Василий Криптонов – Короли вкуса (страница 31)

— А что? — насторожился Загорцев.

— Может, встретимся?

— Зачем?

— Ну… Не знаю. Мне кажется, компания тебе не помешает. Да и мне как-то паршиво…

Загорцев вспомнил. И понял.

— Я в гостинице.

— Вот как. Домой не уехал?

— Нет, пока не могу.

— Ясно. — Вздох. — Ну, может, оно и к лучшему. Слушай… Удобно, если я?..

— Да, конечно! О чем разговор.

Он сообщил адрес — на тумбочке у кровати лежала визитная карточка гостиницы — и сказал «до встречи». Потом позвонил на ресепшен и предупредил, что к нему скоро придут. Потом спохватился, что сидит в трусах. Потом обнаружил, что надеть ему нечего, кроме той одежды, в которой потел почти трое суток и только час назад сообразил выстирать. Вещи, разумеется, еще не высохли.

Черт… Да и ладно, наплевать. Если интуиция его не подводит, одежда очень быстро перестанет иметь значение. А в ванной висит халат. Лучше, чем ничего.

Завязывая пояс халата, Загорцев окинул хозяйским взглядом комнату. И вдруг глаз за что-то зацепился.

Загорцев прищурился. Переставил стул, встал на него и потянулся к краю карниза, на котором висели шторы. Покачнулся, попытался опереться о стену, но рука ушла в пустоту.

Сердце сжалось, адреналин выплеснулся в кровь. Загорцев вскрикнул, замахал руками и схватился за штору.

— Дерьмо, — прошептал дрожащим голосом.

И какой дурак делает окна такими огромными?! Чуть не вывалился с восьмого этажа.

Переведя дух, Загорцев вновь нашел взглядом озадачивший его предмет. Схватил.

— Серьезно? — спросил, глядя в равнодушный глазок портативной беспроводной камеры. — Ты не переборщил с безопасностью, а? Господин Бурлаков.

Камера со стуком упала в ящик тумбочки.

³⁵

Вероника стояла перед металлической дверью подъезда, закрытой на кодовый замок, и делала вид, что разговаривает по телефону. Зайдет в подъезд — связь прервется, обычное дело. Ей не в новинку было врываться в жилища незнакомых людей, с Тимофеем работала не первый год. И давно усвоила, что звонок в дверь гораздо предпочтительнее звонка в домофон. Звонок в дверь настораживает меньше. Вероятно, срабатывает понимание, что в подъезд звонящий каким-то образом уже попал — стало быть, некое призрачное право на то, чтобы трезвонить, имеет. Ну и приятная внешность Вероники играла ей в плюс. Все-таки миловидная девушка — не гопник из подворотни. Впускать такую в квартиру не страшно.

Долго ждать не пришлось — к подъезду подошел мужчина средних лет, ведущий на поводке собаку.

— Ну все, пока, — заторопилась в трубку Вероника. — Я уже у подъезда стою.

Дождалась, пока мужчина приложит к замку ключ, и скользнула вслед за ним.

— Какая миленькая, — похвалила собаку, проходя мимо мужчины к лестнице.

Мужчина расплылся в довольной улыбке. Красноглазый бультерьер у его ног закатился в истерическом лае и уронил с намордника слюну.

Вероника поднялась на пятый этаж. Огляделась. И решительно направилась к нужной квартире.

Надавила кнопку звонка. Думала почему-то, что придется ждать, но за дверью почти сразу послышались торопливые шаги.

Вопрос «Кто там?» не задавали. Дверь распахнулась.

— Ой, как ты быстро… — Хозяйка квартиры не договорила.

Они с Вероникой уставились друг на друга, вылупив глаза. И одновременно произнесли:

— Ты?!

— А кого ты ждала? — Вероника нашлась быстрее.

Агния почему-то покраснела. И пробормотала:

— Никого… — Но тоже взяла себя в руки. — Не припомню, чтобы приглашала тебя в гости.

Вероника кивнула:

— Я без приглашения, уж прости. Можно войти?

