Василий Криптонов – Ближний Круг (страница 16)

А из кармана я вытащил жемчужину. Тьма в ней снова пришла в движение. Её сделалось больше.

— Так я и думал, — прохрипел учитель, подойдя ко мне; он, морщась, потирал область солнечного сплетения, куда пришёлся удар. — Понадобится особый подход. Собирайтесь, ваше сиятельство. Прокатимся в одно место.

Глава 8

Природа магии

Для занятий с учителем я оделся в костюм, который принесла Китти — должно быть, по распоряжению деда. Удобные, не сковывающие движений штаны и куртку из какого-то эластичного материала. Тёмно-синие, с белыми вставками. Я едва удержался от комментария — если бы обнаружил этот костюм в гардеробной вчера, наряжаться Фантомасом не пришлось бы.

А для того, чтобы отправиться в поездку, костюм следовало сменить на «светскую», как выразился учитель, одежду. Я успел принять душ и уже застёгивал рубашку, когда в дверь постучали.

— Открыто, — бросил я. Китти научился определять по стуку.

Девушка порхнула в дверь. Затараторила:

— Выше сиятельство, Кстатин Алексаныч! Ихнее сиятельство срочно требуют вас к себе!

— Ихнее сиятельство — это дед? — уточнил я.

— Григорий Михалыч, да-да! Срочно требуют.

Угу. Стало быть, мой сюрприз обнаружен.

— Спасибо. Иду.

В коридоре я столкнулся с Ниной.

— Доброе утро, Костя. Ты не знаешь, что случилось? — Девушка выглядела встревоженной, хоть и старалась держать себя в руках.

Я покачал головой:

— Доброе утро. Не имею ни малейшего представления.

— Господи, только бы ничего плохого! — Нина перекрестилась.

Я приобнял её за плечи.

— Уверен, что всё в порядке. Не волнуйся.

Дед встретил нас на пороге кабинета.

— Заходите.

Впустив, плотно закрыл дверь.

— Смотрите.

Он сдёрнул с горы, лежащей на столе, тонкую скатерть. Ничего нового я не увидел, за прошедшие несколько часов гора не изменилась.

Нина ахнула. Всплеснула руками.

— О, Боже… Дядюшка! Тебе удалось раздобыть деньги? Но как?

— Это лежало у меня на столе, — сказал дед. И посмотрел на меня.

Я пожал плечами.

— Правильно понимаю, что на ближайшее время наши финансовые проблемы решены?

— Судя по количеству — весьма вероятно. — Дед не отводил от меня взгляда. — Но сей факт не отменяет вопрос, откуда взялась эта гора у меня на столе?

— Ты хочешь сказать… — удивилась Нина.

— Я понятия не имею, как сюда попали эти деньги, — кивнул дед. — Кабинет был заперт. Охранный магический контур цел. Его никто не нарушал.

О, чёрт… Тут, оказывается, есть ещё и магическая защита. Дед не столь легкомыслен, как я думал. А вот почему эта защита не сработала — кажется, догадываюсь. Родовая магия не сочла врагом представителя своего рода. И, дед, похоже, об этом тоже догадывается.

— Нину я не спрашиваю, — проговорил он. — Костя?

Я развел руками.

— Настоящий Костя, вероятно, сумел бы ответить. А я здесь пока и суток не нахожусь. Мне сложно строить гипотезы. Всё, что могу предположить — это какой-то доброжелатель, решивший остаться неизвестным. Записки нет?

— Ничего нет. И магический контур, повторюсь, не нарушен. — Дед так и сверлил меня глазами.

Нина это заметила. Всплеснула руками.

— Дядюшка! Право, не думаешь же ты, что это Костя за одну ночь сумел раздобыть такую огромную сумму?

— Я не знаю, что мне думать. И что делать.

Дед тяжело опустился в кресло.

— Посчитать, сколько тут? — предложил я. — А потом сообщить Комарову, что мы готовы расплатиться с долгами? Если хочешь, я могу взять это на себя.

На столе зазвонил телефон. Дед взял трубку.

— Алло. Соединяйте… Приветствую, Модест Антонович. На ногах, давно на ногах. Не разбудили, будьте покойны. А вы что же — в такую рань? Вот как?.. Неужели. И что же?..

Пока он разговаривал, Нина приподнялась на цыпочки и прошептала мне на ухо:

— Если ты действительно возьмёшь на себя переговоры с Комаровым, очень обяжешь. Дядюшке… непросто с ним общаться. Каждый раз после такого разговора мне приходится готовить для него сердечные капли. Ты не представляешь, как мерзко этот негодяй себя ведёт!

Я представлял. Но Нине об этом знать не стоило.

— Я пыталась предложить свою помощь, — продолжила она, — но дядюшка и слышать ничего не хочет! Говорит, что не пристало благородной девице иметь дело с этакими подонками.

— Совершенно правильно говорит, — кивнул я. — Девице — однозначно не пристало. Но я-то не девица.

Нина благодарно улыбнулась.

Дед закончил разговор и положил трубку. Досадливо сказал:

— Вызывают на совещание. Машину уже выслали.

Нина вздохнула.

— Что ж, спасибо, что позволили тебе хотя бы позавтракать. Наверняка это снова затянется до поздней ночи.

— Я сообщу Комарову, что мы готовы выплатить долг, — сказал я. — Занимайся своими делами. А это предоставь мне.

— Да, но… — пробормотал дед.

Я подошёл к нему.

— Я ведь здесь для того, чтобы наш род вернул былое могущество, верно?

Учитель ждал меня у ворот. Когда я подошёл, машина уже подъехала. Отчасти похожая на ту, что была вчера, но явно попроще, к тому же жёлтая и с шашечками.

Мы с учителем сели на заднее сиденье. Учитель назвал адрес, который мне ни о чём не говорил.

— Сделаем, — зевнул шофёр и, повернувшись к нам, принялся сдавать назад. — Приболели?

Я не понял смысла вопроса, а учитель, похоже, просто его проигнорировал. Однако водила был не из тех, кого можно сбить с толку игрой в молчанку.

— Там сейчас не протолкнуться, небось. Как в Чёрном городе новый завод запустили, так народ давай лёгкие выкашливать…

— Чёрный город? — переспросил я.

На карте Петербурга, которую внимательно изучал перед вчерашней операцией, я такого топонима не видел.