Василий Лазарев – Закат 1 (страница 37)

Ворота выпустили пятерых разведчиков, артефакты брать с собой не стали. Мороз тут же взялся за дело, но арктические комбинезоны и толстые сапоги ему оказались не по зубам. Закупорившись по самые брови и обвязавшись верёвкой, группа двинулась вперёд, обходя скалу справа. Первой шла Кроха, за ней Кощей, третьей Лида. Позади неё крутила задницей Наташа перед глазами Мамонта, мешая ему сосредоточиться и следить за тылом. Но за её тылом он следил не отрываясь. Комбинезоны с арктической маскировочной окраской практически с двадцати шагов сливались с окружающей местностью. Из оружия группа ограничилась автоматами АКСу, как более лёгким вариантом. У каждого имелось по четыре запасных магазина в разгрузке и по четыре гранаты Ф-1. Ножи, пистолеты. Бронежилеты брать не стали, лёгких на складах базы не нашлось, а тащить на себя двенадцатикилограммовый сочли ненужным. Всё это было от людей, от вурдалаков и тем более партизан никакой бронежилет не спасёт.

Мамонт нашёл бинокль с ночным видением, полностью зарядив его Батарейкой. Также имелись обычные, а у каждого по коротковолновой рации. Ко всему прочему Мамонт настоял, чтобы каждый из группы взял ракетницу с красным и зелёным сигналом. Сам прихватил ещё и дымы. На глаза партизанам и прочим агрессивным проявлениям нового мира попадаться на глаза не спешили. В крайнем случае придётся надеяться только на свои способности, автомат мало поможет при подобной стычке. Шли медленно, хотя снегоступы хорошо держали на покрывшемся ледяной коркой снегу. Прислушивались, старались не болтать. Таким образом преодолели шесть километров за два часа. Здесь Мамонт сделал привал. Дальше должны были осмотреть долину по оговоренному заранее маршруту и вернуться назад. Мамонт учитывал, что компаса у них нет и он всё равно здесь не работает. На пути следования ставили вешки, делали зарубки на стволах деревьев.

Горячий кофе в термосе взбодрил их, а деликатесы, что наштамповал Кощей на Репликаторе, придали силы. Мамонт внимательно осматривал округу через бинокль с блоком ночного видения. Армейский с батареей. Изображение в нём имело зелёный свет, но через него можно было различить объект почти в полной темноте. Звёзд и Луны не видно, других источников света нет. Серое безжизненное покрывало перед ними простирающиеся до самого горизонта. Мамонт медленно осматривал слева направо и вдруг заметил мерцание на снегу. Оно было похоже на кляксу, растёкшуюся по белому листу бумаги, точное зелёному.

— Кроха, посмотри в бинокль вон туда, — Мамонт указал направление. — Что видишь?

— Красную аномалию, а ты что засёк её? — удивилась девушка. — Она достаточно свежая, по ней пробегают волны. Прямо как там, где сгорели урки.

— Почему думаешь, что свежая? — спросила Наташа.

— Когда аномалия появляется, как и любые другие, она как бы живёт. Клякса волнуется, постоянно меняя свои формы. Идёт волнами, выплескивается в стороны щупальцами. И чем старше она становится, то растекается как ковёр и не двигается. В самом конце своего цикла аномалия начинает сжиматься как шагреневая кожа, — Кроха помогала себе руками показывая какие причудливые формы может принимать аномалия.

— Ого, ты Бальзака читала? — удивилась Наташа.

— Кому-то надо читать, мы в Урюпинске читаем, — улыбнулась Кроха. — А у вас в Москве библиотеки есть?

— Запомнила, — рассмеялась Наташа. — Я не со зла.

— Я тоже. Так как ты засёк красную, Мамонт?

— В этот прибор видно её как кляксу. В нём правда она зелёная, — Мамонт постучал по корпусу бинокля ночного видения.

— Дай-ка глянуть, — Кощей прильнул к окулярам. — В самом деле. А ты, Кроха цвета различаешь?

— Представь себе, дальтоник, — едко ответила Дюймовочка.

— На поле ещё какие-то тени появились, — сказал Кощей. — Плохо видно.

— Ложись, это партизаны, — прошептала Кроха, взяв свой бинокль. Не раздумывая все упали в снег, кто где стоял. Мамонт отобрал обратно бинокль и наблюдал за идущими цепью пятью партизанами. Казалось бы, всего пятеро, но с их оружием это была грозная сила. И лучше с ними не связываться. Оно неумолимо шагали в направлении красной аномалии и вскоре зашли в неё. Однако с партизанами ничего не случилось! Они не сгорели, аномалия вообще на них никак не отреагировала.

— Чего они там ищут? — проворчала Лида.

— Известно, что, артефакты, — прошептал Кощей.

— Откуда они там, — фыркнула Лида и удостоилась взгляда сразу двух дамочек.

— Им, наверное, лучше знать, как думаешь? — тихо сказала Кроха.

— Они только этим и занимаются, что собирают артефакты, — добавила Наташа.

— Для кого? — изумилась Лида.

— А ты сходи, спроси, — не выдержала Кроха и прибавила одними губами, но Наташа рассмотрела «овца тупая».

— Да иди ты. Я серьёзно спрашиваю, — возмутилась Лида.

— Я тебе серьёзно отвечаю. Мамонт, что они тебе сказали? — прошипела Кроха.

— Отдай артефакт или я убью тебя. Но мне показалось, что он всё же сказал отдай артефакт и я тебя убью, — Мамонт, улыбаясь имитировал их монотонную речь.

