Василий Головачёв – Метаморфозы (страница 35)
– Поняла, обязательно передам.
– Всех благ, дорогуша.
Титков тронул клавишу на селекторе и попросил свою бот-секретаршу Симу заказать билет до Екатеринбурга. После этого связался с московскими членами Союза, не обращая внимания на раннее утро, и сообщил им о срочном заседании в Екатеринбурге.
Двое отказались лететь, объяснив это занятостью и пообещав присутствовать на удалёнке, трое согласились.
Остальные восемь бизнес-гуру России, находящиеся в своих городах, также пообещали прилететь, хотя и поворчали. Но псевдоним Бодун никого не оставлял равнодушным, и главные денежные мешки России «взяли под козырёк».
В столицу Урала московская делегация прибыла в половине второго по местному времени. Не устраиваясь в гостинице, вся четвёрка поспешила по адресу улица Бориса Ельцина, дом три, где располагался центр его имени, и в три часа прибыла на место, встреченная распорядителями комплекса.
Пообедали в ресторане Breadway на первом этаже Центра, без алкоголя, обменялись приветствиями с прибывающими предпринимателями, среди которых оказался и Рома Абримонич, который два дня назад посетил по своим делам Екатеринбург, хотя жил в Финляндии.
Совещание началось в четыре часа дня.
Первое слово взял Титков и точно так же, как недавно сделал Бодун, объяснил ситуацию на Украине.
В принципе, все прибывшие и без напоминания знали обстановку на фронтах и в тылу незалежной и понимали своё положение, не желая перед выборами президента принимать другую сторону или колебаться. Однако не у всех российских миллиардеров остались на территории Украины активы, многие принадлежащие им заводы были разрушены, и они не рвались исполнять советы проигрывающей войну стороны.
– Ну и зачем вы нас сюда вытащили, Борис? – осведомился сквозь зубы известный «фармацевт» Штейнберг. – Могли бы то же самое сказать по телефону. Лично я не вижу необходимости обсуждать проблемы… э-э, тех, кто не смог воспользоваться помощью Европы. Их дни сочтены.
– Они считают иначе.
– Да и фиг с ними!
– Да, но «Бесогон» может уничтожить и другие активы, – зло бросил «алюминиевый король» страны Дерипачка. – А это миллиарды и миллиарды!
– Это не наши миллиарды.
– Как раз наши! Там ещё осталось полстраны, так что, отдать её американцам?
– Да ты, я гляжу, патриот? – проворчал Абримонич.
– Пошёл ты, Рома! Шутник нашёлся.
– При чём тут американцы? – сказал Штейнберг. – Сами разделим оставшееся.
– Яша, если твои аптеки и лекарственные производства никто не бомбит, это не значит, что они достанутся тебе!
– Это ещё почему?
– По кочану!
– Господа, господа, без нервов! – Титков постучал ноготком о пюпитр. – Вы прекрасно знаете, что я отстаиваю ваши интересы, как это было недавно с мигрантами, которые благодаря мне освоили Россию. Но игнорировать просьбы Бодуна неправильно. Речь идёт не столько о ликвидации Украины, сколько о ликвидации наших немалых вложенных в неё средств. Давайте думать, как выйти из положения.
– Пусть об этом думает вновь избранный президент, – пробурчал мрачный Дерипачка. – Напрасно мы его, что ли, собираемся выбирать?
– Вообще-то ты это зря ляпнул, – оглянулся на лысоватого длинноносого блондина сидевший впереди «нефтяник» Аликпедров, – что он всего лишь наёмный менеджер и страной не управляет. Он тебе припомнит после выборов.
– Боялся я его, – пренебрежительно отмахнулся Дерипачка.
– Россию позоришь, – ухмыльнулся Штейнберг, любивший поддразнивать коллег.
– Ложил я на твою Россию…
– А я на твою, – хохотнул фармацевт.
Мордобьёв, сытое, гладкое, поросячье лицо которого излучало не меньшее презрение, посмотрел на Титкова.
– Короче, что ты предлагаешь, Борис?
– Я думал, вы предложите.
– Если дело только в «Бесогоне», то помеху надо просто устранить.
– Как?
– Найти его схрон и ликвидировать.
– Искать уже не надо, – улыбнулся Абримонич. – Мне по секрету сообщили, что это малый ракетный катер «Буян» и прячется он на берегу Азовского моря, вблизи Новоазовска. Матросы прозвали его «Кобра».
– Откуда сведения? – прищурился Дерипачка.
Абримонич, всю жизнь выглядевший небритым мальчишкой, озабоченным сексом, издал смешок.
– У меня свои люди в Главштабе.
– Если сведения верны, я берусь уничтожить катер, – сказал Мордобьёв.
– Ты уже один раз брался за дело, когда посылал свою команду киллеров убрать стрелков САУ.
– Раз на раз не приходится.
– Как ты это сделаешь?
– На Азове у меня пара предприятий, и одно специализируется на изготовлении морских беспилотников.
– Президент только неделю назад сказал, что надо создавать заводы дронов, а ты уже сообразил?
– Так ведь маржа хорошая, один к ста, – Мордобьёв закудахтал как курица, – почему же не помочь стране создавать оружие?
– Я не знал, – удивился Дерипачка, – что ты владеешь заводом дронов.
– Кому надо, тот знает. Завод изготовляет рыбацкие шаланды, почему бы ему не изготовлять и дроны?
– Что ж, вопрос надо решать быстро, – сказал Титков. – Нам отвели на это сутки.
В рядах членов СППР начался возмущённый ропот, послышались ругательства.
Но Мордобьёв остановил недовольных коллег.
– Спокойствие, панове, как говорил Карлсон, который живёт на крыше, – только спокойствие. Это плёвое дело, у нас проблемы поважнее.
– Да, господа, – согласился Титков. – Главное – выборы президента. Либо мы переизбираем старого, либо меняем его на нового.
– Не слишком ли старый увлёкся строительством независимой России? – произнёс главный «газовик» страны, владелец Татгаза Мунихамов. – Не пора ли ему на покой?
– Вот об этом и поговорим.
Заседание продолжалось ещё долго и закончилось в двенадцатом часу ночи.
Олигархи сделали свой выбор.
Интуиция начала нашёптывать на ухо всякие гадости ещё до выхода в море.
Тарас поначалу решил, что ему просто не удалось как следует отдохнуть днём, так как пришлось сопровождать боеприпасы для катера от железнодорожной станции до базы, но и Снежана внезапно сообщила, отправляя мужа в поход, что ей тревожно на душе, и капитан решил держать ухо востро.
В одиннадцать часов ночи дежурный по штабу базы доложил о чистом небе: над этим участком акватории не висел американский спутник и не были замечены дроны противника, – и «Буян» тихо отошёл от пристани, направляясь подальше от берега.
Бойцы вышли на палубу катера, привычно занимая места у гидроциклов.
Тарас тоже вышел, но мысль, пришедшая на ум, заставила его подняться в рубку судна.
В рубке находилось четверо моряков: капитан Шведов, старпом, рулевой и локаторщик. Он следил за акваторией с помощью установленного дополнительно радара, чья вращающаяся антенна была укреплена на решетчатой башенке. Она позволяла разглядеть объекты величиной с небольшую лодку на расстоянии до десяти километров. Судя по ровному синему мерцанию экрана, на котором не вспыхивали светящиеся детали, катер был в этом районе единственным плавающим средством.
– Откуда будем стрелять? – спросил Тарас.