Василий Боярков – Операция "Незалежная" (страница 4)
«Смотрящий» отодвинулся от кухонного серванта и уселся на одинокую табуретку. Сзади него располагалась газово-котельная установка; у противоположной стены виднелся старенький ларь. «Не иначе притащили с какой-нибудь кражи?» - резонно предположила пронырливая плутовка. Во всеуслышание она, придав себе таинственный вид, недвусмысленно обратилась:
- Слу-у-ушай, Бирюк, а Хохол к тебе заходил… - заправская агентесса взяла короткую паузу; следом, когда допрашиваемый объект натужно напрягся, мастерски выпалила: - Зачем?! - по-лисьи сощурилась.
После такого вступления отрицать не имело смысла. Становилось очевидно, что хитрая плутовка зашла к нему отнюдь не спроста. Стоило сознаваться. Уж лучше! Криминальный авторитет послушно покаялся:
- Просился пару денёчков пересидеть. Говорит, есть какое-то важное дело для украи́нской братвы. Сама должна понимать, я не смог ему отказать.
- Прошлого раза мало? Ладно, прощаю, - ядовитая зубоскалка ехидно оскалилась; не дожидаясь ответной реакции, она перешла к насущному обсуждению: - Он был один?
- Нет, - «смотрящий» выглядел легонько униженным; он отчитывался как нашкодивший школьник, - с ним заявились два друга…
«Хер да подпруга», - хотела съязвить Лиса, но (удивительно?!) промолчала. Бандитский лидер тем временем продолжал:
- У обоих имелись авторитетные рекомендации, так что вопросов, дополнительных и ненужных, к ним не возникло. Об истинной цели, - опередился им просившийся с миленьких губ резонный вопрос, - они не распространялись. Пересидели два дня и восвояси отправились.
- На чём приехали? - придирчивая оперативница интересовалась не просто так; именно за этим она и заехала. - На каком виде транспорта?
- Чёрный американский «джип» давнишней модели, - сообразительный злоумышленник понял всё сразу; он рассказал, что действительно помнил, - старенький, замызганный, во всём неприметный. Такой навряд ли кто остановит. Подготовились ребята в общем-то основательно.
- Номера?.. - дошлая оперативница спросила из чистого любопытства; она прекрасно понимала, что в криминальном мире живут немножечко по-другому. - Какие у них номера?
- Я не зацикливался, - Бирюково признание не знало «чистосердечных» границ; он каялся как на исповеди, - да и зачем? Всё равно они у них не одни. Машинёнку их, «амрика́ньськую», посмотрел, да – чего юлить? – а номерные знаки, извини, не рассматривал. Кстати, на переднем бампере я увидел значительный скол.
- Ясно… - сообразительная разведчица вмиг подсчитала, что интересующие личности находятся уже где-то у украи́нского приграничья. - Их уже не догнать, - проговорила она чуть слышно, - но попробовать стоит.
- Чего, чего? - «смотрящий» отобразился вопросительной миной. - Я не расслышал.
- Ничего, Бирюк, - доблестная шпионка угрюмо насупилась; она привстала и, благодарная, признательно заключила: - Спасибо за помощь. Мне надо спешить, - направилась к выходу. – Увидимся! - прокричала уже в дверях.
Едва оказалась на улице, Лисина позвонила в особый оперативный отдел. Между ней и дежурным офицером состоялся разговор примерно такого плана: «Подполковник Рязанцев». - «Серёжа, это Юлиса. У меня к тебе важное дело». - «Какое?» - «Свяжись со всеми, с кем нужно. Объявляй «Перехват». Пусть задерживают все допотопные чёрные «джипы». На переднем бампере характерный скол. Может, ещё успеем?» - «Что успеем?» - «Даяну похитили!» - «Понял». Сотовая связь мгновенно оборвалась.
Как только закончила, Лисина проследовала к собственной «Ниве». Уселась за руль. Запустила машинный двигатель. Помчалась в Москву. Наступило послеобеденное время. Чтобы не разминуться с Главой государства, следовало изрядно поторопиться.
На столичную окраину неисправимая торопыжка въезжала в половине четвёртого пополудни. Лиса отлично знала, где возникают дневные пробки. Поэтому, избегая центральных дорог, она поехала объездными путями. Возле кремлёвской стены очутилась без нескольких минут пять. На Красной площади появляться на личном транспорте было нельзя: могли не узнать. Пришлось остановиться за пару кварталов. До главным российских ворот добиралась пешком.
Как и всегда, её встретили те самые «двое из ларца». Оба выглядели непроницаемыми, точнее непробиваемыми; скуластые физиономии казались бесчувственными; широкоплечие фигуры скрывались за дорогими костюмами, чёрными и блестящими; глаза не выражали ни страха, ни усталости, ни человеческого сочувствия. С таким «закусись» – и всё, полный «трендец».
У задорной блондинки закрались нехорошие подозрения: «Живые ли вы, ребята, сегодня? Обычно, когда я к ним подъезжала, они торопились с раболепным приветствием. Что изменилось сейчас? Не узнали, что ли, меня?» Чтобы исключить смертельный диагноз, она их даже потрогала. «Вроде тёплые, мягкие, - констатировала как нечто обыденное, - но почему меня не пускают и никак совершенно не реагируют? Может, чего случилось? Надо спросить».
- Эй, вы, что «одинаковы с лица», - вздорная особа никогда особо не церемонилась; она не стала изменять себе, в том числе и сейчас, - пропустите меня вовнутрь. У меня к Президенту есть срочное дело. Он меня ожидает… ещё со вчерашнего дня, - уточнилось ею для пущего убеждения.
В ответ тишина.
- Да звонила я ему, звонила, - сообразительная плутовка посоветовала бы именно тоже самое; она начинала нервничать, - он не доступен. Наверное, очень занят? Пустите – мы разберёмся на месте. Если по вашей – тупоголовые идиоты! – милости мы сегодня не встретимся, то – по-о-осле! – вы непременно поплатитесь. Итак?..
Непрошибаемое молчание.
- Да-а, - нахальная особа рассуждала во всеуслышание; она заходила туда-сюда-обратно, - таких не свернёшь. Может, уехать без предварительного доклада? Как же тогда наше новое ответственное задание?.. Вдруг оно очень важное? Надо обязательно прорываться. Эй! Бессмысленные бараны!.. - задиристая сорвиголова́ решила их вывести из себя (наивная, ха!). – Давайте, что ли, немножко посоревнуемся? Кто кого нокаутирует, тот и останется при своих. Если одержу победу я, то спокойно пройду. Если нечаянно одолеете вы, я непременно уйду. Ну так, как?
Отъявленная придира заняла вызывающую позицию. Неприлично задёргалась. Стала имитировать поражающие удары. Попутно она обидно злословила:
- Такие вроде здоровые, а «зассали» обычной девчонки. Мне бы вашу форму – вы давно бы уже лежали. Без компромиссов! Тупые кретины! Вы чего, не понимаете, что ли? Просто так я б никогда не приехала.
Неожиданно! В грудном кармане у «правого» заговорила портативная рация: «Обеспечить безопасный выезд». Разухабистую блондинку подхватили по ручки и потащили в сторонку. Как бы она не брыкалась, но цепкие объятья держали жёстко. Освободиться так и не получилось. Непримиримая девушка громко заголосила:
- Отпустите, «лять»! Отпустите! Моя напарница в серьёзной опасности!
Пока она отбивалась, кремлёвские створки неторопливо раскрылись. Наружу показался президентский кортеж. Когда он поравнялся с бесчинствующей особой, заднее окошко автомобиля «номер 1» чуточку приспустилось. Её подозвали. Предложили присесть.
- Что случилось? - Глава государства потребовал быть предельно краткой; своё желание он выразил одними глазами. - Почему вы вчера не явились?
- Даяну похитил Михайло Ляйненко, - взбалмошная блондинка сразу как-то поникла; дальше она изъяснялась уважительно и почтительно, - я ездила узнавать. Его опознала моя давняя хулиганистая знакомая. Ещё он заходил к криминальному авторитету, по преступному псевдониму Бирюк, - разговаривать на привычном жаргоне не позволял высокий статус её собеседника. - От него я узнала, что украи́нский лейтенант заявился с двумя подельниками. Он же сообщил, что мы потеряли целых два дня. Я полагаю, моя неразлучная напарница находится уже на границе. Прошу разрешения отправиться на спасение.
- Действуй, - дал согласие Президент; он оглядел её взыскательным взглядом, а следом спросил: - Справишься?
- Да, - заковыристая разведчица зарделась багряным румянцем; она вдруг вспомнила про новое поручение, - Но как же… наше ответственное задание? Кто исполнит его?
- Не беспокойся, - последовала величественная улыбка, - твоя украи́нская одиссея с ним в чём-то взаимосвязана. Отправляйся – и без Даяны не возвращайся, - сказалось им как дополнительный стимул. - Операция нарекается «Незалежная».
- Совсем забыла, - расторопная, вдруг встрепенулась разведчица, схватив за дверную ручку, - мне срочно нужно́ английское подданство, соответственно, шенгенская виза.
- Иди и не беспокойся, - Глава государства отобразился заботливой мимикой, - завтра утром всё будет. Можешь отправляться прямо сейчас. Тебя нагонят в дороге.
Задняя дверь открылась, и Лисина оказалась на улице. Президентский кортеж поехал по установленному маршруту. Юла вернулась к несговорчивым стражникам. Пожала им могучие руки. Добросовестно извинилась. Пошла к автомобильной стоянке.
Глава III. Лесной патруль
В то же самое время недалеко от линии фронта…
Пленённую агентессу подвозят к российско-украи́нской границе. Она сместилась, существенно отстранилась. Неподалёку ведутся изнурительные бои. Слышатся канонадные залпы, пулемётные очереди, одиночные выстрелы. Вражеские лазутчики решают остановится. Они сворачивают с центральной дороги и углубляются в лесистую чащу. Хотя дорога и по-зимнему снежная, но изрядно укатанная. Поэтому едет американский джип практически беспрепятственно. Он отмеряет чуть больше чем три километра. Предусмотрительно останавливается. Ляйненко распоряжается: