Василий Головачёв – До начала всех начал (страница 21)

– Мы всё равно не сбежали бы, – ответила Рокита, сжав зубы. – Нас сбили бы в любом случае.

– А если бы мы врубили ВСП-режим?

– Тогда, возможно, некому было бы разговаривать об этом, – хладнокровно проговорил дель Карма.

– Почему?

– Потому что кто-то поставил на планете зенитно-ракетные комплексы, включающиеся автоматически.

– Почему же ракеты не перехватили наши хвалёные РЭБы?

– Потому что комплексы не ракетные, – снисходительно возразил Бертран. – Это был энергетический удар.

– Не это главное, – сказал Кецаль. – Нас не сбили, когда мы садились, поэтому о зенитном оружии речь не идёт. Нас почему-то решили не отпускать с планеты.

– То есть строители бункера предусмотрели появление археологов… – начал Серхио.

– Не только археологов, вообще кого бы то ни было, кто решил бы забрать Хомозавра!

– Точно, господин генерал! – воскликнул Бертран. – Всё сходится! Получается, этот змеечеловек – робот Предтеч?!

– Если так, то он… – Санкритьян покашлял, – очень опасен! Не получится ли так, что мы выпустим на волю одного из самых страшных киллерботов прошлого?

Рокита снова почувствовала коготок страха, поцарапавший душу. Не то чтобы она прониклась опасениями ксенолога, подумав о судьбах людей, но в словах учёного присутствовала и немалая доля тревоги. Захотелось даже поддержать Санкритьяна, отдавшего науке контактов с инопланетянами большую часть жизни. Но её опередил Серхио.

– Если бы он был так опасен и силён, – запальчиво проговорил Херард, – он бы давно выбрался из тюремного бункера самостоятельно. На самом же деле еле-еле вылез на поверхность. Да и то непонятно, самостоятельно он это сделал или нет.

– Кстати, и над этим стоит поразмышлять, – сказал Санкритьян. – Каким слабым он ни казался бы, а пробить такую толщу сверхтвёрдого вещества смог. Донна Рокита?

– Подождём общие выводы, – сказала женщина.

– Мы всё равно уже не сможем взлететь, – напомнил Мигель негромко.

Разговоры смолкли. Кто-то произнёс неразборчивое слово, и снова стало тихо.

Донна поёжилась.

– Работаем! – объявила Рокита, стараясь, чтобы голос прозвучал неколебимо твёрдо.

Прошёл ещё час.

За это время единственное, что удалось восстановить, – работа системы обзора и связь с беспилотниками. Два из них по-прежнему барражировали над кратером, наблюдая за поверхностью планеты с высоты десяти километров, но одним решили пожертвовать, послав в космос проверить, можно ли покинуть бывшее ядро звезды на катере. И одним дроном стало меньше. На той же сорокакилометровой высоте аппарат настигла призрачно-зелёная молния, и от него не осталось даже обломка.

Это событие угнетающе подействовало на всех космолётчиков, вдруг осознавших, что они застряли глубоко в космосе и могут остаться тут навечно. Вслух об этом не говорили, однако уныние завладело кораблём, так и не восстановившим свои функции, и Роките пришлось специально завести разговор о связи с Землёй, чтобы поддержать падающий дух космолётчиков. Хотя она как никто другой понимала бесперспективность надежды на скорое спасение. Гравитационные компенсаторы корвета восстановить не удалось, а аккумуляторы гравиков в скафандрах истощались быстро, с трудом поддерживая земную гравитацию, и могли вскоре, не больше чем через сутки, тихо умереть. А выдерживать стодесятикратную перегрузку люди не могли и пары секунд.

Обследовав эллинг, в котором сохранились два катера и содержался Хомозавр (сетка, удерживающая его, исчезла), но обходя его с опаской, решили при необходимости забраться в когги, что давало шанс продержаться ещё пару суток. Однако их основное преимущество крылось в том, что катера – это были шведские «Шхеры» – имели многодиапазонные рации, и первым делом Рокита послала с борта одного когга сообщение беспилотнику, обследовавшему Стивенсон 2–18. Он обладал «струнным» комплексом связи и мог попытаться сообщить на Землю о разыгравшейся драме.

– Только ради всего святого, донна Рокита, не сообщайте о находке, – попросил начальницу экспедиции Кецаль. – Иначе кто-нибудь случайно перехватит депешу и, – он издал смешок, – мы не вернёмся.

– Поняла, – усмехнулась Рокита. – Говорите, ради всего святого, генерал? Интересное у вас понимание святого.

Кецаль промолчал.

Глава 9. Бог в помощь

Стартовать пришлось раньше, чем рассчитывал Антон.