— Нет, — отрезала Агния. Плотнее запахнула на груди небесно-голубой шелковый халатик, расписанный райскими птицами. — У меня жуткий бардак. И мне сейчас некогда, я уже ухожу. Чего ты хочешь?

— Поговорить. — Теперь уж Вероника уверилась, что попасть в квартиру ей просто необходимо. — Мы можем, конечно, и тут постоять. Мне-то от твоих соседей скрывать нечего…

— Мне тоже! — почти взвизгнула Агния.

— Да? — Вероника пронзила ее холодным Тишиным взглядом. — То есть мука с гордым названием «манитоба» пришла на шоу сама?

Агния побледнела. Помедлила. И отступила с порога в глубь квартиры.

— Заходи. — Выглянув зачем-то на лестничную площадку, захлопнула дверь. — Ну? — обратилась к Веронике. — Показывай. Удостоверение или что там у тебя. Ты ведь из полиции, да? Этот кретин Вован вечно в какое-то дерьмо вляпывается…

— Нет. — Вероника покачала головой. — Я не из полиции. И я хочу тебе помочь. Если, конечно, Ильичева отравила не ты.

— Конечно, не я! — Голос Агнии снова сорвался на визг. — Как бы я это сделала? Я не участник шоу! Я от их сраной кухни вообще старалась держаться подальше. Туда только зайди — за две минуты одежда так провоняет, что на улицу выходить стыдно. Все, что я сделала, — принесла эту долбаную муку.

— В которую подсыпали яд, — подсказала Вероника.

Она не спускала глаз с Агнии. И готова была поклясться, что вздрогнула та совершенно искренне. Пробормотала:

— В муку? Яд?

— Ага. Понимаешь, да, кто теперь запросто может стать главным подозреваемым?

Глаза Агнии наполнились ужасом. Лицо побледнело.

— Это не мы… то есть не я! — Она заломила руки. — Честное слово! Я ничего никуда не подсыпала, клянусь! Я… Да я понятия не имею, где вообще берут яд! Не в магазине же по акции! И для чего мне было травить Ильичева? Он мне ничего плохого не делал. Я с ним даже почти не разговаривала. Он меня от других ассистентов и не отличал, наверное…

— Угу, — усмехнулась Вероника. — То есть роман у Ильичева был со мной? И это я, на почве ревности…

— Какой еще ревно… — Агния осеклась. Схватилась за лицо. Простонала, со странной смесью злости и облегчения в голосе: — О, господи. Я убью этого кретина!

— А может, хватит уже убийств? — елейным голосом осведомилась Вероника.

— А?.. Что?.. Блин, да я не в том смысле! — Агния заметалась по прихожей. — Я не про то, вообще. Вован — идиот!

— Это я знаю, — кивнула Вероника. — Но уголовному кодексу, видишь ли, все равно, идиот человек или нет. По документам дееспособный — значит, показания дать сумеет.

— Показания? — Агния побледнела еще больше. Всплеснула руками. — Господи, Вероника! Пожалуйста, объясни им, что я ни в чем не виновата. Не было у меня с Ильичевым никакого романа! Это я наврала, чтобы Вована позлить.

— И как? — заинтересовалась Вероника.

— Да никак! Вообще до фонаря. Вместо того чтобы по потолку забегать, как любой нормальный парень, ерунду какую-то понес. Что у Ильичева это не всерьез, что он со мной поиграется и бросит, и так далее в том же духе. Можно подумать, без него не знаю, что такому, как Ильичев, — только попадись! Все-таки не первый день на этой работе, всякого насмотрелась. В общем, у меня с Ильичевым даже близко ничего не было. Чем хочешь поклянусь. Скажешь им, ладно? — Агния с надеждой заглянула Веронике в глаза.

Слов о том, что Вероника не работает в полиции, она, похоже, не услышала.

— Кому ты принесла манитобу? — резко спросила Вероника.

— Загорцеву, — тут же с готовностью отозвалась Агния. — Я же не знала, что он отравит! Понимала, конечно, что он скотина, но чтобы настолько…

— А для чего ты взялась помогать скотине?

Агния поджала губы.