Василиса Кириллова – Князь из Китежа. Третья часть (страница 2)

– Спасибо, Шторм! Но не хочу, чтобы даже полнамека заставили волноваться Гера, – произношу твердо. Никто кроме него, никто не должен касаться меня из мужчин… Кругом совершенно незнакомый полигон, смутно напоминающий палаточный лагерь в Китеже…

– Он быстрее прикопает меня, если я тебя не доведу! Брось! – басит мужчина, подхватывая меня на руки…

– Не надо! – ору я и трепыхаюсь, лишь бы он меня не трогал… Людей кругом нет, только палатки и сосны с елями…Даже позвать на помощь некого…

– Сестренка! Если бы я хотел, то отвез бы тебя в другое место, да и Горыныча не стал бы спасать…– произносит он как-то зло…

– А может быть, ты и подстроил это? Может быть, хотел убить его? – так же зло отвечаю я и пользуюсь своим оружием – «победоносным кусем».

Шторм зло шипит, но не отпускает…Какой настырный мужчина…

– Пусти говорю! – пытаюсь вырваться.

Мужчина наконец-то выпускает меня из рук… Но хватает за плечи и так хорошенько трясет, будто это я в припадке и не понимаю, что происходит…А то, что я ему несколько раз сказала, уже не в счет…

– Готова слушать? – орет он.

Я, может быть, и готова, только сложно воспринимать информацию, когда тебя треплет, как тряпичную куклу, дяденька под сто килограмм, а в тебе, возможно, и пятидесяти нет.

– Дааа…– пытаюсь произнести, не прикусив язык. Тряска прекращается, но плечи все так же стиснуты в мощных ладонях Шторма.

– Идет война, Соня! Это не шутки! Таких как мы ловят, убивают в нашем мире, и ничего нельзя с этим сделать…Раньше вороны хранили мир между людьми и зверолюдом…Но теперь и это не так… Гаяне – первоклассный воин, но и она пропала… А вчера вообще дичь творилась…Никогда раньше…Слышишь? Никогда не использовали люди магию. Теперь поняла?

– Что поняла? Что теперь нас хотят убить свои же? – пытаюсь сделать логический вывод я.

– Нет, сестренка, – отвечает, поджав губы он. – Теперь мы непросто повод для убийств, мы – повод для экспериментов и оружия… Ничего так не жаждет человечество, как власти… Твоя магия, моя – это идеальный паралитик, который может за одну секунду вывести из боя просто миллионы солдат и техники…

– Но как это возможно? Почему об этом неизвестно? – не понимаю я.

– Неизвестно? – хохочет он. – Мы террористическая угроза для людей, мы другие, неверные, если так тебе будет понятно.

Я вообще не поняла ничего… Я так далека была от всего это…Мне казалось, глупо убивать друг друга только из-за каких-то убеждений… И мне так страшно стало за своих родителей, бабушку…

– А как же мои родители? – с испуганным видом произношу я.

– Они не представляют угрозы! И они, пока не знаю, где ты… По легенде ты провела ночь с Псковским, своим женихом…Юрьич убедил их, что вы спали в разных комнатах, он тщательно за всем проследил…

Боже! Представляю, что они уже себе нафантазировали, но это было в разы лучше, чем в действительности… Быть падшей женщиной в глазах родителей, куда лучше, чем мертвой девушкой…

– Юрьич – это папа Гера? – решаю уточнить, на всякий случай.

– Да! Всеволод Юрьевич, но мы зовем его все Юрьич или Юра! Прицепилось, что ли! Или они просто под копирку друг на друга похожи…Дед у них еще зачетный! Ну ты его еще увидишь! А сейчас пошли к доктору!

– Ты же обещал отвести меня к Геру!

– Сестренка! Горыныч под его чутким присмотром…

Глава 3

Путь до Псковского оказался неблизким, мы долго шли через лагерь, который различался разноцветием палаток, как оказалось, это было сделано для того, чтобы концентрация магии различных сущностей не мешала друг другу, а наоборот способствовала быстрейшему восстановлению. Если хорошенько приглядеться, то можно было увидеть мерцания, которые тянулись к небу и образовывали едва заметный купол, похожий на северное сияние своими переливами.

– Это защитный барьер? – прервала наше молчание я.

– Да! Он самый! – Помогает укрыть нас от назойливых воронов.

Так странно это слышать, ведь буквально несколько дней назад, я понятия не имела не о чем подобном. Да и Псковский молчал… Но с учетом такого лагеря, война шла уже на выживание. Когда мы проходили мимо голубой палатки, я отчетливо услышала дикий крик, от которого меня так передернуло.

– Крыло вставили! – с невинной улыбкой произнес Шторм.

