Василиса Кириллова – Князь из Китежа. Третья часть (страница 3)
– Потому что больше некому, Соня. Мог бы сам, не устраивали бы все эти пляски с бубнами…
– А почему он не может? – показываю на Шторма.
– Потому что он твой истинный, а не его, – с сарказмом произносит Велесов.
Ясень пень, что мой!
– Но я же никогда этого не делала! Вдруг я что-то поврежу ему.
– Что? Все жизненно важные органы не задеты! Голова на месте, член тоже, даже жоп…
– Я поняла, поняла! Что надо делать? – прервала я врача, покрываясь густо краской.
– Сердце тоже, – добавил он, улыбаясь… – Ну может быть, вот эта правая титька будет со шрамом…Ну ты же его не за это полюбила, да?
– Да! – ору я. Конечно, не за это! Даже не знаю за что…Просто полюбила и все…
– Вот и замечательно! Носки когда-нибудь штопала? – отвечает он, расплываясь в широкой улыбке.
– А вы точно врач? – решила ответить ему я. Сравнивать носки и Псковского это уже перебор…
– Конечно! Но документы в тереме забыл, на дубовом столе…В общем, принцип тот же. Подцапаешь кожные покровы с разных сторон и сшиваешь…Понятно?
– Понятно! Что ничего не понятно, – пробурчала я.
Тогда врач достал кинжал и резанул себя по руке… Охренеть…Затем плеснул чем-то на рану, и кровь перестала стекать, и, как и объяснял, продемонстрировал навык на практике, так сказать…
Первый прокол дался мне очень тяжело, как, собственно, и все следующие, пока я не дошла до конца раны… Руки тряслись от напряжения, все-таки это живой человек, хоть и выглядит, как мертвец…
– Вот и молодец! Осталась бы в семинарии, взял тебя к себе на факультет- похвалил меня Велесов. – А теперь перейдем к самому сложному…
В семинарии? Как же! Я думала, что больше никогда не увижу Гера, что моя жизнь больше никогда не будет нормальной…Зачем? Зачем было это помнить? Если изменить было уже ничего нельзя… Проживать один и тот же момент каждый раз… Когда он жадно меня целует, а затем я должна уйти и оставить его, раствориться в дымке портала…Истерика…Вот что со мной было… И когда Вольгович предложил остаться, я тут же отказалась…Вот и все…
– Так это было несложное? – решила уточнить я.
– Это мы оболочку в норму привели, а теперь нужно магические каналы починить…Ты его, конечно, знатно магией пропитала… Но с его каналами…Это все равно, что дырявый горшок поливать…Жизнь поддержала, но он все еще маг без духовной основы…
– Духовная основа?
– Шторм тебе потом объяснит…Сейчас смотри на меня и повторяй, ясно? – произнес он спокойно. Тимур мотнул головой, подтверждая его слова.
Велесов снова достал кинжал и резанул по руке…Придурочный врач…
– Я маг крови, как и ты…Это наш основной катализатор, который помогает преобразовывать одну энергию в другую…Это руны – наш инструмент… Показывает на знаки на своих руках, больше похожие на татуировки. Это магические точки, по-вашему, чакры, в них аккумулируется основное количество магической энергии…– показывает на солнечное сплетение, запястья… Моя сущность – яростный медведь, у моего сына – грозовой…У тебя, у него и у Шторма – сущности иного порядка. Наши духовные начала находятся в конфликте, и я вам могу принести только вред…
Пытаюсь, как можно быстрее, переварить быстрый экскурс в мир сущностей и магии. Но страшно туплю.
– Тимур? Помоги ей нанести руны…
– Док? Может подождем? Она же только вчера…
– Тимур… Если мы сейчас не запустим процесс регенерации…Через несколько часов он труп…Она его истинная, не пострадает…
– Я смогу! – прерываю Шторма. Да, я нехрена не понимаю, что надо делать…Но и умереть ему не дам…
Шторм помогает мне нанести руны на тело Гера…Я не чувствую боли, да и из пальца кровь будто не течет, замерзла что ли…Он такой холодный… Так и хочется его согреть… Когда мы заканчиваем… Я ощущаю снова, как дикая волна жара растекается по телу… Голова гудит и кружится… Но если тогда меня будто прибивало к земле, то сейчас из меня будто-то тянули что-то с такой силой…Что невозможно было стоять…
– На стол…– командует Велесов.
– Он же убьет ее! – орет в ответ Тимур, поддерживая меня за плечи.
– Не убьет! Возьмет столько, сколько нужно, она его истинная, – отвечает врач.
– Нет. Не сегодня, – противится Шторм. Я чувствую, как он пытается меня заблокировать… Но я сейчас снова ощущаю Гера, как себя…чувствую едва качающие сердце, кровь, которая неспешно течет по венам, боль, которая пульсирует в точках, в которые мы нанесли руны….
