Василий Кленин – Перегрины. Правда за горизонтом (страница 31)
– Как ты сказал? – вскинулся задремавший было Клавдион.
– Порто Рикто, – смутился парень. – Кричащая земля портойев. Как-то само напросилось.
Сервий откинулся и закрыл глаза. Порто – именно так называлась самая первая рыбацкая деревушка еще на Примере, где жили Первые – рыбаки и пахари. Бьорги, жившие в горах, притесняли их, заставляли делиться пищей. Так было несколько лет, пока портойи не построили достаточное количество каноэ – и сбежали. На красавце Папаникее, покорив западных ара, беглецы воздвигли город, назвав его в память о первом – Новапорто. Многие из сидящих за этим столом помнят, как портойям пришлось убираться и оттуда. Рефигия Ультима, Тестуд, Планитий, Христиания, Аквасальтум, Аквилонум – шесть поселений основали беглецы, но ни одному из них не попытались дать исконное название. И запрета не было – как-то само собой вышло. Словно хотели спрятаться от рока, избежать сглаза.
И вот – Порто Рикто. Мальчишеские глупость и бесстрашие или знак судьбы? Заходит сынок Протита с дикого островка на севере – сам больше дикарь, нежели Первый – и бросает на чашу весов всю судьбу державы. Либо Порто будет жить, либо судьба вновь скажет свое слово. «Может быть, так и надо?» – задумался старик, глядя на мальчика.
А мальчик рассказывал и рассказывал. Про то, как по дороге назад они увидели дым вдалеке. И кори налились яростью, потому что там, где дым, были людоеды. Парни рвались в бой, только приказ Цани и тревога за судьбу гостей заставили их идти домой. Рассказал про то, как Пуаблий увлек всё селение постройкой гигантского каноэ – настолько, что отказался плыть со всеми назад, пожелав родичам скорейшего возвращения за ним. Рассказал, как плыли они назад, и как течение вынесло каноэ на пустынный Инкультерий. Путники на хору погрузились в ужас от того, что потеряли путь домой, но потом догадались направиться на юг.
В завершение совершенно расслабившийся Валетей вытащил в центр робеющего крепыша, и тот, коверкая слова Первого языка, забавно выговорил, возможно, единственную фразу, которую знал:
– Ми хотим друзить с вами!
Советники весело завозились, а Клавдий повторил, на этот раз вслух:
– Может быть, так и надо.
Услышали его немногие, но те, кто смогли, недоуменно оглянулись. Сервий приподнялся, прокашлялся с неприятным присвистом и сказал погромче:
– Прошу выйти из зала всех, кроме советников.
Реакция ему понравилась. Все тихо повиновались. А всеобщее романтическое воодушевление угасло.
– Я требую, чтобы всё, что сейчас… было сказано в этом зале, осталось тайной, – прохрипел Сервий. – Не рассказывать никому! Даже… любимым женам. Валер!.. Я требую, чтобы ты обеспечил молчание своих людей… Сегодня же… отправь каноэ на Суалигу с приказом… Совета: никого не выпускать с острова!
Протит нахмурился, но кивнул. Бессмертный обвел глазами всех собравшихся и не на каждом лице обнаружил полного понимания.
– Надеюсь, Совет согласится с этими требованиями?
– Осторожность никогда не вредит, – начал кто-то робко с дальнего края. Клавдион даже не разглядел кто. – Но все-таки к чему такая секретность?
– Представьте людей на пустынном островке… Человек пять или шесть… Они там давно, голод и жажда… одолевают их… А на острове всего крайне мало… И вдруг слабейшему из них… Да пусть даже не слабейшему – достается в руки самый большой и вкусный плод на этом острове… Что будет дальше, Кабалус?
– Остальные объединятся и отнимут плод.
– А если он будет сопротивляться? Ведь жажда и голод!
– Они побьют его, – мрачно ответил курчавый Мехено. – Или убьют.
Все молчали. Они наконец поняли, что им попало в руки. Сервий облегченно откинулся на мягкие подушки и отпустил ситуацию плыть по течению.
– Но ведь вы слышали, – нарушил тишину кривой Гуаней. – Там леса из деревьев огромной высоты, там поля и реки! Там сотни дикарей, способных служить нам, способных рожать нам детей!
Последний аргумент был, конечно, самый искусительный. Найти диких ара на Прекрасных островах практически невозможно. Везде чьи-то интересы. Люди давно уже стали самым ценным ресурсом. А тут – такой кладезь! Жадность и страх разрывали советников.
– А не перебьют ли нас ради этих дикарей? – снова прорезался первый голос (Сервий сморщился, пытаясь определить: кто же это). – Разве не хватает нам того, что есть? Кабалус, ты же сам не раз говорил, что нам не надо искать лучшего – на наших островах столько земель, что мы не можем их освоить!
Как ни странно, Мехено молчал. Зато не стал молчать Корвал Принцип.
– Не возьмем, значит?! – вскочил молодой советник. – Отдадим другим? Это то же самое, что бежать! Так и будем жить – исключительно потому, что мы никому не нужны? А как помешаем кому, так и смахнут нас даже с этих мелких островов.
