Василий Головачёв – Крепость большого леса (страница 33)
– Добрый, – ответил Шарий, гоняя морщины по лицу. – Хочется надеяться, что погода у вас стоит хорошая.
Дорохов промолчал.
Шарий понял молчание заместителя по-своему:
– Я чего-то не знаю?
– Дрон не вернулся.
– Это хорошо.
Дорохов непонимающе всмотрелся в бугристое лицо директора.
Шарий усмехнулся.
– Не удивляйтесь, Андрей Тарасович, как говорится, нет худа без добра. Ооновцы знают о наших попытках проникнуть в иномериану?
– Нет.
– Точно нет?
– Об этом осведомлены только несколько человек, поиск ведётся совершенно секретно. Для всех мы контролируем небо над базой ради предупреждения атак скрывающихся «птеродактилей».
– Отлично! Как я и предупреждал, поступило новое распоряжение главнокомандующего: свернуть все работы по контакту с иным миром.
– Как это – свернуть контакты? – не сдержал изумления Дорохов. – Почему?!
– По кочану, – пошутил Шарий.
Дорохов сглотнул. Вспомнились строки из песни: сердце красавиц склонно к измене и к перемене, как ветер мая…
– Вы шутите?
– Нисколько, президент решил, что контакты подобного рода слишком опасны для людей в целом и для России в частности. Короче, генерал, всем спецам из-за бугра нужно дать от ворот поворот. Объявите, что червоточина между вселенными закрылась, пусть берут образцы растений и останков пришельцев – шмелей и «динозавров» – и валят по домам. Естественно, сделать это надо с максимальной вежливостью и убедительностью. Всё понятно?
Ошеломлённый Андрей Тарасович не сразу нашёлся, что ответить.
– В принципе, всё… хотя будут возражения…
– Куда ж без них. К вам прилетят мидовцы, юристы, а также группа заместителя начальника администрации президента, они помогут с информированием иностранцев в нужном разрезе.
– Но ведь мы уже нашли иномериану… по данным телеметрии…
– А теперь сделайте так, чтобы она схлопнулась и больше никогда не проявлялась! – жёстко проговорил Шарий.
– Пока мы будем искать способ…
– Пока мы не наломали дров. Когда иностранцы разъедутся по своим институтам, тогда и подумаем, стоит ли заниматься… – Шарий хмыкнул, – червоточинами.
Дорохов сжал зубы, перекусывая готовое сорваться с губ возражение. Он понимал, что Шарий озвучивает не своё решение, а решение президента, с которым спорить не стоило, но в голове занозой торчало: это же предательство… предательство по отношению к пропавшим без вести бойцам ГРУ… предательство, как ни объясняй приказ «заботой о человечестве»… И согласиться с ним означало потерять уважение к самому себе.
– Вы лично говорили с президентом?
Шарий понял мысль заместителя.
– Почему это вас волнует? Да, лично. Он не согласился с моими доводами.
– Понятно.
– Выполняйте указ.
– В таком случае я подам в отставку.
Шарий мигнул, не сразу вникнув в смысл тирады генерала.
– Что вы сказали?!
– Я намерен подать в отставку, товарищ генерал-лейтенант! – сказал Дорохов, вдруг почувствовав облегчение.
Решение было спонтанным, но единственно правильным.
– Вы понимаете последствия…
– Так точно! Я считаю решение главнокомандующего неверным. В сложившихся обстоятельствах нельзя делать шаг вперёд и два шага назад! Разрешите отбыть в главк для подачи письменного заявления?
Кровь бросилась Шарию в лицо, но сдерживаться директор ФСБ умел. Сказал глухо:
– Не разрешаю! Даю двое суток на размышления. Не передумаете – вернёмся к этому разговору. А пока что выполняйте мой приказ.
– Слушаюсь! – деревянным голосом ответил Дорохов, выключая арвижн-систему.
В палатку вошёл Савкин, с откинутым капюшоном, с обросшими изморозью волосами.
– Андрей Тарасович, вы обедали? А то сходим вместе.
Дорохов снял очки, помял ладонями лицо.
– Закурить дашь?
– Вы же не курите.
– Тут не только закуришь, но и запьёшь.
– Что случилось? – Савкин достал пачку сигарет с надписью по-английски «Тюркиш», с двумя золотыми ободками и без антирекламы, какой снабжались пачки сигарет в России.
Дорохов вытащил одну коричневую соломинку, сунул в рот, подождал, пока полковник поднесёт зажигалку, втянул дым, закашлялся и с отвращением выплюнул сигарету.
– Дерьмо!
– Что вы хотите от турок, – улыбнулся полковник. – Хорошего они ничего не предложат, зато в этих сигаретах есть махонький процент гашиша. Контрабанда, однако.
– Ты пользуешься турецкой наркотой?
– Только в исключительных случаях, когда надо расслабиться. Что случилось? У вас вид человека, потерявшего кошелёк с крупной суммой денег.
Дорохов прополоскал рот водой из пластиковой бутылки с «Черноголовкой», рассказал помощнику о беседе с директором.
– Едять тя мухи! – озадачился Савкин. – У нас появился шанс дотянуться до Большого Леса, спасти ребят – и на тебе!
– Это решение президента.
– Чёрт! А я за него голосовал…
– Не вздумай ляпнуть это в компании.
– Я с плохими компаниями не вожусь. Что будем делать, Андрей Тарасович?
Дорохов допил воду в бутылке.
– Выполнять приказ.
– Но это же… предательство! – не сдержался Савкин.
– Сделаем вид, что выполняем приказ, а сами…
– Продолжим искать наших?
– Кому мы можем доверять?