— Если бы не отдал? — у Лиды вытянулось лицо. — То не убил бы?

— Сегодня не твой день, Лида, — Наташа сочувственно взглянула на неё.

— Хватит вам трепаться, смотрите! Они вроде нашли что-то, — Кощей застыл с открытым ртом. Партизаны стояли и смотрели, как один из них роет снег как собака, откидывая его между ног.

— Как долбанный экскаватор роет. Получается, что артефакты залегают в аномалиях? — Кроха кусала губы от злости. — Нам туда ход заказан, сука! Мамонт! Нам надо их обезжирить!

— Чего? — Мамонт решил, что ослышался.

— Того, эти черти нашли наш артефакт! — возмутилась Кроха.

— Но их пятеро, — чуть не падая в обморок прошипел Кощей.

— Ты, дохлый, лечить нас будешь. В бой не пойдёшь, — успокоила его Кроха.

— Можно подумать ты пойдёшь? Их ты в аномалию не заведёшь, да и по фигу она им.

— Тише! Глядите! — партизан нырнул в выкопанную яму почти целиком и что-то вынул оттуда. На поле ярко засветились два огромных рубина. Их красные лучи устремились высоко вверх в свинцовое небо. У всей группы перехватило дыхание от такого зрелища. Мамонт не мог отвести глаз от двух столбов света. Они переливались и играли внутри прозрачной оболочки. Казалось, что снизу вверх по этим столбам поднимаются более светлые потоки. Выглядело очень похоже, если вылить чернила в воду. Вихрь потоков различных оттенков красного поднимался выше и исчезал на высоте пяти метров. Партизаны также любовались зрелищем или может застыли, внимая воздействию артефакта, этого Мамонт не знал. Но через несколько секунд свет погас, и артефакты спрятал под телогрейку один из партизан. Мамонт запомнил его, у него одного, из шапки болталась на ветру завязка.

— Ну всё, — расстроенно прошептала Кроха. — Слямзил, скотина безрогая! Артефакт из самой красной аномалии, Мамонт. Ты представь только, нам же никогда до него не добраться. Неужели ты дашь ему уйти?

— Слушай, Кроха, я всё понимаю, но их реально до хрена. Как ты себе это представляешь? Они нас даже на дистанцию наших способностей не подпустят. Порубят очередями в капусту. Хочешь стать капустой?

— Может проследим за ними? Вдруг они разделятся или ещё что-то? Я запомнила того, кто несёт артефакты.

— Кроха, ты меня вдовой решила сделать? Мы троих сможем убить в лучшем случае, остальные двое расстреляют нас как в тире. И как, ты планируешь к ним подобраться, — со злостью сказала Наташа.

— Подождём, ай, сука. Я не могу. Я чокнусь здесь, — запричитала Кроха. Пятеро партизан собирались идти дальше, когда из-под снега показались тонкие чёрные жгуты. Они хватали партизан за ноги и за руки, обвивали тело и тащили под снег.

— Кто это, — Кощей протирал очки, но в полутьме такое вряд ли разглядишь.

— Мамонт! Это наш шанс, партизан с артефактом убегает! — прошипела Кроха, теребя его за рукав.

— Не вижу!

— Ну смори тогда! — Кроха зарядила зелёную ракету и выстрелила вверх. Она взлетела метров на сто и повисла на парашюте плавно качаясь и заливая всё под собой зеленоватым свечением. И все тут уже увидели разыгравшуюся драму на снежном поле. Партизан с артефактом встал на четвереньки отрастив длинные лапы в валенках. Руки у него тоже заметно увеличились в длину, а ладони превратились в перепончатые ласты как у утки. Ими он отталкивался от снега помогая себе ногами и развил приличную скорость драпая от чёрных жгутов, высоко взметнувшихся над снежной равниной. Остальные четверо видоизменялись, отращивая вместо рук что-то похожее на лезвие косы и старались отрубить жгут. Одному из партизан удалось освободиться, и он приготовился бежать, не обращая внимания на остальных. Он уже сделал несколько больших шагов в сторону и даже достал свой автомат, как из-под снега в его сторону выстрелили десяток жгутов. Одни вырвали оружие, другие спеленали по рукам и ногам как троих его коллег. Те даже пошевелиться не могли и тупо глазели на происходящее. Щупальце медленно подтянули четвёртого к остальным. На пятого партизана с артефактом они уже не обратили внимание. Он развил приличную скорость и по широкой дуге, как ни странно, бежал в сторону притаившихся людей.

В этот момент в районе красной аномалии возник сугроб, выросший в приличных размеров холм. А потом и вовсе снег осыпался, явив всем безобразную морду пепельного цвета весьма похожую на жабью. Она вылезала из снега и наконец показалась во всём своём великолепии. Плоская жабья голова переходила в грушевидное тело, из которого торчало бессчётное количество тонких чёрных жгутов. Они шевелились вокруг неё как змеи на голове медузы Горгоны. Часть из них крепко держала партизан. Они как показалось Мамонту вообще потеряли интерес к происходящему и индифферентно взирали на бардак вокруг них. Жаба без проволочек открыла трёхметровую пасть и сразу закинула туда партизан одного за другим. Затем застыла, было видно, как они упали в желудок судя по сокращениям тела. Посидев так минуту, она начала копать под собой снег зарываясь. Всё это время Мамонт и остальные старались не дышать, дабы не привлечь к себе внимания столь грозного чудовища. И вздохнули только когда она скрылась из глаз. Примерно в этот же момент пятый партизан с артефактом также принял свои человеческие очертания и продолжил путь в одиночестве.