– Ты же слышал, что с нами сделают, если мы возьмём этот сладкий плод?! – голосок «разума» уже становился истеричным.
– Этот плод уже у нас! – пресек труса низкий бас. Это Валер. Он тоже встал, уперся кулачищами в стол и буравил взглядом окружающих: – Сказочка Бессмертного уже стала реальностью. Плод – в наших руках. И мы не сможем ни спрятать его, ни отдать.
Глава 17. Дерзкие Протиты
– Этот плод уже у нас! – выплюнул Валер словами в перепуганных знатных отцов. – Меры по сохранению тайны, предложенные почтенным Сервием, конечно, крайне важны. Но это только вопрос времени, когда о Порто Рикто узнают другие обитатели Прекрасных островов. Богатая, безмерно богатая страна! И путь к ней лежит через нас – через маленькую, всего боящуюся державу портойев. Вы понимаете? Это случится в любом случае, с разницей в несколько лун.
– Но! – Протит воздел кверху мосластый указательный палец. – Исус любит нас. И он дал своим возлюбленным детям фору. Мы узнали о прекрасной земле первыми. Мы имеем время, чтобы закрепиться там, стать сильнее и не отдавать самый вкусный плод никому!
Трусы позорно молчали. И снова тишину прорезал нестерпимый скрип – подал голос Бессмертный. На этот раз он смеялся – словно подбитая чайка кричала над волной.
– Ох, Валерик! – выдохнул, наскрипевшись, Клавдион. – Исус не нас – он тебя любит!.. по непонятным мне причинам… Как ты рвался наверх… Сколько я тебя помню: ты рвался наверх… А всё было против тебя… Даже… я… Тебя услали на край мира, но… Но ты всё равно нашел свою дорогу… Как же Исус любит тебя!
– Чтобы каноэ плыло – нужно грести, – хмуро ответил Валер. – Даже удачей нужно уметь воспользоваться. И меня нельзя обвинить в том, что она валится мне в руки, а я просто сижу, эти самые руки сложив.
– Всё верно, мой мальчик… Всё верно, – почти под нос себе прокряхтел Сервий. А потом вдруг резко приподнялся и почти прокричал. – Всё, что сказал сейчас Протит – верно!.. Так что обсуждать можно… только одно: как лучше использовать оставшиеся нам дни.
Старик откинулся на свои подушки и дальше только сипел. Остальные советники затихли, как дети, которые долго мечтали остаться без присмотра, но, когда это наконец случилось, свобода оказалась не такой уж и приятной.
– Если позволите, – начал Валер, скрывая усмешку. – Нам немедля следует начать подготовку большого похода на остров.
– Вопрос только зачем? – протянула Прецилья Луксус. – Зачем нам нужен поход?
– Я знаю зачем, – встал с места молодой глава Принципов. – Мы должны прочно вцепиться в эту… Порто Рикто. Не думать о добыче, а прежде всего оборудовать крепкое поселение. Сдружиться с местными… как их?
– Кори, – бросил Валер.
– Сдружиться с кори, – не меняя тона, продолжил Корвал. – Бить их врагов. Чтобы, когда придут наши враги, кори не приняли их. А может, и встали с нами в один строй. Мы построим поселение, которое в трудную минуту сможет принять и весь наш народ.
– И когда мы это сделаем? – снова спросила Прецилья.
«У бабы есть яйца: как язвительно она выделила корваловское «мы»!» – подумал Принцип и даже смутился немного.
– Началась пора штормов, – это уже Илегуа Кентерканий.
Надо же, когда почти всем нечего сказать, этот молчун заговорил:
– С одной стороны, это нас задержит. Но с другой – у нас есть время хорошо подготовиться. Нужно собрать большой флот. Семьи, я призываю вас дать свои каноэ! А еще лучше сделать новые, более грузоподъемные лодки! Мало отправить людей, их надо снабдить зерном, курами, инструментами, оружием. Отцы, подумайте, чем каждый из вас может поделиться.
– И флот надо собирать не здесь, – вклинился в диалог Кабалус Мехено. – Даже в пору штормов в залив Катагуа приплывают гости. У них могут появиться вопросы. Я обращаюсь к семье Кальвитов: ваш залив Оха уединен и находится далеко от столицы. Готовы ли вы предоставить место для подготовки флота? Там его никто не увидит.
– Разумеется, Кабалус, – кивнул лысый Зекунд Кальвит. Конечно, это был формальный диалог – на Вададли не было более дружных семей.
– Теперь надо решить главный вопрос: какие семьи мы отправим на Порто Рикто?
И снова все замолчали. Главы переглядывались и ждали, когда заговорит кто-то другой. Улыбнувшись краем рта, Валер поднял руку:
– Досточтимые отцы, позвольте мне произнести вслух то, что гложет всех вас. С одной стороны, вы очень боитесь бросить всё и отправиться в неизвестность, как когда-то пришлось сделать моей семье. Здесь у вас усадьбы, поля, слуги и полные корзины скарба. А там – риск потерять всё. Но с другой – вы боитесь, что какая-то другая семья отправится на Порто Рикто вместо вас и несказанно разбогатеет.