Василий Головачёв – Очень большой лес (страница 53)

– Консервы скоро кончатся, но опять-таки это дело ваше. Не буду отвлекать.

Руководители отряда отошли в некоторой растерянности. На слова майора о шансе связи с Землёй они не обратили особого внимания, посчитав их шуткой.

Максим поднял бинокль и несколько минут обшаривал небосвод в надежде заметить крестик дрона. Однако приближалась ночь, небо потемнело, да и облака всё плотнее сбивались в дождевые тучи, и на их фоне разглядеть ничего не удалось.

Максим подозвал Веронику.

Подошли обе женщины.

– Оставляю тебя здесь, – сказал он. – Слетаю за нашими и вернусь. Придётся временно переселиться сюда, пока с нами не свяжутся товарищи.

По взгляду Марии Ивановны он понял, что Вероника успела рассказать коллеге о встрече с беспилотником, и утвердительно кивнул.

– Возможно, скоро ваши мытарства закончатся.

– Неужели мы… вернёмся домой?! – прошептала она.

– Надеюсь. – Максим протянул бинокль Веронике. – Поглядывай на небо. Я вернусь не позднее чем через десять минут, здесь недалеко. Пойдёт дождь – укроетесь в шалаше или на катере.

– Там профессор Баадер, – робко проговорила Мария Ивановна.

– Потеснится, а если не соизволит, напомните ему смысл слова «джентльмен».

– Мы лучше в шалаше…

– Как хотите. Ждите и поглядывайте по сторонам.

– Есть, командир! – браво кинула руку к виску Вероника.

Он улыбнулся, и аэробайк свечой вонзился в небо.

Спутники дисциплинированно ждали его у мешков с поклажей, где они были сгружены ещё утром. По всей видимости, Костя получил от Редошкина «наряд вне очереди» или серьёзное внушение, потому что держался особняком и неприязненно посматривал на лейтенанта.

Выяснять, в чём дело, Максим не стал. Выслушал доклад Редошкина о похоронах: Хасика, капитана Керзоева, похоронили отдельно, установив на могилке косой крест из срезанных «берёзовых» ветвей, – быстро рассказал мужчинам историю похода на север, о находке чёрного леса и об атаке шмелей, чем озадачил Редошкина с Вениамином Витальевичем и заставил ботаника забыть о своих разочарованиях.

– Шмели?! – воскликнул он. – Размером с воробья?! Потряс! Я уж думал, что тут, кроме бабочек, насекомых нет.

– Пчёлы.

– Я их не видел.

– Это не здешние шмели, – сказал Максим. – Они напали, только когда мы приблизились к переходной зоне между чёрным лесом и нашим.

– Нашим! – фыркнул Костя. – Он такой же наш, что и обнаруженный вами чёрный. Кстати, он что, действительно чёрный?

– Красно-бурый, тёмный, есть и фиолетовые и чёрные заросли. Они сражаются друг с другом, это заметно.

– Ничего особенного не вижу, на Земле растительные ареалы тоже воюют между собой, вытесняя друг друга. Достаточно вспомнить жуткие заросли сорняков типа амброзии и борщевика.

– Это не просто ареал с другой растительностью, он поглотил уже сотни квадратных километров нашего леса и продолжает идти дальше. Вот почему приютивший нас лес забил тревогу.

– Не выдумывайте, кто мы для леса? Пакостники и мусоропроизводители. Вся история человечества представляет собой процесс уничтожения природы, в особенности лесов и лугов. Так что надеяться ему не на что.

– На тебя он и не надеется, – проворчал Вениамин Витальевич.

– Короче, господа учёные, – сказал Максим. – Переезжаем к месту выхода дрона. Оставляем основную массу вещей здесь, с собой берём только самое необходимое.

– Ложки, вилки, миски, – издал смешок Редошкин.

– «Фаустпатроны», – добавил Костя.

– Они нам не пригодятся.

