Василий Драгослав – Кибер-Волх (страница 1)

Кибер-Волх

Дисклеймер

ВНИМАНИЕ. ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ.

Все персонажи, организации, события и идеологии, описанные в этой книге, являются вымышленными и созданы автором исключительно в художественных целях.

Взгляды и высказывания отрицательных персонажей (включая представителей корпорации «Хронофаг» и их агентов) отражают их личную мотивацию и являются элементом художественного конфликта. Они ни в коей мере не выражают точку зрения автора. Автор осуждает любые формы незаконной вражды, а также любые формы насилия.

Описание любых действий, противоречащих законодательству (если есть), служит исключительно развитию сюжета в рамках жанра фантастики и не является руководством к действию, одобрением или пропагандой таких действий.

Любые совпадения имён, названий с реально существующими людьми, организациями или событиями случайны и непреднамеренны и не имеют никакого отношения к реальным лицам или фактам.

Книга не содержит пропаганды наркотиков, алкоголя. Все сцены употребления алкоголя — исторический контекст и/или критическое изображение.

Автор осуждает любые формы насилия. Батальные сцены в книге представляют собой лишь элемент литературного конфликта.

Часть 1. Обретение силы Глава 1. Исцеление

Трудно себе представить, что испытывает человек, который тридцать лет не может ни ходить, ни рукой пошевелить. А мне и представлять не надо. Ведь так со мной и случилось. Недуг был у меня с детства, как говорила матушка. Меня кормили с ложки как ребёнка. Насекомые ползали по лицу, и я не мог их согнать сам. Я знал, как облупленную, каждую трещину на потолке избы. Несмотря на отчаяние, душа не хотела покидать этот стеклянный мир. Казалось, в самой её глубине упрямо жила уверенность в том, что рано или поздно приключится что-нибудь подобное тому, о чём я хочу вам рассказать.

В нашей семье, кроме меня, было ещё пятеро детей: трое братьев — Борис, Видбор и Яромир — и две сестры, Задора и Жива. Я, Вольга, — старший. Видбор и Яромир были ко мне добры, подолгу сидели рядом со мной, рассказывали новости. Лишь Борис, с его жестокой практичностью исподволь насмехался над моей немощью, звал обузой. Сёстры любили меня и как могли ухаживали. Но годы шли: Задора вышла замуж и покинула село Велесов Клич, где мы все родились. Братья разъехались кто куда, и остался я на попечении матушки да младшей сестры Живы. Отца не помню. На вопросы мать отвечала, что он погиб до моего рождения при очередном половецком набеге.

В то самое утро я был в избе один. Матушка и Жива ушли в лес собирать ягоды и грибы. Вдруг как в сказке скрипнула дверь. В горницу вошёл мужчина с курчавой бородой и серыми глазами, в которых не было ни добра, ни зла. В левом — сталь, рассекающая дух, в правом — загадка. «Здрав будь. Меня зовут Пётр», — представился он. Я тогда не ведал, что этот человек сыграет в моей богатырской судьбе ключевую роль.

Незнакомец без обиняков спросил, хочу ли я исцелиться от своей хвори? «Глупый вопрос», — мелькнуло у меня в голове. А вдруг мне это всё только снится. Кто он? Может демон-искуситель? Я почувствовал, что именно сейчас значение имеет каждое моё слово. Поэтому вслух я учтиво ответил: «Да, конечно, всей душой желаю того». «Тогда придётся тебе довериться мне, Вольга, — голос его звучал спокойно и властно. — Делай, что скажу, и сможешь не только ходить, но и бегать, и даже летать. Но в обмен потребуется твоя помощь. Будешь ли исполнять наши приказы для защиты Руси-матушки, коли мы тебя исцелим?

Поворот был резкий. Меня даже не удивило, что незнакомец знает моё имя. Видимо, соседи подсказали. Сбило с толку его обещание вернуть свободу движения, о которой я не смел уже и мечтать. Конечно, я долго не размышлял. Это был единственный луч надежды в тридцатилетней тьме. Соломинка жизни, за которую хватаешься инстинктивно, даже если не веришь, что это поможет. Я без раздумий шагнул в неизвестность. «Согласен», — ответил я. «Хорошо», — кивнул Пётр. Он налил из ковша в канопку колодезной воды и всыпал в неё горсть белого порошка. «Не будем терять время. На все вопросы отвечу позже. А теперь — выпей». Он приставил глиняный сосуд к моим пересохшим губам. Я сделал несколько жадных глотков. Горьковатая влага обожгла горло, и тут же комната поплыла, обратилась в молочно-белую пелену, в которой таяли все очертания.

Что было дальше — не помню. Очнулся я в том же месте, но ощущал себя иным. У основания шеи будто горел крошечный уголёк, от которого по всему телу растекалась непривычная, почти звенящая сила. Словно в меня что-то ввинтили, встроили в самую плоть. Я лежал и не мог поверить, что способен пошевельнуться, но тело уже подчинялось не только мне, а ещё чьей-то чужой воле. Впервые за тридцать лет я чувствовал то, как мои лопатки касаются рубахи. В голове прозвучало: «Привет, Вольга. Подъём на зарядку!» Заиграла странная мелодия. Затем кто-то хрипло запел: «Вдох глубокий, руки шире, приседайте три-четыре…». Сперва я подумал, что лишился рассудка. Я привык к тишине. А здесь в башке чужой голос с причудливой балалайкой. Думаю: ну всё. Приехали. Но они были так же реальны, как учащённый стук сердца в груди.