– Хотела согреть… так помоги, – ласкает слух чей-то голос…
– Да, господин, – вторит ему мое бессознательное… И тело само взбирается на этот высоченный стол… Не то чтобы я очень против, но как бы я такой команды не давала… Мой оторопелый взгляд ловит Тимур, который не смог меня остановить… А доктор и вовсе трактует все по-своему:
– Она сделала свой выбор, Тимур! Боги создали ее для него…, и он не раз доказал, что достоин, так что не мешай… Пошли…
Куда пошли? А если я что-то сделаю не так? Шторм, видимо, перестарался, потому что парализовал все-таки мое тело, и я не могу вымолвить не слова…как и пошевелиться… Вот зараза…
– Пару часов! Потом заберешь ее! – недовольно бормочет Велесов.
Это последнее, что я слышу…Потому что прикрываю глаза и проваливаюсь в тот же сон…
Псковский помогает мне выйти из лимузина, я так счастлива…Мы стоим напротив очень красивого здания, я никогда здесь не была, похоже на какую-то резиденцию…Ухоженный сад, фонтан в стилистике древнегреческой скульптуры, не сказала бы что ценитель подобного, но эстетика какая-то прослеживается… Лестница вся в огнях, и только красной дорожки не хватает…
– Что это за место? – шепчу ему на ушко.
– Потерпи, принцесса моя, – улыбается в ответ он. Какая же она у него очаровательная, не могу отвезти взгляд… На входе нас встречают, Гер отдает какие-то пригласительные на две персоны, нам вручают в ответ маски…
– Зачем это? – с удивлением спрашиваю я.
– Это такой дресс-код, но, если тебя смущает, можем не надевать… – с какой-то хитрецой в глазах произносит он.
– Надеюсь, это не вечеринка в стиле черных зайчиков…– бормочу я, краснея с ног до головы… Даже не знаю, почему такая аналогия пришла в голову. Однажды, я смотрела фильм с Томом Крузом и Николь Кидман, и что-то подобное мне и навеяло…
Псковский смеется, но потом все-таки серьезно отвечает:
– Принцесса моя, я, конечно, взрослый дядя, но по таким местам свою любимую точно бы не стал бы водить…Да и склонностей у меня таких нет… Я за классические гетеросексуальные отношения…Надеюсь, пояснять не нужно, что я имею в виду? – с иронией произносит он.
– Не надо, – бормочу. А сама даже не знаю, готова ли я к пояснениям подобного рода. Ведь только с ним у меня едет крыша, и я превращаюсь из нормальной, застенчивой девушки, в раскрепощенную стерву…
Когда мы оказываемся внутри, то попадаем в шикарный зал с высоченным потолком, украшенным лепниной в стиле барокко и такой же люстрой. В зале уже людно, многие в масках: мужчины и женщины… И мне становится неловко… Потому что все внимание приковано к нашим персонам…И я уже жалею, что не надела эту долбанную маску…
– Не волнуйся, нас бы все равно узнали… – шепчет мне на ухо, еще крепче сжимая меня за талию… Официант направляется к нам с шампанским, я вообще не пью, но Псковский берет бокал, и я следом за ним… Он не подносит его к губам, а лишь салютует своим знакомым… Я хочу пригубить…
– Не увлекайся, а то пропустишь самое интересное, – шепчет он, касаясь губами мочки уха… Его рука скользит между лопатками, опускаясь все ниже… А я стыдливо опускаю глаза…Потому что мне это нравится…ужасно…Но это же неприлично… Пытаюсь его остановить… А он усмехается…
– Георг, дорогой! Как же я рада тебя видеть! – произносит совсем рядом, очень худенькая женщина в платье из двадцатых годов и таким же головным убором с пером.
– Елизавета Дмитриевна, сколько лет, сколько зим! Голубушка, хорошеете с каждым годом! – произносит Псковский с какой-то натянутой улыбкой. Женщина самодовольно тянется к нему обниматься и целует в щеку… Я понимаю, что это правила этикета…Но внутри все так и клокочет…Это мое…И не надо его лапать… Какая же я все-таки собственница! Пригубляю шампанское, но от этого глотка мне только хуже… Горло начинает спазмить, и я закашливаюсь…
– О, Георг, ты со спутницей? Познакомишь? – наконец, она отлепляется от моего Псковского и обращает внимание на меня.
– Знакомьтесь! Это Елизавета Дмитриевна Романова, княжна, общественный деятель, покровитель искусства, благодаря ей у нас сегодня есть замечательная возможность видеть полотна из частных коллекций Мадрида, Вены, Парижа и других домов.
– Очень приятно! – произношу я, понимая, что передо мной не просто красивая женщина. И этот надменный взгляд, я вроде как тоже заслужила, ведь…
– А это самая настоящая греческая принцесса: София Ахиллова Нафтихиду из династии Дуков. Взгляд княжны стал не настолько уничижающим… Вот зачем он это сказал? Ну какая из меня принцесса?
– Настолько греческих принцесс у нас еще не было! – произнесла она и пригубила бокал…
– С премьерой! – сказал Псковский поднимая свой бокал.
– С премьерой, – отсалютовала она. И только я, как дура, стояла и не могла понять куда мне деть свои руки…Ведь пить больше не хотелось совсем…
Глава 4
– София, дорогая, не подскажешь, как ты оказалась в кровати своего профессора? – произносит грозный голос бабушки. Я судорожно пытаюсь понять, что именно произошло, и почему я там оказалась. Но открывать глаза не спешу.