Василий Быков – Полное отключение (страница 12)
— Вода ещё не закипела. Можно пока покурить.
Изящный намёк был весьма понятен. Я поставил оба термоса на перила веранды, достал сигареты и угостил хозяина дома. Мы закурили.
— Как, по-вашему, что будет с человечеством дальше? — без всяких вступлений ошарашил меня вопросом док.
— Я думаю, люди сумеют организоваться и перестроить свой быт. Откатимся к началу индустриальной эпохи. Ведь жили наши предки и без электричества!
— Откатимся — или нас откатят?
Я вопросительно посмотрел на фельдшера. Он затянулся, выпустил струйку дыма и пояснил:
— Помню, как в детстве смотрел мультфильм «Властелины времени», и там некая могущественная цивилизация отбрасывает планету в прошлое с целью её колонизации. Сомневаюсь, что можно управлять временем, но локально нарушить закон физики вполне возможно — при определённых технологиях.
— Ваша версия происходящего весьма интересна. Но где же тогда захватчики? Почему не высаживаются?
— Просто они ждут, когда мы перебьём друг друга, чтобы меньше хлопот было. Вы же сами говорили, что в городе уже стреляют.
Я немного помолчал, обдумывая услышанное, а потом ответил:
— Знаете, в существование злых пришельцев я не верю, а вот в существовании злых людей даже не сомневаюсь. Так что держите своего пса под рукой, а ещё лучше — заряженное ружьё, если имеется.
Фельдшер щелчком указательного и большого пальцев отправил свой окурок в недолгий полёт, взял мои термосы и ушёл в дом.
Командная станция 14.5
Лидер-командующий: Профессор, я хотел бы знать ваше мнение. После реализации плана «Блокировка» возникнет ли необходимость дополнительного масштабного воздействия на интересующую нас планету? Какие угрозы сохранятся для наших групп высадки?
Профессор: При высадке наших групп на сушу сохраняется достаточное количество угроз со стороны населяющих эту планету и агрессивно настроенных индивидуумов. Стрелковое оружие может повредить оборудование, но неспособно причинить вред десанту. Их защита выдержит, но артиллерия, бомбы и возможность организации взрывов высокой мощности способны уничтожить наши группы высадки, поэтому я предлагаю осуществлять высадку на воду в достаточном удалении от берега. Разработанные моим отделом исследований биомодули обеспечат развертывание баз на водной поверхности.
Лидер-наблюдающий первого уровня: Простите, профессор, но высадка на водную поверхность потребует размещения дополнительной оснастки и аппаратуры, что приведёт к увеличению объёма и массы десантного модуля. Кроме того, высадка на воду, насколько я понимаю, все равно не гарантирует полной безопасности десанта.
Профессор: Полную безопасность может гарантировать только Вселенная! Учитывая высокую степень злобности и коварства дикарей, населяющих интересующую нас планету, угроза, безусловно, остаётся. Они могут воспользоваться надувными воздушными средствами доставки бомб и взрывчатки, а также плавсредствами, на которых можно разместить артиллерию. Но скорость передвижения и первых, и вторых средств настолько мала, что выйти из-под удара будет так же просто, как убежать от улитки. А что касается увеличения массы и размеров десантного модуля, то пока это только предположение: расчёты не завершены. Давайте обсудим эту проблему на следующем заседании штаба. По поводу необходимости дополнительного масштабного вмешательства — уверен, что при успешной высадке оно не потребуется.
Лидер-командующий: Спасибо, профессор. Лидер-навигатор первого уровня, когда у нас появится детальная объёмная модель поверхности интересующей нас планеты, проработайте предложения по местам высадки наших групп на водную поверхность. Профессор, сообщите лидеру-навигатору первого уровня необходимые условия для развёртывания наших групп высад…
Земля. Область города С
За спиной скрипнула дверь. Я обернулся: фельдшер вышел на веранду с двумя пакетами в руках.
— Здесь ваши горячие напитки. — Он протянул мне первый пакет. — А здесь для ваших детей. Отказ не приму. — Он протянул мне второй пакет.
— Спасибо, док! Я даже не знаю, что сказать.
— Ничего говорить не надо. Слова искажают суть происходящего. Удачи вам!
Я развернулся и зашагал к своим. Обстановка требовала действий и не оставляла времени на сантименты.
Когда я вернулся в наше временное пристанище, вся команда была уже на ногах. Олег, вооружившись гаечным ключом, проводил осмотр нашей техники. Женщины укладывали свои рюкзаки, Генка складывал спальник, Витя и Аня сидели на кушетке и грызли печенье. Я достал оба термоса, а освободившийся пакет разложил на второй кушетке как скатерть. Из второго пакета достал каравай свежайшего ржаного хлеба из печи, кусок сливочного масла, завёрнутого в пищевую плёнку, и семь сваренных вкрутую куриных яиц.
— Батюшки! Это ж откуда такое богатство? — воскликнула Катерина, увидев разложенные продукты.
— Это привет от хозяина дома.
— Хороший человек, — заключила Светка.
Дополнительно к хлебу, маслу и яйцам мы разогрели на газовой горелке большую банку тушёнки, и у нас получился отличный «завтрак туриста».
Когда вся наша команда уже рассаживалась по велосипедам, я запер двери в ФАП, а на перила крыльца положил ключи и две пачки сигарет. Прощай, док! Дай Бог тебе здоровья.
Первая половина второго дня пути была тяжёлой, но без каких-либо приключений. Дорога проходила преимущественно сквозь густой лес, поэтому поднявшийся ночью ветер нам не очень досаждал. По ходу движения попадались заброшенные деревянные дома и бетонные строения. Ни одной живой души и даже ни одного признака жизни мы не встретили. В одном месте сократили путь километров на десять, проехав по льду небольшого замёрзшего озера.
Через четыре часа нашего путешествия было решено сделать привал. Дети замёрзли и стали хандрить. Мне, если честно, тоже надо было отдохнуть, как и всем нам. Остановились мы, по традиции, на бензозаправке, только на этот раз она была без торгового зала — лишь небольшое кирпичное строение, в котором раньше сидел оператор.
Дверь ожидаемо была выбита. Внутри творился такой бедлам, что даже описать невозможно. Мы с Олегом и Генкой разгребли весь хлам по углам, освободив место для нашей компании. Всё, что может гореть, свалили в кучу у входа, облили бензином — не зря я таскал бутылку с горючим всё это время — и подожгли. Заправка была со всех сторон окружена лесом, поэтому мы с Олегом быстро собрали охапку больших веток и бросили их в огонь. Генка тем временем соорудил из обломков разбросанных повсюду кирпичей что-то вроде маленькой печки. На это сооружение мы водрузили чугунную кастрюлю, подвинули максимально близко к огню и накидали внутрь снега. Когда вода в чугунке закипела, бросили туда четыре пакета лапши быстрого приготовления и последнюю банку тушёнки — на этот раз куриной, закрыли кастрюлю крышкой и отодвинули от костра. Через пятнадцать минут обед был готов.
Горячий суп быстро согрел организм изнутри. Женщины расстелили на полу спальные мешки и растянулись на них отдохнуть. Олег достал карту, и мы с ним сели возле догорающего костра, пытаясь вычислить наше местонахождение. Генка сидел рядом и ворошил веткой тлеющие угли. Детей отпустили побегать по территории бензозаправки.
Пронзительный девчачий визг буквально разорвал морозную тишину, и мы с Олегом подскочили на месте. Первым прибежал Витька, за ним крича мчалась Анюта. Олег бросился навстречу сыну, я побежал следом. Что произошло, было совершенно непонятно. Когда Олег подхватил Витю на руки, тот произнёс только одно слово: «Волки!» — и показал в сторону дороги. Через мгновение Анюта уже висела у меня на шее, крепко обхватив её руками и перестав визжать.
По дороге в нашу сторону мчалась свора собак. Мы с Олегом и детьми рванули в сторону укрытия. Женщины уже стояли на улице рядом с Генкой. Олег вручил Витю своей жене, а я перевесил Анюту со своей шеи на Светкину.
— Сидите в будке и не высовывайтесь, — скомандовал Олег женщинам, а затем выхватил из кучи мусора какую-то тряпку и быстро намотал её на левую руку. В его правой руке блеснул огромный охотничий нож.
Я отобрал у Генки ветку, которой он ковырял угли, и выхватил из кармана пистолет. Самого Генку завёл к себе за спину.
Свора приближалась. Я насчитал одиннадцать здоровенных псин. Грязные, худые, с разинутыми пастями, из которых валил пар, — они даже не лаяли: только рычали. По спине пробежали мурашки, ладони вспотели. Я посмотрел на Олега. Мы с ним встали плечо к плечу, заслонив собой вход в помещение.
— Главное — не упасть, — прошептал Олег и выставил левую, обмотанную тряпкой руку вперёд.
Через мгновение свора взяла нас в полукольцо. Глаза собак сверкали от голода и страха, в раскрытой пасти каждой блестели обнажённые клыки. Я не стал ждать нападения и несколько раз выстрелил в самого крупного кобеля, надеясь, что именно он и является вожаком этой своры.
Пуля попала псине в грудь. Пёс взвизгнул и упал на передние лапы. Справа от себя боковым зрением я заметил Генку. Он протиснулся между мной и косяком входной двери. В руке сын держал рогатку — настоящую охотничью рогатку с тремя жгутами и упором на руку.
Всё происходило как в замедленном кино. Генка натянул жгуты и выстрелил в ближайшую псину. Металлический шарик угодил собаке в заднюю левую лапу. Зверюга завыла и закрутилась вокруг себя, явно выбывая из боя. Олег, на мгновение отвлёкшись на этот вой, прозевал атаку: здоровенный пёс прыгнул и вцепился клыками в его выставленную вперёд руку. Генка зашёл мне за спину чтобы перезарядить рогатку. Ещё одна собака дёрнулась на меня, но, размахивая веткой, я отбил атаку. Олег снизу вверх по самую рукоятку всадил нож в живот повисшей на его руке псине. Зверюга разжала челюсти и соскользнула с ножа, шлёпнувшись на землю. Тут из-за моей спины вдруг выскочил Генка, схватил псину с распоротым животом за задние лапы и, размахнувшись, отбросил её в сторону метров на пять.