Василиса Мельницкая – Гимназистка (страница 41)
Домой я зашла, чтобы переодеться. К вечеру становилось прохладнее, и я не хотела отказываться от ежедневной прогулки. После того, как узнала о том, что здание гимназии принадлежало Морозовым, меня туда тянуло.
Занятия еще на начались, но я имела право посещать гимназию в рабочие часы. Однако обследовать здание не спешила. Там сейчас нет учениц, и мой интерес заметят. Как минимум, директриса знает, кто я, так что байкой о поисках призрака не отделаться. Зато никто не мешал мне гулять по парку. Он открыт и для местных жителей, строго с шести и до десяти вечера. В основном, я встречала там пожилых людей или мамочек с колясками. Детям постарше в парке было неинтересно, так как таблички на цветниках и газонах напоминали о том, что гулять можно только по дорожкам парка.
Мне нравилось неспешно ходить по аллеям и сидеть на скамейке возле фонтана. А сегодня в уединении, и вовсе, появилась жизненная необходимость. Думать о случившемся, строить теории и делать выводы не хотелось. Зачем, если разговор с Александром Ивановичем еще впереди? Да и у Савелия, наверняка, есть собственная версия произошедшего.
Однако отвлечься не получилось. В мыслях неизменно присутствовал Савелий Бестужев. Я вспоминала наши встречи, разговоры, но уже под иным углом. И не могла избавиться от чувства стыда. Неприятно, когда тебя водят за нос, пусть и по чьему-то приказу.
А еще, пожалуй, я испытывала некоторое облегчение. Теперь можно не беспокоиться из-за того, что Бестужев в меня влюблен. Все это игра. Если только Александр Иванович не выбрал его мне в мужья. Мысль о том, что женщину-эспера используют для «размножения», все еще пугала.
Завтра. Я узнаю все завтра.
На парк опустились сумерки. В той части, куда я забралась, фонари отчего-то не зажглись. Заблудиться я не боялась, поэтому не спешила уйти. Наоборот, присела на скамейку, кутаясь в теплую кофту.
Воздух свежий. Сладкий, с ароматом хвои и цветов с ближайшей клумбы. Мне казалось, ветер приносил сюда и запах моря. Оно не так уж и далеко. Интересно, что теперь будет с учебой? Не заставят ли меня уйти из гимназии? У эсперов, наверняка, собственная программа обучения. Вот Савелий — практикант…
Тьфу! И снова о Бестужеве. Впрочем, это неудивительно. Он играл на моих чувствах. Я почти… Нет, я ему поверила, без «почти».
В кустах мелькнуло что-то светлое. Хрустнула ветка. Не собака, кто-то крупнее и выше. Садовник? Охранник? Я прислушалась к тишине, нарушаемой лишь шелестом листьев. Но если это кто-то из служащих, зачем ему прятаться в кустах?
— Сава, это ты? — громко спросила я. — Выходи.
Я предполагала, что Бестужев не захочет откладывать разговор. Антонина Юрьевна знала, что я гуляю в парке. Он мог меня найти.
В ответ кусты затрещали, но тот, кто прятался, не вылез, а, наоборот, убегал. Навряд ли это Бестужев. Он, хоть и гад, но не трус.
Я испугалась… и рванула следом. Будто это так важно, увидеть, кто прятался в кустах!
К счастью, безумие длилось недолго. Кусты я обогнула, не ломать же ветки. И за ними обнаружила сторожку. В ней, наверняка, хранили садовый инвентарь. На двери висел замок. Метрах в пяти виднелась стена главного здания гимназии. Где-то рядом отчетливо хлопнула дверь.
Я поежилась и поспешила к выходу из парка. Это ж додуматься надо, бегать за кем-то по кустам, когда вокруг ни души! Мало мне… приключений.
В любом случае, в кустах прятался не призрак. Он так не шумел бы.
Глава 38
К возвращению Александра Ивановича Савелий так ничего и не написал. Задание он получил простое: познакомиться с объектом так, чтобы выглядело это естественно. И находиться рядом, присматривать, не допускать сильных волнений, в ожидании, когда сила эспера начнет пробуждаться.
Для чего такие сложности, Савелию не объяснили. «Подумай, — сказал Александр Иванович. — Поймешь, добавлю балл к итоговой оценке».
«Она девчонка» — самое логичное объяснение. Провалится в Испод, и поминай, как звали. Отчего Яру не учили элементарной самообороне, Савелий не понимал. У него сложилось впечатление, что она ничего не знает об эсперах. А собственный план, и вовсе, казался гениальным.
Александр Иванович каждодневного отчета не требовал. То ли доверял, то ли присматривал за Савелием незаметно. А, может, и Степан, сменщик, докладывал ему о состоянии дел. Круглосуточно находиться возле Яры Савелий не мог. Но Степан «пас» девчонку незаметно, находясь поодаль. У него и опыт, и мастерство… И вообще, непонятно, на кой ляд Александру Ивановичу понадобился Савелий! В управлении полно профессионалов. Разве что у них есть дела поважнее, чем слежка за сопливой девчонкой. А тут он, практикант.
Савелий предпочел бы ходить в Испод, пусть даже с напарником. Или учить наизусть карты и координаты популярных маршрутов. И даже тренироваться в мыслеречи. Только бы не таскаться за девчонкой!
А потом он столкнулся с ней нос к носу — и пропал. Само собой, не сразу, но…
В «Пышку» Яра забрела случайно. Савелий мог бы не устраивать представление. Не вмешивать ее в эту мутную историю с Ольгой. Он не собирался ей помогать, только вид делал, что ищет исполнительницу. Савелию казалось, что Ольга и сама понимает, что ей грубо отказали, а сопротивляется из вредности. У него появилась иная цель — вывести Яру из себя.
Александр Иванович велел ее не волновать. Но если Яра будет нервничать и злиться, сила пробудится быстрее. И Савелий от нее избавится, передаст куратору. Задание будет выполнено.
Однако Ольга вмешалась и перехватила инициативу. И чуть не уговорила Яру участвовать в розыгрыше. А потом он увидел ее, бредущую под дождем. Пожалел. И… пропал.
Савелий отказался от плана вывести ее из себя и спровоцировать пробуждение силы. В конце концов, все складывалось так, как хотел Александр Иванович. Они познакомились. Савелий собирался ухаживать за Ярой, как за обычной девушкой. А буквально на следующий день она заявила, что хочет отомстить соседке.
У Савелия хватило ума доложить об этом Александру Ивановичу. Он сказал, что Савелий кашу заварил, ему и расхлебывать. И что нужно использовать ситуацию для проверки моральных устоев Яры. Узнать, пойдет ли она до конца в своей жажде мести.
«Как же я девчонку раздену? — спросил Савелий. — Если до этого дойдет?»
«Твоя проблема, — ответил Александр Иванович. — Выкручивайся, как хочешь. Но если узнаю, что использовал силу эспера, накажу строго. Блокатор надену, и будешь в архиве служить. И никакое влияние рода тебе не поможет».
И нет бы Савелию сообразить, что проверяют не только Яру! Так он трюк с «тленом» провернул. А потом эта «дуэль» с Матвеем…
Вот что он хотел доказать? Кому? И если сейчас писать правду, то получится не отчет, а явка с повинной. Но не страх наказания не позволял ему взяться за ручку. Практику не зачтут, плохую характеристику напишут? Переживет. Савелий испытывал жгучий стыд от того, что повел себя, как сопливый пацан. А еще от того, что придется объяснять все это Яре. И то не факт, что она поверит и простит.
— Отчет готов? — спросил Александр Иванович, войдя в кабинет.
— Нет, — выдавил Савелий.
— О, а я вижу, что готов. — Он ловко выдернул у него из-под рук чистый лист. — И замечу, что справился ты с ним на «отлично».
— Издеваетесь? — буркнул Савелий.
— Отнюдь. — Александр Иванович занял свое место за столом. — Осознание своих ошибок — путь к успеху. А уж сколько уроков ты из этого вынес…
Савелий взглянул на него исподлобья. Серьезно? Не издевается, а… хвалит?
— Не читаю я твои мысли, Сава. А тебя — чувствую. Что-то ты совсем расклеился, если не сообразил. Может, чаю?
Савелий судорожно перевел дыхание.
— Не откажусь, — признался он.
— Вот и сходи. За чаем. Мне черный.
Савелий притащил в кабинет поднос с чашками, чайником и вазочкой с шоколадными конфетами. Он собирался поужинать с Ярой, но этим планам уже не суждено сбыться. Конфеты — не еда, но ничего другого у секретаря не нашлось.
— Рассказывай, что вы с Матвеем не поделили, — велел Александр Иванович.
— Яру, — честно признался Савелий.
Александр Иванович удовлетворенно кивнул.
— Молодец. А подробнее?
Савелий и рассказал. А что теперь скрывать? Психанул, как пацан, едва понял, что Матвей и Яра давно знакомы. Поначалу хотел имитировать дуэль, ради того, чтобы Ольга успокоилась. Ей донесли бы непременно, а с Матвеем он договорился бы. Но увидел Яру… и вспылил.
— Но по лицу случайно. Честное слово.
— Верю, — согласился Александр Иванович. — Ох, и дурень же ты, Сава. Матвей успел понять, что Яра — эспер?
— Не думаю. Ничего такого не было. Если только она сама ему не сказала.
— Не скажет. И ты молчи.
— Но как? Как это скрыть? — удивился Савелий. — Если они будут общаться, а она — учиться… Кстати, что она делает в гимназии?
Александр Иванович задумчиво взирал на Савелия, подперев голову рукой.
— Практику ты сдал, — наконец произнес он. — На «четверку». Ошибок наделал, факт, но урок вынес. Отмечу в характеристике, что проблемы ты умеешь решать нестандартными способами. Задание выполнено. Добавлю балл, если расскажешь мне, что Яра делает в гимназии.
Это возвращало их к разговору о слежке. Вернее, о ее причинах. Самое очевидное Савелий решил не упоминать.
— Ну… наверное, полезный навык приобретает. Не сражаться же ей с живчиками, в самом-то деле, — предположил он. — Будет ходить в Испод в паре, лечить при необходимости.