Василий Горъ – Ухорез 2 (страница 9)
— Вопросов нет… — ответила она
и вздохнула: — Ваше благородие, хозяин торговой точки, на которой я работала, прислал еще сообщений тридцать. Я открыла два последних. В них одни угрозы.
— Можете смело забыть о его существовании до разговора со мной. Что-нибудь еще?
— Нет.
— Тогда до встречи… — буркнул я, сбросил вызов, вернул телефон на тумбочку и снова отключился. До звонка Ремезова, раздавшегося в двенадцать минут четвертого.
В этот раз пришлось вставать, одеваться, поднимать матушку и Анну Филипповну, спускаться в «операционную» и гасить ядра еще двум десяткам «доноров Силы». Кстати, в этой партии было очень много раненых, поэтому Лосева сочетала приятное с полезным — тянула энергию и шарашила лечением по чрезвычайно серьезным ранам. Для практики. Очень неплохо поработала и над слиянием магистральных каналов — добила этот этап развития энергетики после второй «пачки» из пяти человек, благодаря чему взяла третий уровень, а после последней ее ядро мутировало снова и вознесло хозяйку на четвертый. Матушка же взяла только третий. Доконав магистральные каналы только минут через сорок-сорок пять после отлета вертолета. И с чувством выполненного долга отправилась спать. А у меня вдруг включилось критическое мышление, и я понял, что вкладываться в невидимость было ребячеством. Ведь она сама по себе не дает ровным счетом ничего — да, под ней меня, может, и не видно, но только в сухую погоду. Зато я пахну, «звучу», оставляю следы и излучаю тепло. Да, теоретически можно прикрыть и эти «уязвимости», но упираться в «творчество» на начальном этапе развития и в преддверии войны всех против всех — полный и законченный идиотизм!
Расстроился — жуть. Умотал в гардеробную, активировал невидимость перед большим зеркалом, оглядел почти прозрачное тело и наступил на горло собственной песне — решил, что потрачу всю «халявную Силу» на улучшение навыков, которые увеличат шансы на выживание, а этот доведется до ума «сам собой».
До кровати доплелся в расстроенных чувствах, лег и уставился в потолок в полной уверенности в том, что после такой эмоциональной встряски точно не засну. Ан нет, вырубился, как миленький. А «через мгновение» проснулся от очередного звонка Ремезова, не сразу, но врубился в смысл того, что он мне сказал, и включился в работу:
— Спасибо. Встречу. Лично…
Оделся и умылся, что называется, бегом, вынесся в коридор, слетел по лестнице на первый этаж, вышел из особняка через заднюю дверь, услышал рокот двигателя подлетающего вертолета и чуть-чуть ускорился.
К стрельбищу подошел за считанные мгновения до его приземления, поздоровался с егерями из дежурной смены, примчавшимися на «посадочную площадку» раньше меня, встретил Красовскую, Силина-младшего и Дежнева, поблагодарил Петра Романовича за доставку и спросил, в котором часу ждать третью партию «пациентов».
— Она уже готова, так что буду у вас максимум через час… — ответил он, снова поднялся в десантный салон и помахал мне рукой.
Пилот вертушки оторвал ее от земли от силы через пару секунд и увел с набором высоты на северо-запад, а я, развернувшись на месте, наткнулся взглядом на побледневшее лицо гостя и весело поинтересовался:
— Что, инициировались в воздух?
— Кажется, да… — выдохнул он, заранее расстроившись.
— Пахом Борисович, прогоните, пожалуйста, Николая Константиновича по схеме Вода-Огонь! — попросил я. А после того, как телохранитель, коротко кивнув, приказал подопечному следовать за собой, сорвался на бег и унесся к дому, взглядом показал Роману Комлеву на баулы со шмотьем Красовской, объяснил, в какие покои их отнести, и уставился на «цветочницу»: — Наталья, вы как, в состоянии пообщаться, или отложим разговор на вечер?
Она выглядела не столько замотанной, сколько растерянной. Но взяла себя в руки и заявила, что предпочла бы решить все вопросы сразу. Поэтому я поднял ее в кабинет, повел рукой, предлагая усаживаться в любое из кресел для посетителей, сел напротив и помог правильно настроиться на разговор:
— Сообщения бывшего работодателя дочитали?
Наталья помрачнела:
— Ваше благородие, мне писал не только он. Два сообщения с угрозами прислал Антон Ильич Кологривов. А полчаса назад, включив телефон на пару секунд, я получила еще одно. От хозяина доходного дома, в котором снимала квартиру. С ультиматумом.
