог, что ты и вдруг готовишь.

— Готовить я умею, меня же прочили в зарубежную резидентуру. А там надо уметь готовить.

— Медовая ловушка? — помрачнел Мамонт.

— До этого дело не дошло, потому что папаня послал их всех на хер. И сказал, что я сама выберу кем мне становится. Это всё мать, она решила меня по своим стопам провести. Сама она тоже этим не занималась, поскольку вышла замуж. Но вот решила поделиться опытом, так сказать. Мне же просто хотелось уехать в Штаты подальше из СССР. Маман мне постоянно свистела в уши, что надо выходить замуж за иностранца, подальше от всего это ужаса. Дальше только хуже будет.

— Всем хотелось уехать в Штаты, но не у всех получалось, — Мамонт ухмыльнулся, вспомнив свою прошлую работу. — А я мечтал стать разведчиком-нелегалом. И похоже, что наши с тобой, красавица мечты сбылись. Мы можно сказать работаем нелегалами. Свою часть ты уже выполнил, поймав меня. Теперь дело за мной. Найти место жизни.

— Ой, бля! Моисей нашёлся, — заржала Наташа. — Решил нас сорок лет по пустыне водить?

— Может и пораньше, — Мамонт налегал на омлет нахваливая хозяйку. — Очень вкусно получилось. В натуре. — Сказал он с набитым ртом.

— Спасибо. Придётся из тебя делать человека.

— Это не больно?

— Нет, ты даже не заметишь, как станешь ручным, — хищно улыбнулась Наташа. — И никуда не денешься.

— У меня здесь мысль одна мозг озарила, — прожевал Мамонт. — Что, если нам по окрестностям прогуляться пока вездеход чинят?

— Вдвоём? — ужаснулась Наташа и плаксиво добавила. — Я тебе уже надоела?

— Нет, ну что ты. Кроху с Валерой возьмём. Лиду неплохо ещё прихватить, мне понравилось, как она с партизанами разобралась. Клёнов пусть командует с Федотовым. Как тебе?

— Ого, командующий базой советуется с молодой женой? — подмигнула ему Стерва.

— Почему бы и нет. Кстати, я полночи не мог уснуть, всё думал, что бы значило «времени больше не будет»? Не знаешь, часом?

— Знаю, — она налила Мамонту кофе в стакан с подстаканником. — У меня знакомый один в реанимации работает. Ну, то есть работал и рассказывал об одном интересном случае. Человека сбил грузовик, поломал, конечно, сильно и ко всему прочему, когда приехала реанимация у него остановилось сердце. Два раза он уходил, два раза его возвращали на этот свет. Как раз на тот случай выезжал мой врач. Пациент выжил и пришёл благодарить его. Он сказал, что видел, как мой знакомый боролся за его жизнь. Он как бы со стороны смотрел, а потом его наверх потащило. Там куда прибыл пациент, его ждал покой и радость. Но он безмерно благодарен, что врач вернул его назад. У него только ребёнок родился, и он не знает как бы жена одна подняла его. Так вот он ещё сказал, что наверху нет материальных объектов и соответственно времени нет! Нечему стареть, нет хода времени, нет смена дня и ночи и так далее. Там постоянная благодать. И возвращаться, честно говоря, пациент не очень хотел, но тот, кто его принимал «настоятельно» рекомендовал вернуться и закончить свои дела на Земле. Всякому плоду свой срок. — Наташа потянула за тесёмку, и фартук упал на пол.

— А теперь десерт, милый…, — Наташа встала, сделала два шага и уселась на колени Мамонта.

Вышли часа через четыре. Уже не торопились, потому как короткий день кончился. Зато на улице прекратился снег. Клёнов за это время смастерил всем широкие лыжи из тонких титановых листов, найденных на складе. Вырезал овальные заготовки и через отверстия продел кожаные ремни. Получились импровизированные снегоступы, в которых можно было преодолевать глубокий снег не проваливаясь, и при этом значительно экономя силы. С собой взяли сухой паёк из расчёта на двое суток. Проработав примерный маршрут, Клёнов выпустил всех наверх отведя вездеход вниз, в ремонтную мастерскую.