Зонд, запущенный под «материковую плиту» поверхности ТТ Щита, не успел добраться до бункера, из которого «голему» удалось унести ноги в режиме КГГ. Лихов хотел ещё раз убедиться в том, что статуя человеколягушки в странной камере осталась целой и невредимой после форсажного прыжка катера «на струну». Однако внезапно Стоум вызвал начальника экспедиции на общей волне и доложил, что пришло срочное сообщение из Центра. Оно оказалось коротким. «Поиску» предписывалось немедленно отправиться в систему Стивенсона 2–18, где потерпел крушение южноамериканский корвет «Инка» с девятнадцатью космолётчиками на борту.

Подробностей в лаконичном письме не было, несмотря на то что процедура квантово-запутанной связи, используемая в начала двадцать второго века всеми космическими поселениями человечества, давала возможность связаться с любым кораблём в любом уголке Вселенной и разговаривать свободно, не тратя много энергии. Но она требовала тонкой настройки, а ждать объяснений от ЦЭОК, что случилось в Стивенсоне, было бы неправильно.

– Уходим! – объявил Лихов. – Стоум, трек на Стивенсон!

– Выполняю, – ответил компьютер.

Вытаскивать беспилотник из звезды было недосуг, на это ушло бы не менее двух часов, но Антон надеялся, что искин аппарата сообразит, что делать, и вернётся в космос.

Стартовали через полчаса, сразу после доклада компьютера о прокладке курса.

Расчёт оказался точным. «Поиск» растаял на орбите вокруг коричневого карлика ТТ Щита и вышел из «струны» ВСП всего в пяти миллионах километров от гигантской звезды, способной уместить внутри себя чуть ли не половину Солнечной системы.

Космолётчики очнулись, провели необходимый аппаратный контроль, и Антон двумя словами «на уши!» объявил режим боевой готовности.

Включились в процесс поиска все имеющиеся на борту эскора искусственные интеллекты, управляющие исследовательскими и защитными комплексами. «Поиск» превратился в мощный центр цифровой обработки информации, не уступая по вариативности земным институтам обработки.

Не участвовали в развёртке систем только кос-спецназовцы Васи Щёголева и сам Антон. Вернее, он следил за поисками в параллели с корабельным искином, однако непосредственно в манипулировании определёнными видами аппаратуры не участвовал.

Через несколько минут Стоум доложил о находке маяка над второй планетой системы, вопившего: «Владение Перу! Не приближаться, не исследовать!»

Посмеялись над предусмотрительностью экипажа «Инки», позаботившегося о заявке на обнаруженную в космосе собственность, нередко приводившей к инцидентам.

Просканировали богатую планетами и астероидными кольцами систему гигантской звезды всеми видами излучений. Южноамериканский корвет не нашли, зато обнаружили, что вторая планета системы является остывшим ядром давно взорвавшейся звезды, превратившимся в чёрного карлика, и услышали переговоры беспилотных аппаратов, подвешенных над другими планетами, в том числе и над планетой-карликом. Стоуму удалось связаться с искинами аппаратов, и стало понятно отсутствие в системе корвета «Инка». Он лежал на дне неглубокого ущелья на поверхности планеты-звезды – разбитый, точнее, сплющенный от удара о сверхтвёрдые породы, не имея возможности взлететь.

– Что там произошло?! – мрачно осведомился Щёголев.

Никто ему не ответил.

Антон же подумал, что космолётчики «Инки», скорее всего, наткнулись-таки на уцелевшего робота Предтеч, и тот атаковал корвет.

– Стоум, просканируй участок вокруг корвета, – велел Антон. – Не валяется где-нибудь киллербот?

– Вижу две полиметаллические лужицы.

– Что?!

В красном колечке виома возник острый вал ущелья, скачком приблизился, и люди увидели блеснувшую отражённым пламенем Стивенсона лужицу.

– Вероятно, здесь упали зонды, – пояснил Стоум.

– Установи связь с корветом.

– Пытаюсь.

Чёрная планета, испещрённая бурыми, фиолетовыми и багровыми струпьями остывших слоёв, понеслась навстречу эскору.

– Стоп на высоте сто! – скомандовал Лихов. – Дрон вниз!

«Поиск» остановился над чешуйчатым шаром планеты, освещаемый в корму стеной звёздного огня.

Люк десантного отсека выпустил чечевицу разведбота, упавшего в реденькую атмосферу планеты как боевая ракета.

В общем виоме прорезался ещё один операционный конус: дрон включил видеокамеры. Антон мог бы видеть то же, что и беспилотник, через очки шлема, но предпочёл общий обзор.

Беспилотник с номером «09» нырнул к распластавшемуся на гребне ущелья южноамериканскому кораблю. Стали видны детали разрушений сплющенного корпуса.

Кто-то из членов экипажа присвистнул.

Размер постигшей корабль катастрофы потряс космолётчиков.

Более или менее уцелел только сдвинутый к носу горб верхней палубы, в котором находился пост управления. Остальные геометрические формы корпуса поплыли как тесто из квашни и так и застыли, превратив чудо земной космической техники в зияющий дырами блин.

– Там, наверное, никого в живых не осталось! – пробурчал Сталик.

– Стоум?

– Молчат, – отреагировал искин.