Василий Головачёв – Метаморфозы (страница 33)

Вызвездило. Ночь выдалась тёплая, тихая, безмятежная, лишь далеко на западе погромыхивало. Это могли быть и звуки фронта, но, скорее всего, где-то западнее шла гроза.

Появились матросы, начали возиться у люков пусковых установок, погружённых в палубу.

Подошёл капитан Шведов. В темноте его лица видно не было, однако по тону капитана можно было судить, что он доволен.

– Со спутника доложили – всё путём! Все цели поражены.

– Прекрасно! – саркастически поздравил его Шалва. – А главное – совершенно точные сведения о поражённых объектах. Тебе можно объявлять результаты стрельб от имени представителя Министерства обороны. Идём домой?

– Не, приказ отработать оставшиеся БП по другим целям. Ровно в двенадцать.

– Почему так точно – именно в двенадцать?

– Задание пульнуть по Хмельницкому.

– Что там?

– Вроде туда собрался прилететь Болданов.

– Начальник СРУ?

– По слухам, его прочат на место Сырского.

В свете звёзд блеснули глаза бойцов, посмотревших на Лобова. Речь шла о командующем Службой разведки СБУ генерале Болданове, которого действительно прочили на место главкома.

– Ничо новость! – пробормотал Солоухин. – Я слышал, что Болданов редко покидает Киев.

– Значит, задумал очередную диверсию, собака бешеная! Командир, что там из опасного в Хмельницке?

– До войны был завод удобрений, – сказал Шведов. – А когда началась СВО, туда могли завезти любую отравляющую химию.

– Вот же уроды!

– Сколько у нас ракет осталось? – спросил Тарас.

– Три «коалы» в ПУ и четыре «Калибра» в контейнерах.

– Что пошлёшь?

– Приказано израсходовать все.

– Все?! – возбудился Ларин. – Восемь ракет по заводу?! Да ими же можно угрохать любой город! А если командир прав и туда укропы свезли химию? Взорвутся химбоеприпасы – накроет весь Хмельницкий!

Тарас поднял голову к небу: показалось, что звёзды засияли ярче. Интуиция навострила уши.

– Капитан, мне нужна ваша СДС.

– Прошу. – Шведов повёл его за собой.

В радиорубке катера было жарко, мигали индикаторы, светился экран компьютера и по крохотному боксу плыли запахи разогретого металла, пластика и озона.

Радист освободил место.

Тарас умело включил передатчик, набрал шифр Шелеста.

Через пару минут отозвался дежурный штаба ГРУ в Луганске:

– Суглинок-пять.

– Кобра, – произнёс Тарас. – Нужен полковник Шелест.

– Он… вне базы…

– Найти!

Дежурный был опытным офицером и спрашивать причину связи в ночное время не стал. Шелест включился в разговор через четыре минуты:

– Суглинок-один.

– Олег, повтори задание.

Возникла пауза.

– Какое задание? – осведомился полковник неприятным голосом.

– Шведов только что сказал, что получил приказ нанести удар всеми оставшимися ракетами по Хмельницкому, куда якобы в двенадцать часов ночи прибудет сам Болданов.

Шелест сделал ещё одну паузу.

– Кто выдал ему этот приказ?

– Не спросил.

– Спроси.

Тарас позвал радиста, попросил привести капитана.

Оба появились через три минуты.

– Кто вам приказал нанести удар по Хмельницкому?

– Донецк, – озадаченно проговорил Шведов. – Полковник из конторы… Деревянко, насколько я помню. Он назвал код, пароль, координаты…

– Полковник Деревянко, – повторил Тарас Шелесту.

– Отставить! – Брат Снежаны чуть не сорвался на крик. – Ни в коем случае! – Он помолчал и заговорил уже своим обычным баритоном: – Там же химкомбинат… производство азотных удобрений… цистерны с азотом и хладагентами.

– Разве химкомбинат не принадлежит хохлам и нашим буратинам?

– Принадлежит, но стрелять мы туда не имеем права, погибнут тысячи людей. Мы и Запорожье не атаковали ракетами, потому что там бактериологическая база американцев, и Краматорск с его нефтяным терминалом. Да много чего.

– По английской подлодке ударили же? – сказал Шведов за спиной Тараса, переминаясь с ноги на ногу.

– Вот я и подумал, что что-то тут не так. Не хотят ли наши «советники» из лагеря пятой колонны подставить президента этим ударом? Весь мир взбеленится, когда начнётся информационная атака, а впереди выборы.

– Стрельбу отставить, возвращайтесь на базу и ждите приказа. – Шелест помолчал. – Моего приказа!

Эфир затих.

Тарас выключил рацию, посмотрел на Шведова.

– Слышал?

Капитан катера облизнул сухие губы.

– Слышал.

– В дальнейшем слушать приказы только лично полковника! – Тарас сделал паузу. – И мои!

– Понял, товарищ полковник.

Тарас хотел сказать, что он не полковник, а капитан, но передумал.

Наверху его встретили бойцы.

– Что случилось? – поинтересовался Ларин, ощутив напряг командира.

– Возвращаемся.