У окна стоял Пётр. Тем временем музыка в голове прервалась. Может, это была чья-то шутка? Тогда я мысленно скомандовал пальцу дрогнуть. И он шевельнулся! Легко, послушно. По щеке украдкой скользнула соленая слеза. Затем собрался с духом, опершись на локоть, качнулся и встал на пол. Ноги, три десятилетия бывшие мёртвым грузом, теперь держали мой вес. Из балласта превратились в рабочий инструмент. Я сделал шаг, второй, третий — неуверенно, пошатываясь, как годовалый малыш, но это была моя первая самостоятельная прогулка! Какое чудо!

Пётр молча улыбался, наблюдая, как я открываю для себя ту простую, доселе неведомую мне радость движения, которую любой здоровый человек принимает как данность, а не как подарок от Бога. Взгляд его стал по-весеннему добрым. «Радуйся, Вольга, считай, что заново родился. Теперь у тебя начнётся совсем другая жизнь. Нас ждут великие дела. Кстати, ты же помнишь уговор?» — спросил он. «Конечно, как его забыть, — выдохнул я. — Долг платежом красен. Буду защищать Русь-матушку, как и договаривались. Только скажите, как вам удалось это чудо свершить?»

«Я из далёкого будущего, Вольга, — начал Пётр недолгий рассказ. — Секрет исцеления — в металлической штуковине, которую тебе вживили в тело. Она помогает тебе двигаться, добавит знаний и разума. Твой кремниевый ратник. Его называют искусственным интеллектом. Пока ты спал, я перенес тебя с помощью машины времени в будущее. Там тебя вылечили, а затем вернули назад, домой в ту же минуту.

- Из какого будущего? – спросил я.

- Из того, в котором ты уже умер, ответил Пётр. Не перебивай меня, лучше слушай.

Чтобы тебе было проще понять, в этом импланте живёт технический дух. Теперь, он твой союзник. В трудную минуту поможет, спасёт. Отныне ты не просто человек. В тебе машина. С ее помощью сможешь успешно выполнить задачу по защите Древней Руси от врагов».

«Что за супостаты?» — поинтересовался я. — «Глобалисты, — пояснил Петр, — они алчут власти над миром, ведут войну не только в нашем времени, — сурово пояснил он. — В будущем им нас не одолеть. Вот они и решили проникнуть в прошлое, чтобы изменить ход истории. Их цель — русскую цивилизацию уничтожить. Технологии слепы, а совести у них нет вовсе. Ради наживы на всё пойдут. Теперь ты будешь нашим щитом и мечом здесь в XI веке. Искусственного духа внутри тебя зовут Фёдор, он способен учиться и расти. Невидимый оруженосец, мудрый советчик. Голос его слышен лишь тебе.

- А Федя этот, он мне подчиняется? – спросил я.

- Это ты у него сам выясни. Светового меча у меня для тебя нет, но верю — без подходящего вооружения не останешься. Тебе ещё нужно поднабрать духа богатырского. Для выполнения этой задачи найди Святогора. Удачи, Вольга!»

Изображение Петра задрожало, стало прозрачным, как утренний туман, и растворилось в воздухе, не оставив и следа. Я стоял посреди горницы, слушая бешеный стук сердца. Под ногами прохладная твердь пола.

И тут я почувствовал звериный голод. В печи нашёл пшённую кашу и пирожки с яблоками. Съел всё с жадностью, смакуя каждую крошку. Надел лапти и вышел из дома.

Воздух на улице ударил в ноздри запахами навоза и пыли. Ну и, конечно, свободой. Я хотел остановиться, присесть на завалинку, подождать. Ноги не слушались. Они бежали от избы, хотя сердце рвалось назад, в родной двор, который я видел теперь по-новому. Цифровой чужак во мне молчал. Он просто вёл меня, словно слепого куда-то. Я заскрипел зубами, упёрся — пятки пропахали борозду в земле. Мои ноги пошли сами. Как чужие. Словно я сел на коня, а тот оказался дикий. Понёс в поле. И я вдруг понял: встать-то на ноги смог, а хозяин ли теперь себе? Моё желание было — дождаться матушку с сестрой, поделится с ними радостным событием. Но я не смог. Внутри прозвучал твёрдый голос Фёдора: «На это нет времени». Почему он командует? Пока я возмущался, чужая механическая сила против моей воли несла меня по дороге к выходу из села.

На окраине меня заприметили соседские ребятишки с выжженными солнцем русыми волосами и веснушчатыми лицами. Они остолбенели, а потом, не веря своим глазам, провожали меня до кромки леса и шептались. Вскоре малышня пустилась бегом вприпрыжку обратно в село, чтобы рассказать родителям о чудесном исцелении их некогда лежачего соседа Вольги, свидетелями коего они стали. Один задержался, чтобы дерзко плюнуть мне вслед. Может, он подумал, что я призрак. Хулиган. Вырастет, станет сотником.