– А орет так, как будто выдрали! – пробурчало бессознательное. Трудно было не согласиться, но я решила оставить это без комментариев.

– Не бойся! Это несмертельно! Сейчас поспит, крыло срастется, и снова будет как прежде…Это нас отличает от людей – регенерация! Когда я лежал в сточной яме, умирал… Я и подумать не мог, что это не конец, а только начало…Тело горело в агонии, я буквально захлебывался своей кровью… Были пробиты легкие, сломаны ребра… Небо, затянутое грозовыми тучами, первые капли дождя должны были добить, но нет… Когда дождь закончился, во мне во всю бушевала магия. Сколько я тогда наворотил…

Я слушала с замиранием сердца. Ведь я точно помнила, что моя рука была сломана…А сейчас ни следа, только сильная слабость…

– Главное, сестренка. Это контроль и тренировки. В здоровом теле – здоровый дух.

Сложно было понять, то ли он опять флиртует, то ли действительно дает ценный совет. Конечно, мне нужен был путеводитель по этой магической дребедени, но Шторм? Очень подозрительный тип. И куда же пропала Гаяне? Вообще слабо верилось, что с ней могло что-то произойти, она была совершенно бесстрашной и владела прекрасно мечом, я это помнила отчетливо.

– Ты чего загрузилась? Боишься меня, что ли? – приподнимая свои широченные брови, спросил Шторм.

– С чего бы мне тебя бояться? – уверенно заявила, а у самой все-таки одно место-то сжалось. Исходила от него какая-то опасность.

– Не бойся! Хотел бы сожрать, давно бы! И даже не подавился! – произнес с улыбкой он, только мне не до смеха было.

***

Мы отошли достаточно далеко от лагеря и стали спускаться в какой-то подземный грот, где температура была значительно ниже, тело тут же покрылось мурашками, а в нос ударило морозной свежестью…

– Ты уверен, что мы правильно идем? – с опаской произношу я.

– Сестренка? Сама подумай, зачем мне тебя тащить сюда? Для каких целей?– отвечает он.

Да кто тебя знает? Может ты маньяк какой-нибудь! Членишь своих жертв и морозишь. Но произносить это вслух я не стала.

– Не знаю, какое-то подозрительное место, тебе так не кажется?

– Мне кажется! Но других вариантов у лекаря не было! Горыныча нужно было штопать, а твоя магия все хреначила и хреначила… Никто из медсанчасти подойти к вам не мог… Только я…Парализовал… Вот только после этого, смогли растащить вас по разным местам… Тебе кости пришлось вставлять…Сразу скажу, делал первый раз, но под присмотром лекаря…

– Знаешь, спасибо тебе, конечно. Но все-таки мне непонятно…Почему нельзя было отвезти в обычную больницу? И почему вставлял кости ты?

– Сестренка! Ты вообще меня слушала? В обычной больничке вы были бы уже мертвы, или пустили бы вас, как крыс, на опыты! А почему вставлял? Потому что во всем лагере только у меня созвучная с тобой магия. И не стоит благодарности. Все. Пришли. – Произнес он таким тоном, будто я совсем тупая.

В середине пещеры, которая замечательно была освещена лампами накаливания, стоял стол, на котором лежало тело, накрытое белоснежными простынями, рядом стояли мониторы, которые передавали какие-то показания. Велесов что-то тщательно фиксировал в каком-то дневнике.

– Док? Ну, что там? —спросил обеспокоено Шторм.

– В норме! Но будет лучше, если мы все-таки ему поможем.

Я быстро направилась к Геру, белый, как снег… Губы с синеватым отливом. Глаза закрыты. На груди вскрытая рана, она, конечно, не кровоточит, но и не зашита! По сравнению с тем, что я видела, она была уже лучше…Но…

– Вы совсем, что ли? Почему не зашили? Он же умрет! – завопила я.

– Что вы так орете, Соня? Вы же мертвого на ноги поднимите! А нам это совсем не надо. Руки обработайте! – сует он мне какой-то бутылек.

Беру, но понять зачем не могу, вроде как он врач, а не я…

– Тимур, подстрахуешь, если что! – обратился он к мужчине.

– А если не справится? Может, ей потренироваться хоть немного? – неуверенно произносит он.

– Он так долго открытым не протянет, – говорит, как приговор Велесов.

– А если…

– А если, вырубишь ее, как и вчера…

– Понял…

Только я не хрена не поняла! Что мне теперь делать!

– Спасать, бестолочь! – прошипело, как всегда не вовремя, бессознательное.

– Да заткнитесь вы!– ругнулась я, совершенно забывая, что голоса в голове, слышу только я.

– Дело говоришь, -произнес врач, – бери инструменты, вставай рядом…

– А почему я?