– Возьми хотя бы один, – взмолился лейтенант.

– Ладно, будешь таскать сам. Сейчас садимся втроём: профессор, Костя и я. Перевезу их, вернусь за тобой.

– Слушаюсь.

Кое-как уместились на тумбе аппарата, притиснув пилота к «рулю», и аэробайк унёс всех троих в небеса.

Потребовалось всего три минуты на полёт к лагерю боевиков (Максим не жалел аппарат, интуитивно ожидая каких-то известий – и от Вероники, и от леса) и на высадку пассажиров. К аппарату подбежала запыхавшаяся Вероника. По её лицу он понял, что ждал известий не напрасно.

– Макс!

– Говори! – схватил он её за руки.

– Дрон!

– Где?! – Он выхватил у неё бинокль, начал шарить окулярами по небу.

– Он… улетел… минуты две назад.

– Чёрт! Мне надо было дождаться! Не догадалась подать какой-нибудь сигнал?

– Прыгала как сумасшедшая, махала руками, кричала! Перепугала коллег. – Вероника виновато сморщилась. – Мария Ивановна тоже махала, платком. Мне показалось, что из дрона что-то выпало, но куда упало – не увидела. А потом дрон исчез.

– Упало? Размеры?

– Вот, – показала она руку от запястья до локтя, – или чуть меньше.

– Бутылка? – Максим махнул рукой удалившимся спутникам. – Вениамин Витальевич, поищите бутылку вместе с Викой, она покажет примерное место падения, я за Жорой. Одна нога здесь, вторая там!

Аэробайк пулей ввинтился в воздух, не уступая в скорости старта спортивным земным мотоциклам, разве что сделал это без грохота двигателя и визга шин. Уже через две минуты после старта он завис над «берёзовой» рощей, и Редошкин ловко запрыгнул за спину пилота.

Обратно летели в том же темпе, и Максим успел лишь рассказать лейтенанту о появлении дрона и сбросе им посылки. Прилетев, они присоединились к бродившим по берегу реки людям: их оказалось почти десяток, Мария Ивановна попросила помочь искать посылку остальных археологов, и Максим взял командование поисками на себя. Разбил берег и поляну на квадраты, поставил ответственных за каждый квадрат, а сам поднялся на аэробайке над рекой, вычисляя по памяти примерное местонахождение беспилотника и траекторию падения посылки. Выходило, что она должна была упасть либо в реку, на мелководье, либо совсем близко к воде.

Повёл аппарат к берегу.

– Дом, сюда!

Редошкин, шаривший в траве за кустами «ив», метнулся к нему.

– Ищи здесь.

– Да тут уже вроде копались археологи. А они люди внимательные и специально обученные искать артефакты.

– Тут собаки нужны.

– Да уж, – ухмыльнулся лейтенант, – настоящие собаки бы не помешали.

– Смотри внимательнее, бутылка могла утонуть в слое тины под берегом.

– Понял.

– Вероника, помоги Жоре.

– Бегу, – отозвалась девушка.

Таким образом поиски таинственного предмета, выброшенного беспилотником, длились ещё четверть часа и закончились ликующим воплем Кости, который присоединился к Веронике:

– Нашёл! Премия моя!

– Чёрт везучий, – с досадой прокомментировал вопль Редошкин, увидев в руке ботаника жестяную банку из-под пива с надписью «Балтика‐7».

Максим соскочил с аэробайка, отнял банку у Кости. Внутри неё с залепленным жвачкой отверстием что-то постукивало. Судя по всему, в неё положили что-то тяжёлое, так как весила она почти как наполненная пивом.

Отлепили жвачку, попытались вытащить содержимое банки, но это удалось только Редошкину, который вскрыл банку ловким ударом ножа. На песок упали четыре пальчиковые батареи и свёрнутая трубочкой бумажка. Максим развернул трубочку и прочитал обступившим его слушателям: