Василий Боярков – Легенда о капитане Бероевой (страница 16)

– Нет! – стараясь не особо замешкаться, поторопился заверить российскую напарницу американский агент. – Чем хочешь поклянусь – я никому ничего не рассказывал!

– Да, действительно?! Тогда ладно! – придала́ Бероева себе простоватый, наивный вид (что яснее-ясного говорило – она не верит ни единому, сказанному ей, слову, произнесённому специальным сотрудником США, которого про себя российская сыщица убежденно именовала «амриканським шпиёном»).

Расставив все точки над литерой «И», с поисками «мистической верёвки» порешили заканчивать, а далее направились в сторону отопительного отсека, как и накануне, следуя исключительно по металлическому пути. Вторичный поход, ставший привычным, прошёл без неприятных задержек. Когда через полчаса они достигли выбранной цели, вполне ожидаемо обнаружили, что единственный вход, позволявший попасть в котельное помещение, наполовину завален накопившимся снегом, плотно прибитым нескончаемым ветром. Пришлось воспользоваться широкой лопатой, верхним кончиком торчавшей чуть в стороне, чтобы с её помощью очистить заснеженную преграду. На усердные работы ушло чуть более получаса. Расчищали попеременно: совестливая девушка ни в коем случае не хотела отлынивать от трудовых нагрузок (между прочим, заканчивать посчастливилось именно ей). Вдруг! В полной мере освободив входное отверстие, она резко воткнула использованную лопату в густую снежную массу, но попала не в то же самое место, где она была изначально, а немного левее… не достигнув прочного льда, незаменимое орудие человеческого труда на что-то наткнулось. У Оксаны бешено застучало сердце. Словно хищный зверь, почуявший скорую добычу, она приняла́сь энергично раскидывать наваленный снег и раскапывать тот неизвестный предмет, пока еще непонятный, но чрезвычайно уже интересный.

– Что там?! – громко и стараясь перекричать ревущую непогоду, поинтересовался О’Нил. – Что-то нашла?!

– Точно покуда ничего не скажу! – на тех же тонах отвечала энергичная девушка, продолжавшая усиленно работать штатной лопатой. – Сейчас поглядим!

Внезапно! На очередном неутомимом взмахе она различила, как вместе с плотным белоснежным осадком в сторону полетело что-то достаточно тёмное. Определив примерный участок, куда плюхнулась ископаемая вещица, трудолюбивая сыщица направилась прямо к ней и осветила электрическим фонарём… после долгих изысканий возбужденному взору предстала окоченевшая человеческая рука, содержавшая и кисть, и плечо, и предплечье. Подняв значительную находку, Бероева прокричала американцу:

– Открывай!

Тот незамедлительно исполнил несложное указание и вынужденные напарники, спокойно миновав очередной предбанник, оказались внутри отопительного отсека. В тесных помещениях котельно-генераторного цеха осталось без видимых изменений: малая площадь, по всему периметру, утопала в багровой жидкости и отмечалась мельчайшими человеческими останками; механические агрегаты исправно работали.

Осмотрев чудовищную находку, российская оперативница привела профессиональную констатацию:

– Вне всяких сомнений, обнаружена верхняя конечность инженерного техника Вани.

– Почему такая уверенность? – поинтересовался Джонни, недоверчиво сморщившись и выказывая непреднамеренную предвзятость.

– Если ты успел заметить, он был одет в специальную одежду, отмечавшую ведомственную принадлежность к «Газпрому», а оставшийся рукав – он аккурат от отличительной куртки. Заберём отсоединённую конечность с собой, – убеждённо заявила бесповоротная девушка, заворачивая её в обычную тряпку, – пусть Док осмотрит, а заодно и хорошенько изучит.

– Как знаешь, – не стал возражать раздражённый американец, недоверчиво пожимая плечами, – не понимаю, что он тебе дополнительно скажет кроме того, что и так очевидно – найденная конечность не отрублена, а откушена… Может, двинем уже обратно? Здесь даже простому смертному видно, что ничего не изменилось, а осталось по-старому.

– Давай, – согласилась Бероева и тут, словно внезапным выстрелом, непререкаемо подытожила: – доделаем то основное дело, за каким ты отправился – и сразу назад!

– Но я пошёл взглянуть на обнаруженную веревку, – О’Нил старался быть убедительным, но всё-таки легонечко вздрогнул, – но мы там уже закончили и – как ты сама могла убедиться – выяснили, что она безраздельно отсутствует.

– Да?.. И только лишь? – выразила молодая москвичка неподдельное удивление, будто бы хотела убедить плутоватого напарника, что является искренней дурочкой.

Джонни же воспринял ее словесную игру совсем по-другому: он почему-то предположил, что, попав под восприимчивое действие его безотказных флюидов, красивая девушка попросту взяла да на него и разом запала; сейчас же, не найдя ничего лучше, она изыскивает любые пути, способные помочь ей добиться его личного расположения, благосклонного снисхождения, но и не задеть непогрешимой де́вичьей чести. Сладострастное положение его всецело устраивало, и специальный агент не воспринимал в дальнейшем Ксюшу, как некое препятствие, внезапно вставшее на сомнительном, нечестном пути и мешавшее достижению каких-то личных таинственных целей (к слову сказать, именно такого эффекта и добивалась заправская сыщица). «Я не знаю, что ты здесь ищешь, но скоро ты обязательно мне это покажешь, даже если – черт возьми! – придётся с тобой переспать… хотя до позорного финала, уверена, не дойдет», – подумала Оксана, от которой не ускользнула та кардинальная трансформация, какая у её нового американского «друга» произошла по отношению к ней.

Глава VII. Шестой

Закончив беглый осмотр котельно-генераторного отсека, раздосадованные (каждый по-своему) оперативники отправились обратной дорогой, двигаясь к главному входу. Путь представлялся знакомым, и они преодолели его гораздо быстрее, чем прошли накануне. Бероевой всё время приходилось держать взведённый пистолет наготове: она ещё не нашла окончательную разгадку происходившим событиям, а значит, требовалось оставаться во всеоружии, чтобы в любое мгновение по-быстрому сбросить тёплую варежку, извлечь наружу безотказный ПМ и начать вести прицельный огонь. Однако переживания оказались беспочвенными, и до входа, ведшего в основную часть комплекса, коллеги по правоохранительной деятельности добрали́сь без существенных происшествий (если не принимать во внимание обжигающего холода и сплошного, беспросветного снега).

Когда неустанные путешественники оказались внутри, той же минутой направились во врачебный кабинет доктора Джордана. Практичная девушка не преминула передать ему для детального анализа замороженную конечность, недавно ими найденную и, как известно, изрядно потрёпанную; её она положила напрямую на хирургический стол.

– Осмотрите Док, пожалуйста, найденную руку, – обратилась она с просьбой, больше похожей на приказание, – и дайте нам профессиональное заключение.

Разрезав одёжный рукав, скрывавший представленные останки, Майкл добросовестно принялся их исследовать. Через пять минут тщательного осмотра он заключил:

– Могу с полной уверенностью сказать, что это левая мужская. Она отделена от основного тела аналогичным способом, какие мы наблюдали на ранее обнаруженных трупах, то есть резким сжатием с двух сторон острым и прочным предметом, похожим на железные зубы.

– Вы хотите сказать, – прервала его дотошная россиянка, не отходя наблюдавшая за его нехитрыми действиями, – что она просто-напросто перекушена?

– Именно, – настаивал медицинский сотрудник, покручивая «мёртвую» руку перед задумчивыми глазами внимательных слушателей, – одним мощным сжатием челюстей, как, знаете, собака перекусывает куриные крылышко или лапку.

– Тем самым, – не унималась любознательная красавица, хлопая длинными густыми ресницами, – имеется в виду нечто схожее с огромным хищником – правильно ли я сейчас понимаю?

– Трудно сказать, – Джордан пожал плечами, – но, похоже, что так.

– Ну вот, я же говорил, что мы столкнулись не с Гомо Сапиенс, – сумничал специальный агент, не сумевший удержать при себе личное мнение, – а здесь водится какая-то неизвестная живность, ранее невиданная, но ужасно полюбившая человечину.

– Допустим, – сильнее заморгала прекрасная сыщица, – но у меня назревает вопрос: является ли представленная конечность телесной частью одного из четырёх трупов, что находятся в зимовочном морозильнике?

– Судя по нательной одежде и имеющемуся строению – однозначное нет, – сделал авторитетное заключение вдумчивый врач, – оставшийся рукав является частью специальной куртки, какую носил пропавший Картонкин, все же остальные убитые одевались в другие вещи.

– Таким образом, – предположила Оксана, останавливая кокетливую игру, – мы приходим к очевидному выводу, что обнаруженная рука являет прямую принадлежность к пропавшему электрику-технику – правильно ли я понимаю?

– Определённо, – согласился американский доктор, положив начинавшую оттаивать человеческую конечность на хирургическую поверхность.

– Значит, можно с полной уверенностью сказать, – продолжала допытываться любопытная девушка, – что Ивана в живых мы более не увидим?

– Без сомнения, – констатировал медицинский специалист, – даже имея всего единственное ранение, у него навряд ли бы получилось остановить артериальное кровотечение; да и время, проведенное на стылом морозе – а он отсутствует уже практически целые сутки – не сказалось бы благоприятно на повышенную жизнеспособность.