Василий Горъ – Ухорез 2 (страница 7)
— Со стороны Закона проблем не будет! — твердо пообещал он. — Я дам официальную санкцию на нужное воздействие…
— … которое еще надо придумать… — со вздохом закончил я, почесал затылок и позвонил Лосевой…
…Алгоритм уничтожения ядра с минимальным вредом для остального организма придумывали втроем — Анатолий Игоревич, Аня и я. Причем без свидетелей. Чтобы ненароком не выпустить джинна из бутылки. Рассмотрели семь более-менее реальных вариантов, попробовали, но безуспешно, все чисто энергетические воздействия, а реализовали предпоследний, «смешанный» — Лосева в темпе сбегала к себе, притащила одну девятисантиметровую иглу для иглоукалывания и ввела в тело Полякова так, чтобы кончик оказался точно в середине ядра, а я с четвертой попытки подобрал мощность удара Молнией «по игле», от которого ядро скукожилось, посерело и ударило посмертным импульсом, усиливающим чужие энергетические системы, а внутренние органы почти не пострадали.
К этому времени ИСБ-шная вертушка уже стояла на стрельбище, так что Голицын организовал переноску тела новоявленного простеца в пассажирский отсек и принялся строить двух полковников, прибывших за арестованным, а я объяснил личной целительнице матушки, как вложить полученную энергию в кластеры, ответственные за лечение, а сам потратил ее на раскачку разряда, рывка и невидимости. При этом не чувствовал никаких угрызений совести, так как считал, что «взял» эту энергию в бою, который начал генерал, да еще и не нападая, а защищая.
Закончив с этим делом, отправил целительницу к матушке — проводить следственные эксперименты — а сам умотал на стрельбище, постоял в сторонке до отрыва «Онеги» от земли, и ничуть не удивился тому, что освободившийся генеральный прокурор подошел ко мне. Причем отправив личного помощника погулять.
— Олег Леонидович, вы, вероятнее всего, не понимаете, по какой причине я внезапно превратил запланированный обмен любезностями с Поляковым в его задержание. Вдаваться в подробности я, по понятным причинам, не буду. Скажу лишь, что, по агентурным данным, генерал и ряд старших офицеров его службы заигрались в богов — совершили более полутора сотен убийств и… уже начали убирать или калечить высшее руководство Империи, освобождая путь к вершинам власти для Мирона Андреевича и его окружения. Скажу честно: доказательств всего вышеперечисленного я пока не видел. Но имею основания доверять первому заместителю, тщательно проштудировавшему материалы, полученные от государя, и получил личный приказ Виктора Константиновича немедленно вскрыть созревший гнойник. Основной объем грязной работы выполнит личный состав одного из армейских спецподразделений
— намертво закроет Енисейск и предложит сотрудникам структуры, которой командовал Поляков, добровольно пройти через медикаментозные допросы, а тех, кто не согласится, задержит по предельно жесткому варианту. А мне останется всего ничего: сделать все, чтобы личности, готовившие государственный переворот, предстали перед судом и понесли заслуженное наказание.
Я мысленно хмыкнул, так как понимал, что за словосочетанием «всего ничего» скрывается сумасшедший объем работы. А Голицын тем временем перешел к самому главному:
— Уничтожать подданных государя только за то, что они стали магами и служили под началом Мирона Андреевича, нельзя. Точно так же, как нельзя и противопоставлять государя этой категории его подданных, проводя закрытые судебные процессы. Поэтому первые медикаментозные допросы мы проведем в Енисейске: выясним, кто из задержанных входил в ближний круг Полякова, кто активнее всего зарабатывал его доверие, кто уничтожал невинных людей и так далее. А потом я прилечу к вам на поклон. Так как в данный момент у меня нет ни рабочего алгоритма гарантированной нейтрализации магов, ни магов, в принципе способных использовать вашу разработку.
После этих слов виновато усмехнулся и развел руками:
— Олег Леонидович, я понимаю, что предлагаю вам и помощнице вашей матушки взять на себя обязанности палачей. Но у меня нет другого выхода: побег любого секретоносителя такого уровня за рубеж создаст серьезнейшие проблемы, а на инициацию в Молнию и Жизнь доверенных подчиненных, их развитие и обретение нужных навыков требуется время, которого у меня нет. В общем, я прошу содействия. От имени и по поручению государя.
Я задумчиво потер переносицу и мрачно вздохнул:
— Анатолий Игоревич, я патриот. В изначальном и самом правильном смысле этого слова. Поэтому полностью согласен с тем, что нелюди в погонах и белых халатах обязаны ответить за свои преступления по всей строгости Закона. А еще прекрасно понимаю внутреннюю логику вашего предложения и, по большому счету, не вижу ничего недостойного в оказании такой помощи государству. Но есть нюанс. Вернее, целых три. Во-первых, при таком способе уничтожения ядра энергетической системы оно выдает тот самый импульс, о котором говорил профессор Ковалевский, а значит, нейтрализуя задержанных, мы с Анной Филипповной будем усиливаться в ключе, не радующем от слова «совсем». Во-вторых, как только у государства появятся… хм… собственные «палачи», и информация о побочных эффектах этого способа нейтрализации преступников уйдет на сторону, нас наверняка постараются заляпать грязью. И, в-третьих, мы наверняка превратимся в цели номер один для большинства любителей разживаться силой на халяву…
— … и если вам, потомственному аристократу, развяжет руки Грамота о правах, обязанностях и вольностях дворянского сословия, то мещанка Анна Филипповна окажется под ударом? — без труда сообразив, к чему я клоню, продолжил Анатолий Игоревич, дождался подтверждающего кивка и пожал плечами: — Олег Леонидович, я учел даже мстительность сослуживцев, друзей и родичей тех, кто вашими стараниями потеряет Дар. Поэтому маги, забывшие о Присяге, будут доставляться в вашу усадьбу в состоянии медикаментозного сна, заноситься в какую-нибудь вспомогательную постройку
…Большую часть второй половины дня прокурорские провели в покоях, выделенных Голицыну — держали руку на пульсе происходящего в Енисейске и корректировали телодвижения вояк. А в девятнадцать десять Анатолий Игоревич позвонил мне, выяснил, где я нахожусь, спустился в спортзал и мрачно сообщил, что операция по блокированию научно-исследовательской лаборатории, построенной рядом с Енисейской Сверхглубокой, и Енисейска закончена, что в бега ушло всего два человека, и что следователи уже нашли морг с тридцатью девятью трупами жителей края, вроде как пропавших без вести, «несуществующий» крематорий и две независимые базы данных по магии,
— В общем, половина Енисейска лежит в развалинах, раненых — за сотню человек, медики сбиваются с ног, каждого из двадцати дознавателей, ведущих медикаментозные допросы, охраняет по целому отделению военнослужащих, жаждущих крови, а контрразведка уже взяла в окрестных лесах несколько пар «грибников», «охотников» и «рыболовов» из сопредельных стран… — мрачно подытожил он, закончив описывать ситуацию «вчерне».
— Весело… — буркнул я, представив, как много чего осталось «за кадром».
— Не то слово… — подтвердил он и вздохнул: — Поэтому «веселиться» вот-вот улетим и мы с Петром Романовичем. А часа через два-два с половиной он привезет вам первую партию «пациентов». Само собой, если вы не изменили свое решение.
— Не изменил. И не изменю… — спокойно ответил я, выяснил, в котором часу вертушка, вызванная им, сядет на моем стрельбище, поднялся к себе, в темпе помылся и переоделся, а потом проводил прокурорских до винтокрылой машины и пожелал удачи.
Следующие четверть часа командовал слугами, готовившими торцевую комнату первого этажа к приему «доноров Силы», как выразился бы отец. А потом сел на подоконник и настолько ушел в свои мысли, что бездумно принял вызов с неизвестного номера, поздоровался, поинтересовался, с кем имею честь, и вслушался в дрожащий женский голос:
— Добрый день, ваше благородие. Это Наталья Красовская, продавщица цветов из салона «Белый Ирис». У вас найдется минутка для разговора?
— Найдется… — ответил я, как-то почувствовав, что женщина балансирует на грани нервного срыва. — Я вас очень внимательно слушаю.
— Ваше благородие, вы ведь знаете, что магия — это не выдумки, верно?
— Да, знаю.
— Так вот, я инициировалась. В конце прошлой недели. Во что, даже не представляла. А сегодня у меня в руках распустилась орхидея в горшочке. Да так невовремя, что это увидел хозяин торговой точки и продал меня младшему сыну главы рода Кологривовых. Задорого. И попытался запереть, чтобы я не сбежала до приезда сотрудников СБ. А я не хочу превратиться в собственность личности, с которой вынужденно сталкиваюсь уже полгода и боюсь до дрожи в коленях. Поэтому разбила витрину, сбежала из магазина, сообразила, что дома меня найдут, и вспомнила о вас. Скажите, вам, случайно, не нужен маг этой специализации? Да, я пока ничего не умею, но научусь. Честное слово!