Василий Криптонов – Гамбит (страница 37)

Высмотрел среди бойцов Джиана и махнул рукой, призывая подойти.

Джиан появился, дожёвывая на ходу что-то вкусное.

— Проблемы, босс?

— Пока нет. — Я вытащил бумажник, достал несколько крупных купюр. Приказал: — Езжай в ближайший торговый центр или на рынок, укомплектуй личный состав верхней одеждой. И про себя не забудь. Куртки, желательно непромокаемые, обувь покрепче. И нам нужна ещё одна машина, не на квадрике же господина главу везти.

Джиан пересчитал наличность. Взял у меня бумажник, прибавил к купюрам ещё несколько. Пообещал:

— Чеки принесу. — И решительным шагом направился в сторону выхода.

Мы разместились в прокатных машинах. Колонна получилась серьёзная, но Юн всё равно остался недоволен.

— Надо было ещё одну машину взять, — попенял он Джиану, — для солидности.

— Надо было, — огрызнулся тот. — Знать бы ещё, где! Эту-то еле добыл. Мы, между прочим, не одни такие умные сюда приехали, тут ещё с четырёх кланов народ. И все поломились машины арендовать.

Я понял, что следующей фразой запросто может прозвучать что-то вроде «в следующий раз сам в прокат пойдёшь», и поспешил восстановить субординацию:

— Всё, Джиан. Нашёл — молодец. Поехали.

Мы стартовали. Впереди — один джип, за ним наш, за нами, замыкающим, третий.

На выезде из города догнали похожую колонну. Этим парням с прокатом явно повезло больше, чем Джиану: все три машины были новенькими, навороченными. Если набиты под завязку, их там тоже человек двенадцать, прикинул я. Столько же, сколько и нас. Вероятно, количество боевиков, которым позволялось присутствовать на сходняке, как-то регламентировалось.

— Клан Чэнь, — прокомментировал Юн. — Едут, как приличные люди. Не то что мы.

Джиан за рулём обиженно засопел.

— Откуда ты знаешь, что это Чэнь? — спросил я.

— Узнал их лидера. Вон он, в той машине, что посередине.

Посредине колонны ехал не джип, а настоящий джипище. Колёса — трактор обзавидуется. Возвышался над двумя другими, как наседка над цыплятами.

— Ничего, — утешил я. — Зато у нас лидер моложе и красивее.

Джиан фыркнул. Господин глава клана юмора не оценил и надменно отвернулся.

Мы выбрались из города, набрали хорошую скорость. Шоссе стелилось под колёса — ровное и пока ещё прямое.

— Вон она, — вдруг сказал Юн.

— Кто? — не понял я.

— Байшань. Белая гора.

Я отвлёкся от пристального наблюдения за дорогой — после встречи с красным ниндзей ожидал в любой момент любой подставы — и посмотрел туда, куда он показывал.

Зрелище впечатляло. Огромная гора, увенчанная снежной шапкой, возвышалась над скалистой грядой так гордо и величественно, что хоть честь отдавай.

— Красиво.

— О, да. — Юн откинулся на спинку кресла, — Ты прежде здесь не бывал?

— В горах — нет, — припомнив свою легенду, осторожно ответил я.

— А мне доводилось, отец возил несколько раз. Тут, у подножия Байшань, заповедник и санатории. Воздух целебный, маме и сестре он всегда шёл на пользу.

Дорогу по трассе мы, как и предсказывал Юн, одолели быстро. А дальше началось предгорье. Ещё километров двадцать заметно сузившаяся дорога петляла, а дальше начался уже настоящий серпантин.

Километр-два по прямой, потом резкий, едва ли не на сто восемьдесят градусов, поворот. Еще километр-два, опять поворот. Дорога узкая, иногда попадались встречные машины — не разогнаться. А в поворотах скорость тем более приходилось снижать.

Уши то и дело закладывало, навигатор показывал, что мы поднялись на высоту почти в полторы тысячи метров. Машин навстречу попадалось всё меньше. Я заметил, что в джипе, едущем за нами, открылось окно, и кто-то из бойцов, сидящих сзади, блеванул за борт.

— Воздух, говоришь, целебный, — задумчиво пробормотал я.

— Ага. — Юн бойцовского конфуза не заметил. Он смотрел то на дорогу, то на навигатор — явно считал оставшиеся километры. Господину главе клана не терпелось поскорее приехать и начать вершить великие дела.

Мы поднялись ещё на две сотни метров. Я заметил на скалах островок нерастаявшего снега. Небольшой, в тетрадный лист, но что-то подсказывало, что скоро таких островков будет попадаться всё больше.

Проехали горную деревушку — в отличие от предыдущих, встречавшихся по пути, на удивление сурового вида. Крепкие двухэтажные дома, ощетинившиеся решётками на окнах, и единственное то ли кафе, то ли чаёвня — она же, вероятно, магазин.

Спросить у Юна: «Что за странный посёлок?» я не успел. Сначала увидел, что машина, едущая перед нами, включила стоп-сигналы и остановилась, а потом разглядел, что встали бойцы у шлагбаума. Джиан тоже затормозил.

— Сидеть, — скомандовал по рации я. — Без команды не высовываться.

— Спокойно, Лей. — Юн улыбнулся. Для него шлагбаум явно не стал неожиданностью.

— В чём дело? — резко спросил я.

— Это блокпост.

— Какой ещё блокпост?

— Обыкновенный. В монастырь наше сопровождение не пропустят. Парням придётся остаться здесь. Дальше поедем только мы.

От шлагбаума к нам уже шли двое людей.

Оранжевые ифу с широкими поясами, головы, обритые наголо. Шли они босиком. Судя по непроницаемым выражениям лиц, впивающиеся в стопы мелкие придорожные камушки были последним, что их беспокоило в этой жизни. Машину сопровождения монахи миновали, не задержавшись ни на секунду. Из трёх машин колонны безошибочно выбрали нашу и остановились рядом с ней. Молча, синхронно, спрятали руки в рукава ифу.

— Говорить буду я, — объявил Юн. И взялся за ручку двери.

— Непременно, — согласился я. — Но стоять ты будешь рядом со мной, — и перехватил его руку.

— Лей! — возмутился Юн. — Это обычные монахи! Они ничего мне не сделают.

— Вот именно в этом я и хочу убедиться. Мало тебе было обстрела на дороге? Выйдешь после меня. — И я распахнул дверь.

Глава 28. Монастырь ледяных гор

Выйдя на дорогу и быстро оглядевшись по сторонам, я почтительно склонил голову:

— Прошу, господин глава клана.

Мои слова и подчёркнуто уважительная поза, видимо, немного утешили Юна. Он выбрался из машины уже с правильным выражением лица — спокойным и уверенным. Таким, как будто шестнадцатилетние пацаны у кланового руля — обычное дело, а сам он принял на себя управление кланом раньше, чем избавился от памперсов.

— Приветствую уважаемых служителей Монастыря Ледяных Гор.

Юн сложил руки в традиционном жесте, которым ученику полагалось встречать учителя. Я повторил его жест.

— Господин Юн Чжоу? — низким, сипловатым голосом осведомился один из монахов.

— Совершенно верно.

Монахи синхронно поклонились:

— Рады приветствовать вас. Следуйте за нами, — и явно собрались уходить.

Юн остановил их взмахом руки:

— Я не один. Со мной телохранитель и шофёр.

Тот монах, что говорил, посмотрел на меня.

— Господин Лей Ченг?

Я поклонился.