Я разрешил ей обращаться ко мне по имени-отчеству и спросил, как звучал ультиматум.
— Не появлюсь в квартире до десяти утра — все мои вещи отправятся на помойку.
— А квартира, как я понимаю, оплачена как минимум до конца месяца, верно? — на всякий случай уточнил я и не ошибся:
— Она оплачена до конца года. Плюс я вносила депозит. За лишний месяц. Так что это требование незаконно.
— Отлично… — довольно заключил я и сменил тему беседы: — Ненадолго отложим этот вопрос и поговорим о вашем будущем. Помнится, вы как-то сказали, что любите цветы больше людей. Это и помогло вам инициироваться в Природу, верно?
Она утвердительно кивнула и легонечко покраснела:
— В одной из поставок цветов обнаружились три надломанные орхидеи в горшочках. И я их выхаживала — гладила стебли и листья, убеждала не умирать и так далее. Возилась с ними всю ночь. Незадолго до рассвета почувствовала жар за солнечным сплетением и волну приятной прохлады. А поняла, что это было, уже после того, как в Сети началось обсуждение магии.
— Скажите, пожалуйста, вам знакомо понятие «гидропоника»? — спросил я после того, как она договорила.
Красовская удивила:
— Олег Леонидович, я закончила Краснодарскую Сельскохозяйственную Академию с красным дипломом. Первые пять с половиной лет искала работу по специальности. И находила. Но все восемнадцать работодателей в какой-то момент ставили перед одним и тем же выбором — спать с ними или отправляться на вольные хлеба. Я отправлялась. А потом мне повезло устроиться продавщицей на точку, принадлежавшую шестидесятипятилетнему скряге. Да, он постоянно к чему-нибудь придирался и штрафовал, но не домогался. Поэтому я и расслабилась. Как оказалось, зря.
— О скряге пока забываем… — потребовал я и вернул ее из неприятного прошлого в нормальное настоящее: — Эту усадьбу мне подарили сравнительно недавно. В ней есть прекрасно оборудованные теплицы, не использовавшиеся почти два года. И я бы хотел их запустить. Чтобы хотя бы к концу зимы у нас на столе появились свои свежие фрукты, овощи и ягоды.
Возьметесь?
— Да!!! — как-то уж очень эмоционально выдохнула она, покраснела и исправилась: — С превеликим удовольствием…
— А теперь вдумайтесь вот во что… — спокойно продолжил я, «не обратив внимания» на эту вспышку. — Бардак, начавшийся из-за прихода магии, может закончиться чем угодно, включая мировую войну. А любая напряженность вызывает сумасшедший рост цен на все и вся. Поэтому ваша первостепенная задача — максимально быстро составить список всего того, что необходимо для запуска и функционирования тепличного хозяйства в течение пары лет. Чтобы я смог это приобрести в ближайшие недели.
Она заявила, что не подведет, и я продолжил в том же духе:
— Две следующие задачи напрямую связаны с магией: мы поможем вам «взять» еще две стихии — Воздух и Воду — а вы, обретя
Красовская поежилась, но дала достойный ответ:
— Олег Леонидович, вы говорите — а я делаю.
Я коротко кивнул и закончил «накачку»:
— И последняя, четвертая задача на ближайшие дни — найти общий язык со всеми остальными обитателями поместья. Кстати, я ненавижу интриги, склоки, сплетни, зависть, лицемерие, лесть и тому подобную грязь, поэтому требую, чтобы мои люди всегда и во всем руководствовались следующими принципами: «Каждый делает ВСЕ, что может» и «Относитесь к другим так, как хотели бы, чтобы относились к вам». Вас это устраивает?
— Да, Олег Леонидович! — твердо сказала она.
— Что ж, тогда ловите файлы с контрактом и подпиской о неразглашении. Условия, описанные в первом, будут пересмотрены через месяц. В том случае, если вы докажете, что нужны, и примете предложение уйти под мою руку на всю оставшуюся жизнь. Вторая — отнюдь не блажь: вас будут гонять по моим личным наработкам, и мне бы очень не хотелось, чтобы они разошлись по всей Империи.
Следующие несколько минут Наталья вдумчиво изучала оба документа. Потом заявила, что на прежнем месте работы получала почти втрое меньше, спросила, почему я не учел деньги, потраченные на перелеты и приобретение одежды, выслушала ответ, на несколько мгновений ушла в себя и решительно поставила электронные подписи. Затем прислала файлы мне, увидела на моем лице недобрую улыбку и побледнела.
А зря:
— Наталья, включите, пожалуйста, телефон, наберите хозяина доходного дома и дайте мне с ним поговорить…